"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

чтобы не вызывающий доверия провожатый не завел нас в какую-нибудь ловушку, мониторя его эмоции. Но тот после моего внушения оказался слишком перепуган, чтобы даже допускать мысли о мести или вернуться к своим первоначальным намерениям. Сейчас он больше всего хотел испариться в неизвестном направлении, лишь бы не находиться рядом с жутким и ужасающим дедом. Это я о себе, если что.

Через полчаса армянин вывел нас к какой-то безымянной кафешке под открытым небом, где вкусно пахло шашлыком, и были свободны почти все столики. Там мы расселись в самом дальнем углу, и я не удержался от того, чтобы заказать нам с Викой по порции жареного мяса. Хоть я и мог обходиться без еды, но все мои органы исправно функционировали, да и старые привычки оказались практически неискоренимы. Поэтому стоило лишь сочному мясному аромату пощекотать ноздри, как желудок начал требовательно бурчать.

Организатор встречи в это время сидел тише мыши под веником, и только опасливо косился в мою сторону, боясь даже кинуть взгляд в сторону Вики. И меня такая покладистость вполне устраивала. Когда к нам за столик подсел еще один мужчина, вопреки моим ожиданиям, вполне славянской наружности, армянин сбежал, даже не попрощавшись.

– Чего это с ним? – Озадаченно спросил визитер, глядя вслед улепетывающему южанину. – В первый раз его таким зашуганным вижу.

Мы не стали ничего на это отвечать, сосредоточившись на поглощении сочного жареного мяса. И наш собеседник, видя, что никто из нас не спешит с объяснениями, просто махнул на сбежавшего парня рукой.

– Так это вы в хотите в Турцию перебраться? – Сходу переключился он на деловой разговор, не утруждая себя ни приветствием, ни знакомством.

– Мы, – согласно кивнул я.

– Документы при себе есть?

– Были б документы, мы бы летели самолетом, – я прямо взглянул на контрабандиста, но тот вполне достойно выдержал мой взгляд.

– И зачем вам туда? – Полюбопытствовал он, не особо впечатленный глубиной тьмы, плещущейся в моих глазах. Было видно, что этот человек встречал на своем жизненном пути достаточное количество опасностей, так что этого бывалого одним только грозным видом напугать нечего и надеяться.

– А это как-то может повлиять на цену?

– Конечно, причем, влияет уже сейчас. Чем меньше вы мне нравитесь, тем выше цена.

– Тогда просто называй уже конечную, – раздраженно бросил я. – Я не собираюсь тут перед тобой плясать, мы, как ты мог заметить, не два червонца, чтоб каждому нравиться.

– А я ведь могу и отказать вам, – мужчина откинулся на спинку пластикового стула, неприятно ухмыляясь. – В конце концов, я не настолько нуждаюсь в деньгах, чтобы брать на борт неизвестно кого.

Про «не нуждаюсь в деньгах» он соврал настолько нагло, но натурально, что я даже заколебался, пытаясь переварить диссонанс между его истинными эмоциями и наглым выражением лица.

– Тогда мы найдем кого-нибудь другого, – осадил я зарвавшегося контрабандиста, – потому что мы деньги платим именно за то, чтобы мы и дальше для всех оставались «неизвестно кем».

Судя по тому, как взвились внутри визитера разочарование и досада, я ударил в самое больное место. Он прекрасно понимал, что он не единственный предприимчивый делец на побережье, не срастется с ним, мы пойдем к кому-нибудь еще. А вместе с нами уйдут и наши денежки.

– Полторы штуки зелени, – кисло выдавил из себя мужчина.

– За обоих, – вставил я ремарку.

– За каждого!

– Нет, ты не понял, – иронично глянул я на алчного капитана, – это не было вопросом. Полторы тысячи за двух пассажиров, это вполне справедливая цена.

– Этого мало… – попытался взбрыкнуть собеседник, но судя по тому, какую пляску устроила у него в душе жадность, он уже считал эти доллары своими. Оставалось просто немного его додавить. Не то чтоб мне было так жалко денег, просто с такими ценниками на подпольные услуги наличности могло реально не хватить, а раздобыть еще было очень затруднительно. Если только плотно не заняться разбоем, конечно же. Так что поторговаться стоило хотя бы ради приличия, а то неизвестно еще, сколько нам границ предстоит пересечь, и в какую копеечку это встанет.

– Тысяча восемьсот, и по рукам.

– Две, и отправляемся хоть сейчас! – Контрабандист криво ухмыльнулся и протянул мне ладонь, предлагая скрепить сделку исконно древним жестом.

– И деньги вперед, – попытался он выторговать для себя последнюю преференцию в нашей небольшой договоренности, когда я пожал его руку.

Я лишь посмеялся над природной наглостью незнакомца, и решил немного ему подыграть.

– Держи, – на стол легло несколько сложенных купюр, которые исчезли в ладони контрабандиста быстрее, чем я успел моргнуть.

– Эй, тут только пятьсот, где остальное?! – Капитан несколько раз перебрал в пальцах доллары, делая это с ловкостью счетной машинки, словно ожидал, что при следующем пересчете их станет больше.

– Это аванс, остаток от суммы получишь на турецком берегу.

Я ожидал, что собеседник сейчас разразиться руганью, требуя остальное, но тот только невозмутимо пожал плечами, принимая мои условия.

– Что ж, клиент всегда прав! Вы готовы пройти на судно?

Глава 9

До Турции мы добрались вообще легко. Стоило нам отплыть от российского берега, как с плеч словно бы свалилась гигантская гора, ощутимо придавливающая своим немалым весом. Исчезло ощущение того, что мы бежим, как загоняемая дичь. Теперь только лишь пахнущий морем воздух приятно наполнял наши легкие, даря ощущение полной свободы.

– Сереж, я тут вот о чем подумала, – заговорила как-то Виктория, пока небольшое суденышко несло нас по волнам, – а зачем ты так рвешься на этот Зов?

– Как, зачем? – Не понял я ее вопроса. – Чтоб быть уверенным, что древний некромант никак не сможет вырваться на свободу!

– Но ведь не вырвался до сих пор? Сколько там прошло уже веков? Та эпидемия чумы, которая оказалась истребительной войной, если Древний говорил именно о ней, прошла лет семьсот назад, но он все еще не сумел освободиться. Какова вероятность, что он сумеет выбраться в ближайшие лет, ну, допустим, сто?

– Да откуда я знаю? Поэтому я и хочу убедиться, что его тюрьма достаточно прочная, чтобы сдержать его еще на столько же. А там, надеюсь, он угаснет окончательно, как и все остальные Жрецы.

– А тебе не кажется, что ты слишком сильно