Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10 - Сергей Евтушенко

— И давно вы страдаете сомнамбулизмом? — ласково осведомилась леди-вампир.

— Скорее уж бессонницей, — проворчал я. — Не слишком давно. Временами находит.

«Сон — это первое, что идёт в жертву силе», — прошипел голос призрачного Альхирета у меня в голове, заставив едва вздрогнуть. Это не ускользнуло от внимательного взгляда Терры, но, если так подумать — что она сама делала во дворе, когда почти рассвело?

— Я хорошо понимаю особенности физиологии хозяев, — сказала она, всё ещё не отпуская мою руку. — Пожалуй, даже слишком хорошо. Но, как врач, обязана спросить — вам нужна помощь, Вик?

— А тебе? — почти не задумываясь, спросил я.

Пауза длилась недолго — секунды полторы, но ощущались они куда дольше.

— Возможно, — тихо сказала она. — Пойдём?

Нам обоим сегодня не спалось — по разным, но достаточно похожим причинам. Терра сказала правду в начале ночи — она в самом деле почти забыла о том, что Полночь сделала с ней и Роландом. Но «почти» и «забыла» это две большие разницы, а суд над Дакари всколыхнул целый пласт воспоминаний о далёком прошлом. Если бы я не пригласил её разобраться вместе, Терра бы вызвалась сама, чтобы попытаться окончательно закрыть гештальт.

Если бы я не обратил на дело внимания — она бы отправилась одна.

Леди-вампир, прожившая на свете много сотен лет — и скорее всего прожившая бы не меньше и без помощи Полуночи. Гений медицины. Возможно, лучшая целительница среди всех вечных замков. Властная, насмешливая, уверенная. Но при всём этом — не защищённая и от других чувств. Обиды, горечи, навязчивых мыслей — и жажды подавить их любым способом.

Нам обоим сегодня не спалось — и лазарет, как и спальня, сегодня пустовал.

Нельзя сказать, что гроб был самым удобным на свете местом для страстного секса — даже гроб, приспособленный под кровать. Но когда на тебе сидит обнажённая женщина, на красоту которой немного больно смотреть, ты в последнюю очередь думаешь о комфорте спины. Терра сладко потянулась, выставляя напоказ роскошную грудь, которой дразнила меня пару часов назад, и мои руки словно сами по себе оказались на ней. Спустя несколько невероятных секунд она опустилась, прижимаясь ко мне так тесно, что стало сложно дышать.

— Позволите… каплю вашей крови? — спросила она, и я впервые услышал, как её голос дрожит от возбуждения.

Терра уже пробовала мою кровь — во время нашего поцелуя передачи силы, тогда — без разрешения. С тех пор у неё была масса возможностей хоть сцеживать её в банки и хранить на полке, так что я ответил, не задумываясь:

— Конечно.

Спустя час или около того навязчивые мысли покинули нас обоих. А вот гроб для лазарета придётся поискать новый.

— Что на той стороне?

— Могу только сказать, что это сравнительно безопасное место, лорд Виктор. Не жерло вулкана, не яма, заполненная кислотой. Место, где стоит зеркало для выхода, в самой Полуночи или недалеко за её пределами.

— Насколько недалеко?

— Не более километра. Суть зеркал завязана на душе замка, но душа дотягивается гораздо дальше, чем «официальные» границы… Полагаю, вы и сами это проверяли.

Было дело — одно из зеркал работало даже из подземных пещер, что находились вне зоны прямого влияния Полуночи. Только в косвенной — и этого хватало.

— Зеркало с той стороны не уничтожено?

— Нет, нет, целое, совершенно целое. Видите ли, наш таинственный заклинатель действовал исключительно хитро — он использовал своё зеркало как магический камертон, чтобы войти в резонанс с другим зеркалом. Зачарование на безопасный переход оказывалось скопировано, потом он перемещался и накладывал вторые чары, на самоуничтожение. К счастью, ему и в голову не приходило… текущее развитие событий.

В голосе артефактора звучала нотка заслуженной гордости — зеркало удалось реконструировать менее чем за сутки. Невероятная работа.

— Я у тебя в долгу, Арчибальд.

— Что вы, лорд Виктор, скорее это я у вас в долгу. А вернее сказать, мы все в одной лодке — и мне бы очень хотелось, чтобы океан вокруг поменьше штормило.

А уж мне-то как этого хотелось, господи.

Даже несмотря на то, что маг на другой стороне не подозревал о восстановлении зеркала, оно всё равно оставалось опасным инструментом. Я попросил Мордреда охранять его на время, пока меня не будет — просто на случай, если кто-то попытается воспользоваться возможностью. Мой отряд для похода на ту сторону состоял из Адель, которую я мог перетащить в кармане, и Терры, теперь способной пройти сквозь зеркало с помощью «Вуали». Мы рассматривали вариант, что таким образом леди-вампир могла ненадолго покинуть замок, но мысленный запрос к Полуночи принёс ответ — та не возражала, если ненадолго.

«Вуаль» и шаг сквозь стекло, обратившееся мерцанием портала. Скоро год, когда я проделал это впервые, самое время отпраздновать.

— Вик?

— Я здесь.

— Определите, где мы?

Под землёй — это уж точно, и это слегка затрудняет геолокацию. Я ненадолго нырнул в дальний зов, с некоторым облегчением обнаружив, что пространство Полуночи никуда не сместилось. Сместились мы — примерно на уровень темницы, но в другой части замка. Где-то под гнилыми катакомбами, только глубже, явно вне радиуса влияния души.

Я открыл глаза — те с трудом приспосабливались к окружающему мраку, даже с волшебной едой Кулины. А вот Терра, кажется, не испытывала затруднений, пристально вглядываясь в одну из соседних каменных стен. Те окружали нас, надо сказать, довольно угрожающе, как будто мы оказались посреди критского лабиринта, по дороге к голодному минотавру.

— Эти знаки… — пробормотала Терра, и только теперь я разглядел цепочку иероглифов и рисунков, покрывающих старый камень. — Маат, неужели ты и вправду выжила?

Откуда-то издали раздался отчётливый треск с оттенком неисправного электрического прибора, и мне совсем не понравился этот звук. Внезапно захотелось попросить Терру вернуться, не рисковать, подождать меня в лазарете. Здесь, вне прямого влияния Полуночи, неуязвим и бессмертен оставался только я. И только одну из своих спутниц я мог в любой момент спрятать от угрозы в переносной карман.

— Пойдём? — слегка нетерпеливо спросила она.

Ничего не оставалось, кроме как пойти вперёд.

Глава восьмая

Одна из неочевидных вещей, на которую я обратил внимание во время правления — Полночь не любила грязи. Не мусора, мусора хватало, а именно грязи, гниения и сопутствующих им явлений. Казалось бы, в замке, битком набитом нежитью, должны водиться тучи мух, стаи тараканов и крыс, но нет, подобная живность отсутствовала почти целиком. Если что-то и заводилось, его быстро подчищали слаймы