Фаза 4. Стагнация - Эл Лекс

расходится. Тебе ясно, Жал? — спросила насекомая, пристально глядя на гусеницу — видимо она тут оставалась за главную. — Держим друг друга в поле зрения, и тогда мы будем в безопасности.

— Нет. — произнес я, одной рукой скидывая с головы клобук, а другой — поднимая дробовик. — Не в безопасности.

Глава 8

Знак свыше

Я уже понял, что отсутствие какого-то оружия в руках или рядом с ними может значить только одно из двух — или у субъекта основной боевой специализацией выбрано «Без оружия», или — «Псионика». При этом белый гамадрил намного больше походил на того, кто выбрал бы «без оружия», нежели субтильный тонкий скат — как минимум его строение тела буквально кричало о том, что с такими длинными руками ему вообще не нужно никакое оружие.

И тем не менее, вариант, что я ошибся, и на самом деле они выбрали специализации ровно наоборот, все же оставался.

Поэтому второй выстрел пришелся в гамадрила. А первый — конечно же, в ската.

Не ожидающий никакой атаки, он словил пулю в свою огромную, странной формы, голову, и повалился навзничь, взмахнув тонкими длинными руками.

И, к сожалению, этим все и закончилось. Потому что, какими бы быстрыми и отточенными ни были мои движения, это неважно, когда пулю поглощает модуль защиты. И именно это и произошло с гамадрилом — вместо того, чтобы разнести и его череп тоже, пуля пропала в защитном поле.

А в следующее мгновение, даже раньше, чем я успел дернуть цевье — гамадрил исчез с того места, где стоял, и появился прямо вплотную ко мне.

«Скачок»! Точно такой же, как у меня, и даже на дистанцию примерно такую же, как у меня!

Длинная рука гамадрила взлетела от самой земли, устремляясь ко мне по крутой дуге, и заодно еще вспыхнула каким-то фиолетовым светом, словно он зажал в кулаке яркий фонарик.

Я резко дернул дробовик вниз, перекрываясь оружием, но восходящий удар огромного гамадрила оказался слишком силен. Даже несмотря на то, что я навалился на оружие всем весом, словно на поручень, на котором пытался повиснуть на выпрямленных руках, даже несмотря на то, что удар твари был его только на середине пути и не набрал всей мощи, меня все равно подбросило в воздух и отшвырнуло назад!

Я рефлекторно взмахнул руками, теряя равновесие, и по какому-то наитию, падая на спину, схватил левой рукой капюшон клобука и снова накинул его на голову, уходя в невидимость. Упал на спину, перекатился через спину…

И вовремя — точно на то место, где я только что был, моментально приземлилась после длинного прыжка толстенная гусеница! Сначала скрежетнули по бетону ее стальные ноги, а мгновением позже — острия двух кинжалов, которыми основанец проткнул пустоту.

— Пыль! — заорала гусеница так неистово, что даже в механическом голосе прорезались какие-то эмоции. — Марона, пыль!

При этом гусеница рефлекторно обернулась к насекомой, скрутив все свое тело в жирную спираль, и я не преминул этим воспользоваться.

Все так же сидя на бетоне, я скинул капюшон клобука с головы, чтобы не отправить его на перезарядку, и выстрелил, целясь в механические ноги гусеницы. Первый сноп дроби снова ушел в защиту, зато второй, на который очень удачно сработала пассивка ружья, заряженный «усиленным выстрелом», прошел. Металлические ходули, на которых не успевшая развернуться гусеница стояла, снесло, словно огромной косой или плугом, и жирное тело повалилось набок. Колбы на ее теле с противным хрустом начали лопаться, и булькающая зеленая жижа потекла из них на бетон под монотонный заунывный, на одной низкой ноте, вой гусеницы.

А в следующую секунду рядом со мной снова оказался гамадрил, но на сей раз он не подпрыгнул «Скачком», он подбежал на своих собственных конечностях, но так быстро, что я едва успел среагировать и перевести взгляд и ствол на него.

Я даже успел выстрелить, а в следующую секунду мощный удар выбил дробовик из моих рук. Ружье отлетело куда-то в сторону, но и я тоже попал, и хорошо так попал — в одну из рук гамадрила, которую тот использовал как дополнительную точку опоры!

Гамадрил отшатнулся назад, словно столкнулся с чем-то, чего не ожидал встретить, и на мгновение замер.

— Скрглв? — удивился он, переводя взгляд на свое плечо, превратившееся в ошметки, сочащиеся какой-то белесой жидкостью.

Я же, воспользовавшись тем, что он отвел взгляд, вскочил на ноги и снова накинул на голову капюшон клобука, уходя в невидимость. И тут же быстро сместился в сторону на пару шагов, чтобы этот Скрглв не подмял под себя, просто прыгнув вперед.

— Скрглв! — недовольно заворчал гамадрил, снова поднимая голову и не выказывая ни малейшего признака того, что он испытывает боль.

Я попытался активировать интерфейс, но он, как и я весь, тоже был невидим под покровом клобука — и для меня тоже. Получается, достать дробовик Робина я смогу только лишь после того, как сниму капюшон с головы, и ни секундой раньше. Плохо.

— Скрглв! — крикнула насекомая из-за спины гамадрила. — Ты его убил⁈

— Скрглв. — разочарованно ответил гамадрил, поворачивая башку к ней. — Скрглв?

— Тогда почему ты смотришь на меня, а не вперед⁈ — заорала насекомая, тыкая пальцами по воздуху.

Вопрос дельный, надо признать. Но уже не актуальный.

Потому что как только очень сильный, но явно не очень умный Скрглв снова отвернулся, я тут же скинул капюшон с головы, и передо мной тут же появился интерфейс и уже открытое меню инвентаря, которое я нащупал по памяти.

«Раздел» материализовался в руках приятной тяжестью, я вскинул его к плечу, плотно вложился в приклад и притопил спусковой крючок.

Первые два выстрела пришлись по ногам гамадрила, но толку с этого было немного — они лишь сорвали кожу, даже на вид плотную, как дубленка, и оставили повреждения уровня глубоких царапин.

Скрглв, снова обернувшийся на меня, шагнул вперед, замахиваясь оставшейся целой рукой, и я отреагировал, прямо в движении выстрелив по ней. С руками дело обстояло проще, и перебитая в локте, а потом и в плече конечность, повисла мертвой плетью, не слушаясь основанца.

— Скрглв. — озадаченно произнес пришелец, а я перевел прицел на его уродливую башку и принялся вбивать в нее патрон за патроном, патрон за патроном.

Картечь сносила белую кожу с черепа, но ничего не могла поделать с прочной костью, пока в патронник не зарядился последний патрон, засиявший «усиленным выстрелом». И только он наконец разнес башку пришельца в клочья, и он упал на бетон бессильной кучей