"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 - Виталий Конторщиков

хмарь. Радовал толстый опад под ногами, иначе бы в грязи можно было утонуть по самые уши. О чем свидетельствовали редкие дороги, по которым вывозили лес, и обнаруживались они по лужам, липкой и жирной грязи, а также колеям, заполненным мутной водой.

Постоянно встречались и просеки, и зоны сплошной вырубки. Но в большинстве случаев прямой путь от точки к точке пролегал по буреломам и чащам, пересекал ручьи и небольшие болотины в самых неудобных местах, не огибал многочисленные скалы. Мысли о мачете рождал густой подлесок из колючих и не очень кустов. Опознал только вишню, шиповник, орешник. Встречалось множество малинников, но скорее, ягоды похожие на нее, так как вокруг все кричало об осени. Между тем, ветви клонили к земле огромные наливные плоды, размерами пусть не с кулак, но с домашнюю клубнику — точно.

В одном из них, несмотря на ночь, громко чавкая и ничуть не заботясь о тишине, лакомился здоровенный медведь. Вокруг него кружили зеленые огоньки, некоторые вспыхивали на густой шкуре. Прошел мимо зверя в паре шагов, готовясь в случае агрессии, уничтожать. Хотелось проверить маскировку в отношении животных, особенно таких чутких. Но хозяина местной Тайги насторожил лишь раздвигаемый кустарник. Подозрительно посмотрел в его сторону, рыкнул недовольно. Меня он не увидел. Разгадывал загадки хищник недолго — постоял на задних лапах, посмотрел, и больше не удивляясь необычным явлениям, вернулся к трапезе.

И чего ему не спалось? Днем же лучше ягоду собирать? Хотя, черт его знает. Это по большому счету представитель для меня инопланетной фауны, может, он в темноте лучше видел, чем при свете…

Последняя мысль и оказалась судьбоносной для косолапого.

Пришлось вернуться — уже на шагов двадцать удалился от малинника.

Один удар Ниндзято, который и толстую шкуру, и шейные позвонки преодолел не замечая, мой резкий отскок в сторону, проделал его, когда голова еще не успела отделиться от могучей шеи, — мера безопасности. И через пару минут серый кристалл с синими прожилками нашел место в контейнере. Саму тушу хотел водрузить на жеребца, перекинув через седло. Мало ли, вдруг в Наливайко умели их готовить?

Оставлять тушу не хотелось, все в душе протестовало против такого хищнического браконьерского подхода к охоте — бросать добычу, забирая лишь самое ценное. Да, понимал, вполне возможно, уже вскоре вся флора и фауна сгинет в локальном апокалипсисе во время обновления два-два, как и то, что вой волков намекал — в любом случае, невозбранно ничего не сгниет. Но нечто внутреннее противилось. Противилось без всякой логики, и все тут.

Когда появилась лошадь в нашей реальности я непонятным образом ощутил запредельный голод — под ложечкой засосало и желудок только не забурчал. И медведь стал выглядеть ну очень аппетитно, так бы и начал его поедать даже с кончиков лап. Продлилось наваждение не больше десяти секунд, затем накал снизился. Пришло понимание, что это питомец транслировал свои пожелания. Откуда дровишки? Скорее всего, встроенные специальные магопрограммы в артефакт. Зверь же не сводил огненного взгляда с животного и плотоядно облизывался.

— Проголодался? — будто поняв вопрос, жеребец тихо заржал и замотал башкой, кивая утвердительно, — Ну, тогда ешь, сколько влезет, — как только конь услышал разрешение, практически телепортировался к зверю и распахнул широко пасть. Я же ощутил себя героем нового фильма ужасов — Челюсти Двадцать Четыре. А затем питомец сомкнул их на перерубленной шее, рванул совсем по волчьи головой в сторону, вырывая окровавленный кусок вместе со шкурой. И мгновенно его проглотил, после ловко помогая себе копытами принялся за разделку.

Действовал споро и умело.

Завораживающее зрелище.

Он не ел, и даже не жрал, а рвал и рвал, перемалывал с легкостью те же когти, весело хрустел костями. На моих глазах, не обращая внимания на зубы и клыки, в два захода справился с головой. Ничего не оставил!

Жесть и жуть! Адская мясорубка! Если бы затем тот принялся за сталь, я бы не удивился. Камни такому проглоту — на один зуб!

Может Робом от Робина его наречь или Бобом от Бобина, в честь героя детского стишка про Барабека? Там герой тоже отличался незаурядным аппетитом и неразборчивостью в еде. Нет, его тезка мне столько подлянок подкинул, оживил бы и грохнул суку, но сначала спросил бы: что я тебе сделал плохого, падла? Почему ты выбрал меня на роль жертвенного агнца?

Покурить не успел, лишь съел два бутерброда с котлетами, соленым огурцом и зеленью, запив все чаем. За это время жеребец справился с тушей полностью. И только следы крови, которые тот принялся вылизывать, свидетельствовали о некоем пиршестве диких животных.

И куда влезло? У него даже пузо не раздулось, хотя Потапыч был меньше всего раза в три. Магия — мать всего.

Конь теперь испытывал чувство благодарности ко мне, которое словно успокаивающими теплыми волнами накатывало на разум. А я ведь реально думал его морковью или яблоками подкармливать для лучшего установления контакта…

Нормально.

— Тебя легче прибить, чем прокормить, — сообщил пету, перед отправкой обратно в демонические планы, но благодушное настроение животины такой пассаж не испортил.

А у меня мысль, есть ли у него какие-то блоки? Послушает ли приказ — никого не трогать? Так оставишь где-нибудь без присмотра, например, зайдешь в придорожную таверну, а затем проблемы разгребать и разгребать. Потому что подворье или какое-нибудь поселение неожиданно обезлюдеет.

Курить я все же не стал, подумал-подумал, и двинулся дальше. И удивился сам себе. С другой стороны, говорили все, что местный табак, в отличие от земного, полезен для нас. Уже чувствовалось позитивное влияние нормального никотина, а не непонятной смеси из земных сигарет, сгорающих самостоятельно быстрее, нежели запредельно быстрое курение в девяностых и нулевых. То есть, организм ядом или чем-то полезным насытился и больше пока он не требовался?

В таком свете, может и получится перейти на вечернюю трубку или сигару, а не тянутся каждые пятнадцать минут к портсигару.

Не забывая об осторожности, думая о всякой ерунде, двигался дальше.

Один раз мне повстречалась охотничья заимка, где ничего интересного не обнаружилось. Но само место живописное — на берегу небольшого пруда. Пару раз находил пустые лагеря лесорубов.

Тишина с редкими криками какой-то ночной птицы пыталась усыпить бдительность, но я не поддавался. Двигался пусть и довольно быстро, а для обычного человека — запредельно, но аккуратно. Такой подход, позволил не провалиться в отлично замаскированную волчью яму.

Единственное пока приключение. А так…

Сыро. Пусто. Туманно. Загадочно. И даже волки выть перестали.

Не забывал