А бывают ли на свете принцы? - Ольга Кравченко

– Вот достал, – сказала себе под нос. Не на свидание же позвал. – Иду! – это уже ему.

Мне так никуда не хотелось идти, о чем-то с ним разговаривать, мне все равно, кто и что этот Эдвард. Я просто хочу найти брата и свалить отсюда, мне не нравится этот мир, без книг и телевизора, а без Интернета тут вообще делать нечего.

Я вышла из комнаты и направилась в гостиную. Узкий прямоугольный стол, рассчитанный на человек шесть, накрыт и красиво сервирован. В гостиной произошли некие изменения. Появился еще один стул и стол. В камине потрескивала дрова, на столе посередине стояли зажженные свечи. Приглушенный свет придавал некую сказочную атмосферу. Если бы я не знала этого человека, то подумала бы, что у нас романтический ужин. Эдвард подошел ко мне и отодвинув стул, во главе стола, помог сесть, начав ухаживать за мной. Он выглядел сегодня иначе. Когда только успел переодеться, ведь все время торчал на кухне. Белая атласная рубашка, черный жилет с белыми брюками, смотрелись гармонично. А его коса по-прежнему туго заплетена. Выглядел он как принц, только коня белого не хватает.

Эдвард налил суп себе и мне в тарелку и поставил передо мной. Он расположился напротив меня. Так что нас разделяло приличное расстояние, немного мешали свечи в высоких подсвечниках. Которыми он отгораживался от меня и, опустив глаза в тарелку, ел свой суп. Я поковырялась ложкой, рассматривая прозрачный бульон, в котором плавало: три кубика картошки, кружок морковки и два кусочка мяса. Изысканная "щедрость"! Я посмотрела на Эдварда, который уже доедал свою тарелку.

– Я надеюсь, ты туда не плюнул?

От моего вопроса он закашлялся, прикрыв рот салфеткой.

– Ты думаешь, я способен на такое? Я еще не так низко пал, чтобы плевать в твою тарелку, – он прожевал, вытер губы салфеткой, отпил из бокала и уставился на меня.

Я пожала плечами и проглотила первую ложку первого блюда.

Суп оказался вкусным, и даже сытным, несмотря на мизерное количество плавающих в нем ингредиентов. На второе был жареный поросенок под каким-то там соусом, с картошкой. Эдвард пытался о чем-то со мной заговорить, но я игнорировала его вопросы.

– Чего тебе от меня надо? – прожевав последний кусочек и счастливо откинувшись на спинку стула, спросила я.

– Правду!

– Какую?

– Кто ты и откуда, и куда ехала, почему ты оказалась в том лесу?

– Это все? Давай договоримся так. Ты возвращаешь мои вещи, а я все тебе рассказываю, – я вытерла рот салфеткой.

Он задумался, плеснул себе в стакан вина и неторопливо прошествовал к дивану.

– Идет!

– И еще одно! – повернулась лицом к собеседнику.

– Мы так не договаривались.

– Я с тобой вообще пока ни о чем не договаривалась. Где я нахожусь?

– Ты в Стоунхольде, в древнем городе семи морей. А семи морей потому что…

– Понятно, что ничего не понятно, – оборвала собеседника на полуслове. – Хоть понятно, что я не у черта на куличках.

– Теперь твоя очередь.

– Я ехала к брату, когда вы меня схватили…

– Я это уже слышал! Начни с того дня как ты решила приехать сюда и откуда. И про имя тоже не забудь.

– Да чего же ты дотошный! – вино немного расслабило, и я тоже плюхнулась рядом с ним на диван.

– Я Матильда Иванова, ехала к брату, но заблудилась! Достаточно?

– Нет! Тут никто не носит таких дурацких фамилий. Ты врешь!

– Я не вру, – а просто не договариваю. – Я не знаю, можно ли тебе доверять! Ты бандит, а таким вообще нельзя верить.

– Как ты меня сейчас назвала?! – в его глазах сверкнули молнии, лицо стало жестким, исчез тот милый и заботливый Эдвард.

Кажется, пора "делать ноги", я поставила бокал на пол и, поджав свой трусливый хвостик, убежала в свою комнату. От такого Эдварда мне становилось страшно, вспоминая его злющие глаза, по коже тотчас проносился мороз. Через пять минут из гостиной донеслись звуки бьющейся посуды. Да ему в психиатрическую больницу пора! Сидя под дверью, я слышала, что происходит в доме, бардак продолжался недолго. Вскоре все стихло, но выходить из комнаты я побоялась, мало ли что. Я лучше тут посижу и подумаю, как вернуть свои вещи и свалить от этого психа.

Вот и наступило утро еще одного дня и, что меня ждет, я не знаю. Расчесав волосы и завязав их в хвост, я вышла из комнаты. Не могу я весь день просидеть в душной комнате, к тому же мне нужно поговорить с Эдвардом. Я прошла в гостиную, надеясь увидеть следы погрома, ученного им вчера, но не было и малейшего намека. Все прибрано. Стоит один стул и диван. Стола и свечей нет.

Накинула мужской плащ, который висел в прихожей, вышла на улицу. Воздух был прохладным, дул несильный ветер, я решила не рисковать и застегнулась на все пуговицы. Плащ смотрелся на мне смешно, длинный и широкий. Подметая им дорожки во дворе, я остановилась и прислушалась, было тихо. Серые тучи набухли над моей головой, готовые в любую секунду разразиться дождем.

Прогулялась вокруг дома в тапочках, ноги в них быстро замерзли, и я собралась ужу идти домой. Но, я увидела Эдварда, сидящего под большим раскидистым деревом, сначала хотела подойти, но передумала.

– Сегодня пасмурно. – грустным голосом сказал он.

– Что? – обернулась я.

– Весной, летом, иногда и осенью по сторонам дорожки цветут ярко-фиолетовые гимеры. Мне не слишком везет с другими цветами. Поэтому я их и выращиваю.

Я подошла и встала напротив него. Эдвард не обращал на меня внимания, продолжая рассматривать свои цветы. Это были те самые цветы, что покорили меня своей красотой. С лепестками в виде сердечек.

– Отдай мои вещи, и я тебе все расскажу, – попросила я вежливо мужчину.

– Они в моей комнате, под кроватью…

– Так просто? Никаких тайников со сложными замками и шифрами?

– Я все еще жду… ты думаешь, я не проверил вещи в твоей сумке.

– Хорошо! – я села рядом с ним и стала рассказывать. – Так вот, мой брат Риз, ученый. Я не знаю, зачем он приехал сюда, но брат попросил, чтобы я нашла его и забрала домой. В том лесу я оказалась случайно, сбилась с дороги, а потом не смогла выйти. Так и шла, пока меня не сбил какой-то мужик. Бросил арбалет под ноги и убежал… Я подняла его, чтобы иметь какое-то оружие под рукой… Хотя, пользоваться не умею…

– Почему ты сбежала из больницы?

– Там ходили парочка очень неприятных типов. Мне показалось, что им нужна именно я. Пришлось сбежать.

– Что