Лекарь из другого мира - Рина Вергина

нашего конюха за местным лекарем, сомневаясь в моем лечении. Мы громко спорили с баронессой, когда она требовала накрыть трясущуюся от озноба Берту еще одним одеялом. А я настаивала на протирании ее тела прохладной водой.

Постучала прислужница и выразительно округлив глаза, сказала;

— Там приехал…

— Кто? Говори быстрее, дуреха! Лекарь? — взвилась на нее баронесса.

Прислужница замотала головой.

— Так к госпоже Марике… мужчина. Ее требует.

21

Я шла за баронессой по полутемному коридору к входной двери. И с каждым шагом все больше накатывало волнение.

В конце коридора, у массивной входной двери, вырисовывался силуэт высокого мужчины. Он был высокий и широкоплечий. В военной форме, темной и строгой, с серебряными галунами, едва различимыми в тусклом свете. На голову надвинута фуражка, скрывающая часть лица.

Неужели это…

Коста?

От этой мысли жар прилил к щекам. Я уже готова была броситься вперед, как меня остановил возглас баронессы.

— Фредерик! Как ты изменился, мальчик мой. Тебя и не узнать. Усы отпустил. Какой красавец!

Я застыла, вглядываясь в стоящего впереди мужчину. Тот снял фуражку и небрежным жестом пригладил светлые волосы.

— Баронесса Файнштейн… рад видеть вас в добром здравии. Марика… — Фредерик вытянул голову, вглядываясь в мою фигуру, застывшую за плечом баронессы.

— Что же мы у дверей стоим, — захлопотала баронесса и крикнула служанку, — живо накрой стол. Видишь… баронет Кранберг к нам в гости пожаловал.

— Извиняюсь… не признала… — пролепетала служанка, тут же срываясь с места.

Баронесса приняла из рук Фредерика фуражку и подхватив под руку, повела в столовую, зыркнув на меня недовольным взглядом.

Я поплелась следом, совершенно не представляя, как буду общаться с этим незнакомым для меня молодым человеком. Который считает меня своей невестой.

Ситуация патовая.

На шум выбегает Эмилия. Видит Фредерика и с визгом бросается ему на встречу. Но все же успевает вовремя остановиться и чинно склонить голову.

— Эмилия… как ты выросла, — говорит Фредерик, а моя сестра в ответ смущенно улыбается и заливается довольным румянцем.

В столовой мы сидим напротив друг друга. Баронесса во главе стола. Эмилия рядом со мной.

— Как здоровье барона? — вежливо интересуется Фредерик.

— О… он немного приболел. Уж извините, не сможет встретить такого гостя, — щебечет матушка.

На самом деле барон перебрал горячего домашнего вина, кляня плохую погоду и сейчас сладко похрапывал в своей комнате.

— Я только сегодня приехал и решил сразу к вам… — при этом Фредерик так выразительно посмотрел на меня, что делается не по себе. Похоже этот мальчишка и правда влюблен в Марику.

Вот только что теперь делать мне?

Я разглядываю Фредерика. Портрет довольно точно передает сходство, если не считать новую деталь — залихватски подкрученных усов.

— Я подарки привез, — говорит Фредерик. Ныряет рукой за пазуху и вытаскивает два бумажных свертка. Протягивает баронессе и Эмилии.

Те разворачивают, шурша бумагой. У обоих яркие шелковые платки. У баронессы — глубокого изумрудного цвета, с вышитыми золотыми нитями райскими птицами. У Эмилии — нежно-розовый, с серебристыми цветами.

После этого Фредерик разворачивается ко мне. Загадочно улыбается. Достает небольшую бархатную коробочку и двигает в мою сторону.

— Я тогда не успел… решил, что подарю, как только мы снова встретимся.

Я оцениваю размер коробочки. Она явно для кольца. Помолвочное небось?

Сердце бешено колотится, но не от радости, а скорее от паники.

На меня все так смотрят. Баронесса с восторгом, предвкушая выгодную партию. Эмилия с едва прикрытой завистью, мечтающая оказаться на моем месте. Фредерик так и лучится гордостью. Ждет моей реакции.

А я теряюсь. Я не хочу брать это кольцо. Но и отказаться не могу. Не сейчас, когда все взгляды прикованы ко мне.

— Ну же… — торопит Фредерик.

Я беру в руки коробочку и открываю ее. Так и есть, на светлой подкладке лежит золотое колечко с небольшим камушком. Явно драгоценным. Вон как сияет, когда на него падает свет.

— Примерь, доченька, — облизнув губы, говорит баронесса.

Я тяну время. Все это мне кажется слишком не правильным. Приму я это кольцо или нет, любой мой выбор мне кажется ошибкой.

— Баронесса… там лекарь приехал, — громко шепчет заглянувшая в столовую служанка.

Я готова за это известие расцеловать ее в обе щеки. С хлопком закрываю крышку у коробочки и опускаю ее себе в карман. Вроде бы взяла, но и на палец не надела.

— Позвольте, я встречу, — тут же говорю я и вскакиваю с места.

Перевожу дух лишь когда оказываюсь в полумраке коридора. Наверняка мне потом баронесса все уши прожужжит о моем неподобающем поведении. Но небольшое время для передышки я себе выкроила.

22

Встретив лекаря, я проводила его наверх, в комнату Берты. Та спала, прерывисто дыша. Тусклый свет настольной лампы бросал свет на ее разгоряченное лицо.

— Госпожа Марика, рад что вы вернулись. Я слышал, вы служили в госпитале? Очень похвально. Ну-с, что с вашей сестрой?

Лекарь подошел к кровати и осторожно приложил ладонь к щекам Берты. Кожа ее пылала. Лекарь поцокал языком, его взгляд стал серьезным.

— У нее сильный жар. Горло красное… Боюсь, как бы не было… — Я запнулась, судорожно пытаясь вспомнить, как здесь называют то, что в моем прошлом мире звалось ангиной.

—...огненной хвори, — закончила я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Огненная хворь звучало куда страшнее привычной ангины.

Лекарь кивнул, не отрывая взгляда от Берты.

— Да, весьма похоже. Огненная хворь коварна, особенно для юных созданий. Нужно действовать быстро.

Он достал из своей сумки несколько склянок с разноцветными жидкостями и мешочек с травами. Их аромат остро защекотал ноздри.

— Что это? — подозрительно спросила я, принюхиваясь.

— Это целебная настойка, — ответил лекарь, показывая мне склянку с мутной жидкостью. — Снимет жар. А это отвар шалфея и ромашки, для полоскания горла. Облегчит боль и снимет воспаление. Ну и конечно, мешочек с сушеным зверобоем. Из него сделаем примочки на грудь, чтобы облегчить дыхание.

— А я бы еще хотела предложить… — я задумалась, вспоминая, что обычно делали при ангине в моем прошлом мире. — …горячее питье с медом. И проветривать комнату почаще, несмотря на холод. Свежий воздух поможет сестре дышать легче.

Лекарь уважительно посмотрел на меня.

— Работа в госпитале явно пошла вам на пользу. Помню, еще маленькой девочкой вы плакали от вида крови и боялись каждого чиха.

— Да… я сильно изменилась.

Лекарь попросил принести стакан с теплой водой. Когда я выполнила его просьбу, лекарь взболтал склянку с настойкой и немного плеснул в стакан. Тут же запахло мятой и ромашкой.

Мы приподняли Берту и заставили