Рассказы 15. Homo - Андрей Лобов

Не обращая более внимания на людей, Первый Посол развернулся и вошел в кабину. В сопровождении полнейшей тишины, повисшей на площади, и всей своей инопланетной свиты. Уже через секунду та поднялась и исчезла в недрах космического корабля.

* * *

Дверь кабины отъехала в сторону, приглашая посетителя войти. Только так можно было попасть внутрь корабля-посольства. Ученые и инженеры все еще ломали копья, споря о том, что за технология лежала в основе движения этого не то шаттла, не то лифта. Ведь она могла оказаться ключом к пониманию принципа полета самого космического корабля. Сверхпроводящие магниты? Звуковая левитация? А может, телепортация? Обычно перемещение происходило почти мгновенно, и никаких признаков наличия собственных двигателей у кабины не было. Исключением стала утренняя церемония похорон, когда с корабля медленно спускался саркофаг. Значит, не телепортация. Наверное.

Фотографии и видеозаписи схода или возвращения на корабль инопланетных делегаций гуляли по интернету тысячами, но предположения так и остались предположениями. Конкретно эту технологию пришельцы на торги выставлять не спешили, а договоры по тем, что выставлены были, откладывались «до момента одобрения их на совете союза». Когда этот «момент» настанет – тоже было не очень ясно, но здесь играли свою роль и космические расстояния, и дипломатическая привычка принимать ответ «как только, так сразу», пока иных возможностей не было. Министр провел внутри не больше секунды и никаких колебаний, рывков, ускорения или понижения температуры не ощутил. Это его слегка расстроило, потому что склоняло к версии телепорта, а он хотел бы чего-то более научно обоснованного. То есть достижимого в ближайшем будущем. Теоретически.

За вновь открывшейся дверью перед взглядом министра предстал самый смелый футуристический сон дизайнера интерьеров. Полукруглое помещение в мягких, но не очень понятных человеку цветах, без какого-либо намека на углы, с асимметричным, многоуровневым потолком и со множеством настенных ниш такой же неправильной формы, назначение большинства из которых опознать было совершенно невозможно. Только иллюминатор более-менее походил на иллюминатор, хотя, скорее всего, это был все же экран, демонстрирующий вид с одной из наружных камер. В соседней с ним нише устроился большой овальный аквариум – стайка жмущихся друг к другу разноцветных рыбок внеземного происхождения не оставила шансов облажаться с угадыванием. Стол и два кресла, одно из которых уже было занято, тоже легко определялись во внеземном интерьере.

Хорошо бы тайно отснять помещение, в конце концов он всего лишь второй человек на планете, попавший внутрь посольства. Только скомпрометировать себя попыткой использования скрытой камеры не хотелось. Пришельцы не жаловали слишком настойчивое любопытство.

– Добрый день, господин министр, – поздоровался посол. Это он сидел в кресле напротив входа, ожидая посетителя. Неразборчивый шелест инопланетянина сразу же подхватил знакомый кругляш и выдал синхронный перевод четким электронным голосом неопределенного пола. – Проходите, присаживайтесь.

– Здравствуйте, господин посол. – Министр чуть наклонил голову, как это было принято между чужими. Успел насмотреться и запомнить. К тому же трактовка именно этого жеста у земных лингвистов и ксенопсихологов не вызывала сомнений.

Посол ответил зеркальным наклоном своей головы, тем самым подтвердив правильность догадки, но все же поправил:

– Господин Первый Посол.

После чего указал понятным жестом на второе кресло необычной, в глазах человека, ломаной формы. Министр не стал спорить и с достоинством сел в него. Сидение тут же подстроилось под его тело, мгновенно превратившись в Самое Удобное Кресло Во Всей Вселенной конкретно для него. Черт, этой технологии они тоже не предлагали, может где-то на Земле есть похожие разработки? Одно только покрытие чего стоит…

– Я согласился встретиться с вами, господин министр, – начал посол, – лишь потому, что моя супруга уважала вас лично. На решение, объявленное мной утром, этот разговор никак не повлияет. Полагаю, вы надеялись на обратное, потому и сообщаю заранее.

Взгляд человека скользнул по столу, разделявшему его с послом. Слева, отложенное в сторону, лежало нечто, подозрительно похожее на смартфон. По крайней мере, фотографию на экране, то есть невероятно реалистичный 3D-рисунок, министр опознал мгновенно. «Спокойно, только спокойно», – подумал он, чувствуя, как заботливо выстроенная пирамида надежды с грохотом рушится, подорванная сразу двумя направленными взрывами: прозвучавшей репликой и картинкой, как бы случайно оставшейся на столе. Министр не верил в совпадения, а потому понял смысл композиции так: «Да, я читаю ваш интернет. Я прекрасно знаю все, что вы писали про меня, моих соплеменников и мою супругу. Писали, рисовали и даже анимировали».

В этот момент министру понадобился самый высокий, восьмидесятый уровень его знаменитого покер-фейса.

– Я понял. У нас с вами что-то вроде «встречи без галстуков». – Главный переговорщик от людей очень надеялся, что характеристика «невозмутимость» у его голоса прокачана ничуть не хуже, чем у лица.

– Пусть будет без галстуков, – усмехнулся посол. Интересно, как на его язык переводчик прошипел слово «галстук»? – Тогда назовем это помещение кулуарами.

Министр заметил, что посол умудряется сохранять тот же уровень дружелюбия, который демонстрировал с самого начала. Похоже, навыки, диктуемые дипломатией, прокачаны у него не хуже, если не лучше. Тогда почему он принял настолько импульсивное решение? Оставил целую цивилизацию на задворках межгалактического мира, словно племя дикарей на отрезанном от всех острове, в закрытом от любых посещений заповеднике.

– Господин по… Первый Посол. – Министр решил перейти сразу к сути. – Я бы хотел узнать о причинах, побудивших вас приговорить нас всех к изоляции. То есть я прекрасно осознаю степень нашей вины за вчерашнее, приношу свои искренние соболезнования и ни в коем случае не хочу избежать ответственности… но полная и бессрочная изоляция? Всего человечества? То есть, я так понимаю, пожизненная? Другими словами, следующий космический корабль может появиться здесь только после того, как все люди… – он развел руками, намекая на оксюморон, – вымрут? Неужели нельзя как-то смягчить наказание? К примеру, мы могли бы передать на ваш собственный суд, каким бы он ни был, непосредственных виновников происшествия?

Четырехпалые руки пришельца с длинными, тонкими и, кажется, хрупкими пальцами сделали замысловатый жест и сложились, переплетясь, на уровне плоской груди. Посол помолчал немного, тщательно вглядываясь в министра широко поставленными мелкими глазами на темной коже безносого лица, двинул желваками, отчего человек напротив почувствовал себя проколотой иглой бабочкой, которую с усердием рассматривает коллекционер, и только потом раздались шелест и электронные слова:

– Боюсь, господин министр, вы не до конца разобрались в ситуации. Полагаю, вы даже не поняли истинной цели нахождения здесь Первого Посольства. Но, раз уж я согласился на эту беседу «без декоративного элемента одежды», постараюсь объяснить. Начать, правда, придется издалека.

Плавным кошачьим движением посол поднялся с кресла и