Боец СВО. Книга вторая - Владимир Геннадьевич Поселягин

— А тебе и рассказать нечего. Детей бросил в детстве.

— Понимаешь, там ситуация так сложилась… Может поговорим где в ресторане, а не через ограду?

— Время-время, — напомнил я.

— Да-да, я помню. Я болен, опухоль в голове прогрессирует, нужна дорогостоящая операция. Такие делают только в Москве. В одну такая очередь, я не доживу. Вторая платная. Хм, знаешь, ты мой последний шанс.

— Я бы сразу мог сказать нет, как и любому для меня чужому человеку, но я всё же спрошу у матушки, — после небольшого раздумья, сообщил я.

Действительно достав телефон, и лёгким шагом дойдя до калитки, до неё метров двадцать было, вышел наружу. Матушка ответила не сразу. Та, как оказалась, в душе была, одна из моих жён принесла той телефон, и вот всё же ответила.

— Мама, тут мой биологический отец появился. Просит денег, мол, опухоль у него. Я последняя надежда.

— Если есть, дай, — без особых раздумий ответила та, причём спокойно без надрыва, а явно осознавая, что говорит.

Ответ, надо сказать, меня не то чтобы ошарашил, а выбил из колеи, удивлённо разглядывая отца Гены, это мне он никто, уточнил:

— Я не ослышался? С чего бы такое решение?

— Ты может не помнишь, а Толя всегда помогал. На любой мой звонок примчится. Деньгами тоже. Ну гулёна он, я давно смирилась, мы потому тихо и расстались.

— Понял, — отключив звонок, но не убирая телефон, уточнил. — Сколько нужно?

— Семьсот тысяч долларов.

— Это только за операцию?

— Да.

— За реабилитацию?

— Там я уже найду средства.

— Хм, ну идём, с внуками познакомлю, и жёнами. Ну и деньги переведу. Счёт в долларах в каком банке?

— Вот, — тот вошёл в программу на телефоне, и показал счёт.

А пока мы проходили в подъезд поднимались на лифте на нужный этаж, я перевёл тому миллион долларов. Именно в них, не в рублях. У меня пара счетов есть, один в Китае. Другой в Белоруссии. Храню часть активов там. Ну а отец Гены меня расхваливал, и жён похвалил, глядя на них масленым взглядом. Права матушка, такого только могила исправит. И детей на руках покачал. С матушкой кстати тепло обнялись, видно было. Ну и к столу пригласил, жены накрыли, перед отъездом решили меня побаловать. Они больше наготовили, отдельно судки с салатами и разными блюдами стояли. Я незаметно прибрал в хранилище чтобы не остыли. А так глядя как отец Гены воркует, только чуть улыбался. А ведь тот прав, как не взгляни, я получается его полная копия. Ну только внешне, сходство да, большое, но и в делах. Учёную степень получил, закончив вышку, пусть и военную, женщин много имею. Правда не по одной в длинной цепочке жизни, а разом. И вкусы видно совпадали. Да в его возрасте все молодые, красивые и фигуристые нравятся, так что не удивительно. Сделали несколько общих снимков. Пообщались. Я тому разрешил навещать внуков. В принципе, матушка дала добро, на том и расстались. Причём, только с жёнами и матушкой прощался, а так на такси с новым родственником доехал до вокзала, и тот приводил меня в путь. На этом и попрощались. Вот как жизнь закрутила. Не ожидал таких событий, и надо же, как всё повернулось. А опухоли у того уже нет, убрал. Точнее уменьшил и сделал доброкачественной. Через год сама исчезнет. Деньги пусть себе оставит. Хотя увидим, что тот с ними сделает, составлю о нём своё мнение. Если постарается вернуть, приму как отца Гены, сейчас пока не решил, если нет, что ж, пусть живёт как знает. Вот с такими мыслями и отбыл на Юг. Командировку сегодня закрыл, так что по бесплатному билету для военных и отбыл.

Две наложницы со мной, в хранилище. Ещё я их не оставлял, прибрал, когда те в спальне были чтобы матушка и отец Гены не увидели. Обратная дорога прошла тихо, писал статьи на ноуте, но лёжа на полке. Столик постоянно занят был, однако так даже как-то и работалось лучше. Закончил очередную статью, проверил, и отправил ту в одно из военных издательств. Кстати, закрытое. Доступ имеют не все. Журналы, что оно выпускает, я кстати не без интереса читаю, подписан. По прибытию, узнал, что меня с простого патрульного, подняли выше в должности. Я теперь службу несу в координационном центре охраны тыла, командую тут. Дежурным. А мои смены ночью, на это время поставили. Так что обрабатываю информацию и направляю к обнаруженным местам боевиков, а то и диверсантов, группы охраны тыла. В принципе тоже работа серьёзная. Я два своих разведывательных дрона запустил, мониторили наши тылы. Часто одного разведчика направлял к нацистам. Там боевой отряд работает, причём разделили их на два, мелкие группы получились, но стало возможно работать двух местах. Разведчик в небе находил цели и наводил группы, так что работали те. И быстро перемещались на сто километров в сторону, чтобы поисковые мероприятия велись не там, где нужно. Так что служба и пошла. Я вроде и не на передовой, где мышцы в бою размять хочется, адреналина хапнуть, но с другой стороны не только службу несу, но и участвую в боях.

А я стал брать в прямое управление своих дронов, уничтожая части ВСУ и нацбатов. А раз в прямом управлении, то это моя работа. Нашёл отдушину, что радовало. Так пролетел один месяц, потом второй, декабрь наступил. Тылы мы подчистили полностью. Чуть что где, я сразу направлял отряды, усиливая их по пути, если была потребность. Например, прошлой ночью у нас в тылу с двух вертолётов высадили двадцать боевиков, тяжелогружёных припасами. И те ушли в лес. А вертолёты так на бреющем и улетели обратно. На передовой сообщили что пролетали, о диверсантах догадывались, но где их высадили, и что за задание, неизвестно. Радары вертолёты не показали. А я поднял по тревоге две группы, это на патрули, именно три взвода мотострелковой роты, что нам придали для усиления. Поставил задачу и отправил два взвода на уничтожение. Сил достаточно для этого. Добрались за два часа. Дальше в режиме прямого управления наводил бойцов, командуя офицерами. Там ротный за старшего был. Так что ночной бой вышел в нашу пользу, хотя диверсантов предупредили свои, но уйти они не успели, только оборону занять. Да и наши использовали осветительные ракеты, ослепляя тем приборы ночного виденья.