Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

class="p1">– Идиотская затея, – заявила вдруг Алина. – И исполнение соответствующее. На что ты рассчитывал? Что засевшие за стеной замечательные луноеды примут тебя с распростертыми объятиями? Увидят, обрадуются, захлопают в ладоши... – или что там у них? – и закричат: «О-о-о! Да это же сам Фрэд Ньюман, супергерой, спаситель галактики, которого мы так долго ждали! Эге-гей!» Озаботятся твоими проблемами и немедленно уберутся восвояси. Так что ли?.. Не-ет, то-то и оно... не нужен ты им, плевать они хотели и на тебя, и на нас всех вместе взятых. Можешь сколько угодно биться головой об стену либо кричать что-нибудь вроде «Сезам, откройся» – никто тебя не услышит. А вообще-то... не хочешь попробовать? Давай! Вдруг получится. Затея как раз на уровне твоего интеллекта.

– Я сказал, прекрати, – мрачно произнес Фрэд.

– А если нет, то что? Возьмешь ремень и выпорешь, как строгий папаша нерадивую дочь? Жаль, не могу снять скафандр... по голой попке-то оно куда эффективней. И гораздо сексуальней.

Фрэд стиснул зубы, молча развернул машину и направил ее вдоль облачной стены. Однако отступать просто так Алина не собиралась.

– Можешь доступно объяснить, – не унималась она, направляя свой квадроцикл следом, – какого черта ты вдруг поднял меня среди ночи и погнал наружу любоваться... а кстати, на что? На вот этот страшный сон сумасшедшего художника-сюрреалиста, внеземного к тому же? Так все это я уже видела. Во всех подробностях. До тошноты.

– Ты в самом деле не понимаешь? – спросил Фрэд, резко осаживая железного коня, так что Алина едва успела среагировать, почти уткнувшись фарами квадроцикла в неожиданно выросший из тьмы задний бампер.

– Нет, не понимаю. А вот чего я еще больше не понимаю, – как вообще повелась на твою дурацкую авантюру. Нужно было остаться на базе. Разглядывать стену можно и оттуда.

– Хочешь вернуться?

– Хочу!

– Ну так давай! Я тебя не держу. Одной головной болью станет меньше!

Впервые с начала похода Алина не нашлась, что сказать. Возвращаться в покинутую пирамиду в одиночестве ей совсем не улыбалось. Девушка вдруг почувствовала, что еще немного, и окончательно перегнет палку. А что тогда будет... о-о-о, даже думать страшно. Напарника она, похоже, довела-таки до белого каления, в таком состоянии он действительно, чего доброго, возьмет и бросит ее прямо здесь. Спрашивается, кто ему помешает? Не луноеды же...

Если поразмыслить на трезвую голову, то она и сама не знала, зачем изводила беднягу Фрэда оскорбительными и абсолютно незаслуженными упреками. Просто хотелось сорвать на ком-нибудь накопившуюся злость... На него, на вороватых пришельцев, в одночасье сломавших наладившуюся было жизнь... в конце концов, на саму себя за совершенно дурацкое поведение накануне вечером... По сути, она должна быть благодарна Фрэду за сдержанность.

– Я правда хочу знать, куда мы идем и зачем, – примиряющим тоном сказала Алина. – Ты же так ничего и не объяснил.

Фрэд несколько долгих-долгих секунд молчал, разглядывая строптивую спутницу, словно взвешивая на невидимых весах, достойна ли она ответа, а потом произнес:

– Через час сорок три минуты над горизонтом взойдет Фобос. А еще примерно через полчаса появится «Иокогама». Если помнишь, на Фобосе находится весьма примечательная батарея сверхмощных лазеров, а на «Иокогаме» – готовые к применению арабайнеры. С очень высокой степенью вероятности основной мишенью для них станет наша пирамида. Вот почему я хочу убраться от нее куда подальше. Признаться, у меня нет никакого желания разделить судьбу Кевина с товарищами.

– С чего ты взял, что они станут стрелять по пирамиде? Может, вы с Итаном ошибаетесь.

– Интуиция, – коротко ответил Фрэд.

– Какой ты, однако... сверхчувствительный. Это у тебя с рождения?.. Ладно, ладно, не дергайся, я всего-навсего пошутила. Обещаю, больше не буду. Только один вопрос: что твоя интуиция может сказать по поводу нас с тобой?

– В каком смысле?

– Не в том, о чем ты подумал, а в смысле выживания. Если база подвергнется обстрелу, возвращаться будет некуда, я правильно понимаю? Воздуха в баллонах нам хватит часов на шесть... возможно, на семь в режиме экономии. А дальше?.. Молчишь, и правильно делаешь, потому что бегство – никакой не вариант. Тогда уж лучше сразу снять шлемы и разом покончить со всеми проблемами. Не нравится? Мне тоже... С другой стороны, если агрессия Ордена... или кого там еще... – плод вашего с Итаном больного воображения, то что мешает вернуться и просто подождать спасателей? Видишь, радиосвязь в конце концов восстановилась, а значит, и барьер может рано или поздно исчезнуть. Такое не приходило тебе в голову?

– Приходило. А теперь послушай... Можешь, конечно, вернуться, это твое дело. Я не держу. В конце концов, возможно, тебе действительно повезет. Но учти: даже если никакой стрельбы не будет и спасатели из Лоуэлл-сити доберутся до пирамиды, все, что они сделают, – пересадят тебя из одной клетки в другую. Пожизненно. Причем, в полном одиночестве. Не забывай, ими движет страх возможного заражения, они боятся тебя больше, чем больного чумой или лихорадкой Эбола. Так что путь в марсианскую столицу закрыт со стопроцентной гарантией, можешь не сомневаться. Ну, об этом еще Итан говорил...

– Вот уж утешил, так утешил... – горько усмехнулась Алина.

– Даже не думал, – возразил Фрэд. – Есть дела поважнее.

– Так ты, выходит, возвращаться не собираешься?

– Нет.

– Не понимаю. Это же самоубийство, только растянутое по времени. А в пирамиде хоть какая-то надежда.

Фрэд скептически хмыкнул.

– А как ты представляешь наше дальнейшее существование там, на базе? – вдруг спросил он. – Каждые восемь часов в страхе ожидать очередного восхода Фобоса и «Иокогамы», обливаясь холодным потом и гадая: «сожгут – не сожгут». Это ты называешь жизнью? А ведь есть еще «Зенит», который через сколько-то там дней не оставит здесь камня на камне. Я буду сильно удивлен, если в самое ближайшее время мы там попросту не сойдем с ума.

– Нас спасут, – неуверенно произнесла Алина.

– Вероятно так же, как спасли Кевина...

– Ну почему ты везде видишь только плохое! Если тебя послушать, то самый лучший выход – и впрямь разгерметизировать скафандры.

– Во всяком случае, не самый плохой. Скорее всего, рано или поздно именно так и придется сделать. Просто я смотрю на вещи реально и хочу, чтобы до тебя, наконец, дошло: вариантов нет совсем. Вернее, они есть, но один хуже другого. И ни один из них не предусматривает