Криминалист - Алим Онербекович Тыналин

В голосе прозвучала легкая горечь. Едва заметная, но я услышал.

— Я интересуюсь, — сказал я. — Криминалистика это основа расследований. Без точных анализов нет доказательств. Ваша работа критически важна.

Чен посмотрел на меня с удивлением.

— Не часто слышу такое от агентов.

— Большинство агентов не понимают науку. Они люди действия, а не мысли. — Я подошел ближе к столу, посмотрел на фотографии. — А я всегда считал, что интеллект важнее физической силы. Особенно в расследованиях.

На фотографиях были отпечатки пальцев: завитки, петли, дуги. Снимки четкие, контрастные.

— Хорошее качество, — сказал я. — Вы сами снимали?

— Да.

— А можно улучшить контрастность отпечатков перед фотографированием? Допустим, использовать разные углы освещения, цветные фильтры.

Чен задумался.

— Можно. Но зачем? Текущего качества достаточно для анализа.

— Достаточно, но не оптимально. Если увеличить контрастность, мелкие детали станут заметнее. Это поможет в сложных случаях, когда отпечатки частичные или смазанные.

Чен снял очки, протер их снова. Привычка, видимо, когда он думает.

— Интересная идея, — сказал он медленно. — Никто раньше не предлагал. Агенты приносят улики, хотят результаты быстро. Не думают об улучшении методов.

— Потому что большинство агентов не понимают науку, — повторил я. — А вы понимаете. И я понимаю. Может, нам стоит поработать вместе. Я подкину кое-какие идеи, вы проверите их на практике.

Чен надел очки обратно. В глазах появился интерес, может, впервые за разговор.

— Какие еще идеи у вас есть?

Я огляделся по лаборатории. Сколько всего можно улучшить. Методы сбора улик, анализа, хранения. Все это кажется устаревшим, неэффективным.

Но нельзя выкладывать все сразу. Нужно быть осторожным.

— Много идей, — сказал я. — Но сначала нужно проверить простые вещи. Освещение, фильтры. Если сработает, пойдем дальше.

Я снова огляделся по лаборатории. Взгляд задержался на столе с порошками для снятия отпечатков.

— Кстати, еще одна мысль. Вы используете алюминиевый порошок для темных поверхностей?

— Да. Стандартная процедура.

— А пробовали добавлять в него магнитные частицы? Железную окалину, например, очень мелкую.

Чен нахмурился.

— Зачем?

— Можно наносить такой порошок магнитной кистью. Она не касается поверхности, только порошок. Меньше риск размазать отпечаток. Особенно полезно на деликатных поверхностях: глянцевой бумаге, пластике, окрашенном металле.

Чен снял очки, задумался. Протер стекла медленно, методично.

— Магнитная кисть, — повторил он. — Интересно. Физически это должно работать. Магнит притягивает порошок, порошок прилипает к жировым следам отпечатка, а кисть не контактирует с поверхностью напрямую.

— Именно. И еще один плюс, меньше расход порошка. Можно собрать его обратно магнитом после использования.

— Экономия реагентов, — кивнул Чен. — Бюджет лаборатории ограничен, это важно.

Он подошел к шкафу с реагентами, достал банку с алюминиевым порошком. Открыл, посмотрел на содержимое.

— Железную окалину достать несложно. Нужно измельчить до нужной фракции, смешать с алюминием в правильной пропорции. — Он закрыл банку, поставил обратно. — А магнит… Обычный подковообразный магнит подойдет. Обмотать его тканью, чтобы порошок не прилипал к самому магниту.

— Попробуйте, — сказал я. — Если сработает, это серьезно упростит работу.

Чен повернулся ко мне. В глазах появился живой интерес, какого не было в начале разговора.

— Откуда у вас такие идеи? Вы специально изучали криминалистику?

Опасный вопрос. Нужно быть осторожным.

— Читал много литературы. Научные журналы, исследования. Интересуюсь химией, физикой. Иногда просто думаю о проблемах и пытаюсь найти решения.

— Большинство агентов не читают научные журналы.

— Я не такой как большинство агентов.

Чен усмехнулся. Первая эмоция на его лице за весь разговор.

— Вижу. — Он протянул руку снова. — Приходите, когда будет время. Покажу лабораторию подробнее. Обсудим ваши идеи. Проверим магнитную кисть.

— Обязательно приду.

Мы пожали руки.

— Результаты анализа писем завтра к обеду, — напомнил Чен.

— Спасибо. Жду.

Я вышел из лаборатории, поднялся по лестнице обратно. В коридоре по-прежнему пусто, лампы гудят монотонно.

Странное чувство. Я нашел союзника. Чен одиночка, как и я в прошлой жизни. Человек науки, окруженный людьми действия. Его не ценят, с ним не разговаривают как с равным.

А я разговариваю. И он это заметил.

Магнитная кисть для снятия отпечатков появится в криминалистике только в конце 1970-х годов. Но основная физика проста, реализовать можно уже сейчас. Если Чен сделает прототип, это станет маленькой революцией в лаборатории.

Маленькие шаги. Постепенные изменения. Так можно внедрять знания из будущего, не вызывая подозрений.

Может, через него я смогу изменить криминалистику ФБР. Медленно, осторожно, по одной идее за раз.

Интересная перспектива.

* * *

Мы вышли из здания ровно в шесть. Дейв, Маркус, Харви и я. Коллинз отказался, сказал, что устал, хочет домой. Томпсон ушел раньше, в половине шестого.

Вечер теплый, солнце висело низко над крышами зданий, окрашивая небо в оранжевые и розовые полосы. На Пенсильвания-авеню движение замедлилось, час пик заканчивался, последние машины тянулись к пригородам.

Мы шли пешком. Три квартала по тротуару мимо закрывающихся магазинов и контор. Секретарши в юбках до колена спешили к автобусным остановкам, клерки в мятых рубашках курили на ступеньках офисных зданий.

Бар находился на углу улицы. Вывеска «Joe's Tavern» светилась красным неоном. Буква «о» мигала с перебоями, включалась, гасла, снова включалась.

Дейв толкнул дверь, мы вошли.

Внутри полумрак и запах. Пиво, жареное мясо, сигаретный дым.

Глаза привыкали несколько секунд. Деревянная стойка тянулась вдоль левой стены: темное дерево, потертое, с царапинами и следами от пивных кружек. За стойкой бармен, крупный мужчина лет пятидесяти с залысинами и белым фартуком на животе. Вытирал стаканы полотенцем, разговаривал с посетителем на высоком стуле.

Столики вдоль стен. Красная кожаная обивка на сиденьях, местами потрескалась, видна желтая набивка. На столах стеклянные пепельницы, бумажные салфетки в металлических держателях.

Половина столиков занята. Мужчины после работы: расстегнутые галстуки, закатанные рукава, усталые лица. Пара женщин у окна, секретарши, судя по одежде, пили белое вино, смеялись над чем-то.

В углу джукбокс, большой, яркий, играл кантри. Мерл Хаггард, кажется. Голос тягучий, гитара монотонная.

У дальнего столика уже сидели трое из нашего офиса. Узнал одного, молодой агент, кажется, фамилия Симмонс. Лицо круглое, светлые волосы. Двое других не знакомы один постарше, лет сорока, с усами, второй молодой, темноволосый, курил сигарету.

Дейв помахал рукой, направился к ним. Мы следом, протиснулись между столиками, кто-то сидел слишком близко к проходу.

— Привет, ребята, — сказал Дейв громко. — Познакомьтесь, это Итан Митчелл, новенький.

Агент с усами протянул руку через стол.

— Фрэнк Грегори. Рад познакомиться.

Рукопожатие крепкое, ладонь мозолистая.

— Взаимно.

Молодой темноволосый кивнул, не вставая.

— Тони Риццо.

Светловолосый улыбнулся широко.

— Билл Симмонс. Мы утром виделись, помнишь?

— Помню.

Мы подтащили стулья, сели. Столик небольшой, на шестерых тесновато. Колени упирались в ножки стола.

Подошел бармен, все тот же крупный мужчина, фартук в