Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 5 - Юлия Борисовна Жукова

Скрепыш: Люблю боевики.

Искин, изобразив ведро с попкорном, наблюдал, как бравые полицейские ЧОРы ломают дверь, врываются внутрь. Люди с обеих сторон что-то орали. Внутри гремело и слышались удары. Потом начали выводить работников в наручниках.

— Так, Скрепка, хватит прохлаждаться. Давай-ка быстренько соберём все данные по нарушениям по части Усманова и перешлём… эм… давай Булавину и Валетову.

Скрепыш: Анонимно?

— Разумеется, — вздохнула я. — Премии мне за это не дадут… Тут как бы по шее не дали.

На этом моменте включилось ещё одно видео. Передо мной появился некто в полицейской форме, и голос Стёпы взволнованно вещал:

— Комсдарь Усманов очень серьёзно относится к своей работе. Например, он специально сделал отдельный въезд для грузовиков с каким-то особо опасным грузом. Этот вход, он далеко от всех ворот, через которые ходят люди. Ну в целях нашей безопасности, как вы понимаете. Там только его охранники стоят.

— В спецкостюмах? Типа как от радиации? — уточнил полицейский.

— Ой, ни разу такого не видела. Но… да, наверное. К ним нас не пускают. И этот груз на обычный склад не везут. Сразу куда-то туда…

В кадре появилась рука Стёпы, машущая в направлении, откуда слышался шум.

— А ещё знаете, какая у нас система безопасности! И тут, и в ЖК. Без пропуска, им лично одобренного, никак не пройти!

Ай да Стёпа!

— И копии наших документов у него, разумеется, тоже есть. На всех. Быть такого не может, чтобы на кого-то не было. Он даже хвалился, что архив хранит в том числе и на личном сервере, мол, корпоративному не доверяет!

Скрепыш: А вот и нарушение правил работы с персональными данными…

— Хана мужику.

Скрепыш: Так, я собрал весь пакет. Осуществление незаконной производственной деятельности, организация незаконной деятельности компании «Кыйы» на территории «ЭкзоТеха», изготовление оборудования повышенной важности без соответствующих сертификатов, фальсификация сертификатов качества, коррупционные действия, то бишь откаты и сговор с сотрудниками, нарушение пропускного режима на опасном производстве и в частном ЖК, нарушения кадрового учёта и оформления персонала. Ничего не забыл?

— Напиши ещё, что эти работники — незаконные мигранты.

Скрепыш: Мы этого не знаем.

— Да уж поверь мне.

Скрепыш: Оки. Отправляю.

— Осталось крикнуть «Ложись», и будет полное сходство с броском гранаты.

Скрепыш: Ну тогда… Ложись!!!

После отправки мы со Скрепкой прильнули к трансляции из кабинета Валетова. Камера располагалась не очень выгодно — за головой сидящего за столом хозяина кабинета, так что его лица я не видела. Зато покрасневшую рожу Сусалева — отлично. Булавин расхаживал перед ним, приосанившись и явно смакуя момент.

— Я этого Усманова давно раскусил! — вещал глава службы безопасности, размахивая руками. — Теперь он у меня попляшет! Я его в асфальт закатаю! Все эти годы он мне палки в колёса ставил, а теперь — всё, конец!

Валетов рассеянно кивал, одной рукой что-то теребя на панели управления кьюбером. Я увеличила изображение и поняла, что на экране у него развёрнута почта. В которой сверху лежало письмо с пометкой «анонимный отправитель». Валетов тыкал-тыкал и наконец натыкал моё письмо, после чего завис, просматривая текст. Я прямо видела, как напрягается под пиджаком его спина. Булавин всё что-то вещал, но Валетов явно не слушал, а потом поднял голову и поманил главу СБ к экрану.

Булавин нехотя приблизился. В углу кабинета всё ещё сидел понурый Сусалев — его пока не увезли, ждали полицию. Валетов глянул на него, потом быстро создал заметку и развернул экран так, чтобы видел только Булавин. Я прищурилась — Скрепка услужливо приблизил картинку.

Валетов быстро набрал текст в заметке:

Я не знаю, откуда это прилетело. Но тут как-то слишком много всего. Представьте, какой будет скандал.

Булавин хмыкнул, создал себе вторую проекцию клавиатуры — я и не знала, что кьюберы так умеют! — и набрал в ответ:

Так хорошо, пускай скандал, вычистим всякую падаль!

Валетов замотал головой и застрочил снова:

Как бы нас самих не вычистили.

Булавин отмахнулся — жест вышел нервным, но Валетов продолжал тыкать пальцем в экран, пролистывая анонимку дальше. Потом написал ещё:

А это разве не ваша функция?

Булавин наклонился ближе, вчитался, и его лицо медленно помрачнело. Он перестал ухмыляться, выпрямился и как-то разом сдулся. Даже плечи опустились.

Скрепыш: Ой. Кажется, мы перестарались.

Я закусила губу. И правда — ой.

Валетов тем временем смотрел на начальника безопасности, подставив камере свой профиль, на котором виднелся тихий ужас. Булавин открыл рот, явно чтобы что-то сказать, но не успел.

Дверь в кабинет распахнулась без стука.

Вошли трое в строгих тёмных костюмах, с массивными вижуликами на ушах, на которых серебристо поблёскивали гербы Эрешкигали — угловатая такая корона. Лиц мужиков я не видела, только бритые затылки. Главный из затылков шагнул вперёд и коротко бросил:

— Следственная группа. Всем оставаться на местах.

Валетов вскочил, оттолкнув стул на колёсиках. Булавин попытался принять независимый вид, но вышло плохо.

— В смысле на местах? — переспросил он. — Вы кабинет не попутали?

— Мы делаем свою работу, — сухо пояснил затылок. — По этому адресу зафиксировано обращение в связи с… — он раскрыл экран вижулика, — большим количеством нарушений, начиная от трудового кодекса, заканчивая антитеррористическими законами. Следственная группа прибыла для проведения следственных мероприятий. Представьтесь полным именем и пройдите с сотрудником в переговорную для дачи показаний.

— П-простите, а мы-то тут при чём, комсдари полицейские? — залебезил Валетов. — У нас тут разбор полётов вот, с сотрудником… Это вообще отдел закупок!

— По нашим данным обращение было отослано именно из этого отдела, — отрезал затылок. — Не чините препятствий следствию, проходите, проходите.

Затылки чином помладше двинулись на Булавина.

— Это что за самодеятельность? — фыркнул Булавин. По нему было видно, что он уже далеко не так рад своей идее. — Мы сами разберёмся! У меня полномочия…

— Разберётесь на допросе, — холодно оборвал главный. — Двигаемся, не стоим.

Булавин открыл рот и закрыл. Валетова уже теснил к двери другой затылок. Сусалев изо всех сил пытался прикинуться мебелью. В итоге его оставили в кабинете, а обоих начальников развели по разным переговорным. К счастью, Скрепыш быстро нашёл мне видео из обеих.

В переговорной с Валетовым всё было предсказуемо. Он сел на стул, сжался в комок