Проект: "Возмездие" Книга 5 - Игорь Игоревич Маревский

меня в запасе не было. Вожак целенаправленно сфокусировался на преследовании и даже не отвлекался на разбросанную вокруг биомассу. То ли его настолько раздражал рёв двигателя мотоцикла, то ли сам факт выжившего человека вызывал у того животную ярость, но порождение Фронтира продолжало преследовать меня с таким рвением, будто от моей смерти напрямую зависело выживание всей стаи.

У меня и в планах не было сражаться с ним и тем более замедляться, поэтому придётся найти способ, как стряхнуть его с хвоста и при этом не потерять скорость. Первое, что пришло в голову, — это свернуть с пути и проехать сквозь густонаселённую зону. Может, запах мяса и плотно настроенные блоки если не остановят, то хотя бы замедлят существо.

Я заметил, как достаточно широкая дорога вправо уводила в один из таких «райончиков» и резко дёрнул руль. Существо последовало за мной и, как и ранее, не обращая внимания на строения, проходило сквозь них без особого труда. Куски бетона летели в разные стороны, с глухим звуком падая вокруг и спереди меня. Ладно, плохая была затея. Я заметил удобный выезд, свернул в сторону и вернулся на широкую дорогу.

Двигатель мотоцикла надрывался, и только рёв турбины перебивал яростный вопль преследовавшего меня монстра. Дальняя стена западных ворот становилась всё ближе, а значит, вскоре я доберусь сначала до особняка Лотосов, а затем и выйду на последнюю прямую. На мгновение обернулся и с улыбкой увидел, что в правом колене твари торчал застрявший кусок бетона. Она заметно похрамывала, но даже при таком ранении старалась не отставать.

Дорога резко сузилась и ушла на небольшой холм, на котором ранее находились особняки кланов. Я повернул, по пути зарядил пяткой по особо голодному монстру, попытавшемуся повалить меня на землю, и вновь выкрутил ручку газа. Заднее колесо со свистом забуксовало, выбивая земляную крошку, и я увидел догорающие угли дома Лотосов. Чёрт, вожак всё ещё слишком близко, а я так и не нашёл способа сбросить его с хвоста.

Возможность представилась в ту же секунду, когда оказалось, что часть огромной волны монстров откололась и решила пойти на опережение. Сотни тварей дожирали последний островок человечества у западных ворот, попутно превращая их в груду металла. Люди явно не пытались сопротивляться, а, скорее всего, хотели покинуть поселение, когда на них напали монстры. Жители и наёмники инстинктивно поднялись на стену, в животном страхе забираясь как можно выше от хищника, и держали там последний оплот.

Старые, но крепкие стены поселения держались стойко, но карабкающиеся твари, числу которых не было предела, вырывали куски бетона и железа, оставляя после себя небольшие дыры. Вся основа заградительного сооружения трещала, и даже на таком расстоянии я слышал, как устало кряхтит вся конструкция.

Должно получиться…

Я обернулся, заметил, что тварь всё ещё преследует меня, и прикусил нижнюю губу. Монстры спереди заметили приближение своего вожака и в сакральном жесте подняли свои лапки кверху. Я наметил небольшое окошко в проходе ворот и приготовился к худшему. Часть монстров оставило ужин для своих сородичей и попробовала спуститься вниз. Если они выстроятся стеной и закроют единственный выход с Рубежа, мне придётся поворачивать и пробовать… нет! Другого пути не может быть!

Я прижался грудью к баку мотоцикла, словно от обтекаемости заметно увеличится скорость, и приготовился к столкновению. Вожак, из правового колена которого хлестала мутно-жёлтая кровь, вскинул свои передние покрытые хитином конечности и планировал одним ударом со мной разделаться.

Вдруг над головой, в комнате управления воротами, где собрались оставшиеся выжившие, стало настолько тесно, что монстры своим весом, наконец, смогли обрушить всю конструкцию. Я словно в замедленной съёмке видел, как куски металла рвутся на части и падают на землю. Сердце пропустило удар, а в голове каждая секунда растянулась в целую вечность.

Всё, что требовалось — это один удачно упавший обломок, и на этом моя история будет закончена. Обидно будет вот так уйти, особенно когда я наконец слегка приоткрыл завесу тайны всего этого места. Повернул вправо, объехал упавшего сверху монстра, на ходу рубанул клинком по следующему, и у левого уха что-то угрожающе свистнуло.

Я пулей вылетел за ворота, оставляя за собой грохот и скрежет тонн толстого металла. Оглушительный вопль огромного монстра, полный ярости, ненависти и испепеляющей боли стал для меня последним моментом, который запечатлел на умирающем рубеже. Никогда ещё в жизни не ощущал такой невероятной свободы, как оказавшись за стенами поверх железного коня.

Я даже, отъехав на приличное расстояние, позволил себе остановиться и бросить прощальный взгляд на поселение. Вожак застрял под грудой металла, и у меня не было сомнений, что он сумеет выбраться, но прежним уже никогда не будет. Его тело, пронзённое толстыми балками обрушившейся на него конструкции, истекало отвратительной жижей, заменявшей ему кровь, а сама тварь всё ещё тянула ко мне свои острые конечности.

Некоторое время смотрел на монстра, на горящее поселение и осознал, что не испытываю ничего кроме безразличия. Ещё один рубеж пал. Я снова уезжаю и оставляю за собой горящие руины пропитанного язвами и болезнями творения человека. Не знаю, были ли монстры наказанием за алчность кланов, безразличие людей к собственной судьбе, или всё это обычное совпадение, а я ненавижу совпадения.

По этой причине дважды, дёрнув рычаг газа, я развернул мотоцикл и по выжженной земле помчался в сторону погрузочной станции.

Прощай ВР-2…

Глава 6

Я закинул кусок искусственной вареной курицы в рот и откинулся на удобной кровати одного из купе. Меланхоличный и монотонный звук постукивающих по рельсам колёс приятно убаюкивал и клонил ко сну. На мгновение закрыл глаза и ощутил, что в очередной раз вместо сна погружаюсь в виртуальное пространство своего интерфейса.

За прошедшие три дня пути по бесконечно тянущейся линии рельс у меня появилось более чем достаточно времени, чтобы всё хорошенько осмыслить. Я раз за разом заходил в свою личную библиотеку чужих воспоминаний и постоянно пересматривал их с самого начала до конца. Все эти люди когда-то вышли из принтера, и в их действиях я больше не мог видеть самостоятельный выбор.

Заложенные в матричном импринте характеристики становились для них одновременно и наградой, и психологической клеткой. Правда, несколько раз пытался себя уверить, что, пускай они и искусственно созданные, но, в конечном счёте, всё же обладали свободой выбора, однако двадцать три инкарнаций Серва, Дьякона и Некра уверяли меня в обратном.

До тех пор, пока не пойму, можно ли действительно запрограммировать естество человека действовать