С чистого листа 2029 - Alchy

Поднялись вверх и не торопясь начали обход всего четырёхкилометрового рубежа обороны. Разделенного на три отрезка: первый для того, кто спит, он в случае тревоги должен подорваться и там караулить, второй на том, чья очередь кашеварить. Остальные два участка распределяются между бодрствующими. Показал все пять обустроенных мест, если приспичит по большому — нормально обустроенные отхожие места типа толчок, с выкопанной достаточно глубоко ямой (сколько позволял грунт, всё-таки хребет горный под ногами) под деревом. С вбитыми кольями по сторонам, обтянутыми старыми баннерами.

Ильяс не удержался и в который раз принялся рассказывать эпическую историю о том, как он прошлой зимой дрон сбил. Жека эту историю знал наизусть, но не перебивал и не обращал внимания, что с каждым новым пересказом подвиг друга обрастал всё новыми и красочными подробностями. Выяснилось, что Галям за два года целых три дрона записал на свой счет, против одного Ильяса. А Кузьмич вообще ни одного. Впрочем, друг справедливо объяснил, почему так сложилось:

— Кузьмич с нами с середины апреля, уже наши РЭБы на границе с казахами поставили и границу укрепили, с тех пор тут загораем, не то что раньше носились, жопа в мыле…

Жека, прикинув масштабы участка, высказал опасение, что всё их дежурство больше на профанацию смахивает, что такое четыре дрона за два года. Ильяс вскинулся:

— Ты при Галяме такого не ляпни! Со стороны М5 ещё один пост как у нас, несколько воинских частей прикрывают зенитками город! А четыре сбитых нами дрона, это минус, что могли в город прилететь!

Жека смутился и покаялся, вспомнив что несколько человек погибли с двадцать шестого года, как раз от шальных прорвавшихся дронов, которые били неприцельно, норовя зацепится за девятиэтажки, не долетая до заводов:

— Извини, не подумав хуйню спизданул!

Ильяс кивнул, принимая извинения, и потопали дальше. Дошли до края их рубежа, Жека всё показанное старательно запоминал, помня, что ему тут ещё ночью предстоит дежурить. Не синекура, как ему представлялась ранее, оказывается. Но патроны сейчас самые дешевые — минимум от двух сотен за штуку, сухпай такой — косаря полтора не торгуясь. А уж возможность защитить город и даже сбить дрон, не дав ему причинить ущерб — это бесценно. А бонусом удостоверение участника теры и статус защитника, тоже дорогого стоит. Поэтому вникал во всё, что друг рассказывал, мотал на ус и сам не стеснялся вопросы задавать.

— Под деревьями смысла нет перехватывать, — поучал Шама, — мы поэтому по самому гребню ходим, тут и полян, и проплешин больше. Запоминай местность, чтоб потом не метаться как заяц. Тем более в темноте, ноги переломать как нефиг делать…

На границе участка с соседями перекусили тем, что с собой захватили, попили из термоса горячего травяного чая, с малой толикой чёрного, отдохнули и таким же неспешным темпом пошли обратно. По дороге Ильяс показал место, где можно было опят подрезать, спустившись на полкилометра, что и проделали, не слишком увлекаясь — полпакета набрали.

— Не зря картошки побольше захватил, — потирал руки Шама. — Галям нас сейчас своим фирменным блюдом накормит, готовит сносно, нажористо и ложка стоит. Но лучше с мазиком его стряпню есть и кетчупом приправлять. А вот я вечером картофана нажарю, с опятами и лучком, ммм, пальчики оближешь!

Жека, всю дорогу то и дело терзавший смартфон, то время смотря, то на полоску связи — задал вопрос:

— А чо ты говорил, что со связью тут траблы? Местами да, но в основном есть полоска, а то и две?

— А ты позвонить попробуй. Эта одна видимость, что есть. Смску если наберешь и ходишь, может улететь. И прийти так же рандомно, от погоды зависит и где проходишь сейчас. Ну или подкидывать если повыше. В сеть не пробовал выйти?

— Пробовал, — сознался Жека. — крутится, что загружается только, и всё…

— Мы на режим полета ставим, — посоветовал Ильяс, — чтоб батарея не так быстро садилась, эх ты, погроммист, азбучных истин не знаешь!

— Да знаю я всё, просто надо самому убедиться было, мало ли… — Сказал Жека в оправдание и достав мобильник, тыкнул по пиктограмме самолета.

Выглянуло солнце, поверху горы продувало ветерком, подсушив подлесок и траву, пахло осенним лесом, с ноткой грибной сырости. Если отвлечься от карабина на плече, легко можно было представить, что просто с дачи вышел за калитку, прогуляться до старых вырубок за опятами. На очередном привале-перекуре Жека прикинул направление, где их дачи с Ильясом находятся, загрузил оффлайн карту, отметил их местонахождение и поделился с другом, что тут относительно близко.

— Ага, только через две горы перебираться придется. — Откликнулся Ильяс. — Это тут, наверху, нормально пройти можно, внизу урема и завалы непроходимые сплошняком. По факту, больше суток придется преодолевать. Ты чо, не устал ещё, на подвиги потянуло?

— Я гипотетически, прикидываю просто, — Жека увлекся, разглядывая карту, ещё слова друга легли на благодатную почву и он продолжил фантазировать, — посмотри, тут в окрестностях можно дивизию диверсантов скрыть или самим партизанить сколько угодно, было бы чо жрать.

— Какой партизанить? — Удивился Ильяс, больше знакомый с реалиями, благодаря службе в тере и знакомству с Галямом. — Несколько FPV дронов и всё, отпартизанился. Это не говоря про комплексы, которые у наших армейцев есть, те любую живность отследят и классифицируют по массе, там хоть весь пеноизолом фольгированным обмотайся — не только в инфракрасном диапазоне чекают, ты «Мародера» Беркемовского вспомнил что-ли? Пошли, как раз к обеду дойдем, сурвайвер…

День у Жеки вышел насыщенным и наполненным впечатлениями. В обед, после прогулки по лесу — уминал стряпню Ильдуса, вспоминая критику Шамы, подумал: «Зажрался друг, разбаловала его Наташа разносолами, нормально Галям готовит!» После обеда его уже Кузьмич водил по маршруту, заболтав и умотав до такой степени, что на ужин он умял добрую порцию картошки с грибами и радуясь тому, что сейчас его очередь спать. Когда мыл свою миску — уже глаза слипались.

Зашел в дом, достал и раскатал спальник на дощатых нарах, улегся, думая что уснет, не успев голову донести до рюкзака, заменяющего подушку. Но не тут то было — гудели ноги, за маленьким окошком шумел ветер, под полом шуршали мыши, и сон не шел. Жека ещё раз прокрутил