Чайный Мастер. Том 2 - Ярослав Мечников

Слегка кивнув, я подумал, что надо будет узнать у Марвина, кто это такая. Он должен знать.

— Спасибо, — сказал я. — Даже за это.

— Помочь хорошему человеку мне несложно.

— Ты добрый, Рован, — вмешался Минк.

— Только с хорошими людьми, — осклабился тот, заставив Минка напрячься.

— Ты вроде хотел поторговаться, — напомнил я алхимику.

Он без лишних слов поднялся и взял свою корзину. Оттуда сразу потянуло сырой землей, зеленью и хвоей.

Рован начал выкладывать пучки на стол, разделяя влажные тряпки, корешки в глине и берестяные коробочки.

— Знал, что ты не откажешься поторговаться, — сказал он. — Поэтому собрал в Лесу кое-чего интересного. Для алхимии мало годится, но свойства интересные.

Минк придвинулся ближе, втянул носом воздух и нахмурился.

— А ты только за Первую Границу ходишь?

— Не только, — спокойно ответил Рован, доставая тонкие серо-зеленые стебли.

Минк умолк, разглядывая Рована, и я его понимал. Так буднично о походах дальше Первой Границы не каждый бы смог говорить.

Я взял один пучок и спросил:

— Это что?

— Росница малая. Водная. В алхимии хорошо гасит огонь, — Рован задумался. — Смягчает, если правильно.

Я отложил пучок на чистую тряпку, отмечая, что можно с Холодянкой смешать…

— А ранг?

— Первый. У всего почти первый.

— Еще что есть?

— Ветропух, — он указал толстым пальцем на комок чего-то мягкого и белесого. — Съедобен. Придает сил на время. В алхимии редко используется, потому как неудобен, но для чая…

— Да, может сгодиться, но тоже неудобно будет. Поэтому возьму, но много за него не дам.

Рован расплылся в довольной улыбке.

Торг вышел короткий и не такой, как в прошлый раз. По итогу я достал из тайника три средних камня и горсть низких. Рован отложил мне Росницу, Ветропух, Желтокорень и немного сушеных ягод Светлянки. Еще два пучка он оставил в счет будущего чая, решив зайти после Леса и забрать свое проливами. Это то, что, по его словам, плохо подходило в алхимию и имело более удобные аналоги. Поэтому отдавал их мне, не жалея.

Мы как раз заворачивали травы в отдельные тряпицы, когда снаружи скрипнула калитка.

Минк сразу напрягся, убрал локоть со стола и глянул на стойку, где под старой тряпкой стоял горшок с Молниевым корнем. Рован же даже не обратил внимания, убрав к стене корзину, и, взяв пиалу, допивал остатки чая.

Дверь открылась без стука, когда я еще два шага в ее сторону сделать не успел. И сердце пропустило удар, когда я понял, кто к нам пожаловал.

Снова Варг, гильдейский пес. Он вошел, остановился у двери и молча обвел зал тяжелым взглядом. Минк стал хмурым, как туча грозовая. Я и сам сдвинул брови к переносице. Какого он снова сюда пришел?

Дорогая накидка с серебряной вышивкой сидела на Варге не очень ровно, будто он весь день носился по городу. Прилизанные волосы слегка растрепались. Сапоги в пыли. Но вот меч в этот раз был при нем.

— Живее стало, — бросил он безэмоционально и, заметив Рована, кивнул ему. Тот на удивление ответил таким же кивком.

— Живее, — произнес я, делая шаг к нему.

При этом старался не обращать внимания на ноющую спину и руки, чтобы на лице не проступила ни единая эмоция.

Варг задержал взгляд на мне, чуть дернул щекой в раздражении и прошел к дальнему столу.

— Чай.

Я моргнул.

— Что?

— Чай, — повторил он громче и уселся. — У тебя чайная или я ошибся?

Минк медленно выдохнул через нос и сжал кулаки. Рован уткнулся в пиалу, пряча улыбку в бороде.

А Варг устроился удобнее, положив ладонь рядом с рукоятью меча, и стал ждать, рассматривая зал.

Он так решил мне напомнить о долге? Мол, вот я, посмотри, приглядываю за тобой, не даю расслабиться? Чушь какая-то… Хотя если вспомнить, что Тинг был мальчишкой, то на него могло такое давление повлиять. На него, но не на меня.

— Сейчас будет, — бросил уже я.

Прошел на кухню, взял старый чайник, сполоснул горячей водой и достал желтый лист. Лесной мотив Варгу давать не хотелось. Спокойную гладь — тем более. Перед ним вообще не стоило показывать лишнее, а каналы после вчерашнего и сегодняшнего дня лучше было не трогать без нужды.

В чайник лег желтый лист, древесная мята, две раздавленные семечки Сладкой капли. Колодезную воду брать не стал, взял обычной из кувшина, выдержал температуру ниже кипятка и залил сбор аккуратной струей, следя, чтобы листья не сбились в ком.

Пар поднялся мягкий, со сладкой травяной ноткой.

После чего взял старую пиалу, отыскал второй пошарпанный поднос и вернулся в зал.

Варг сидел там же, глядя на Минка с ехидной ухмылкой. А парень смотрел на него исподлобья, катая желваки. И только Рован рассматривал новую пиалу Савелии, думая о чем-то своем.

Я поставил чай перед Варгом.

— Надеюсь, Тинг, это не сорная трава, чтобы мне настроение испортить?

— А ты попробуй и узнаешь, Варг. И вообще, зачем ты пришел? Мы вроде все обсудили.

Он нахмурился, повел шеей.

— Не задавай тупых вопросов. У меня настроение сегодня ни к черту, сопляк…

Рован кашлянул в кулак, перебивая Варга. Тот сухо усмехнулся, раздраженно откинулся на спинку стула, плеснув себе чаю в пиалу, и стал пить, не меняясь в лице. Будто воду хлебал. И вид у него стал такой, что еще раз спрашивать, зачем он пришел, я не решился. Пусть его. Захочет, сам начнет говорить.

Я вернулся за стол с Рованом и Минком, но разговор не клеился из-за витающего в воздухе напряжения.

Рован кинул взгляд на Варга и повернулся ко мне.

— Кто это?

— Варг, — тихо ответил я. — Восходящий из Торговой Гильдии.

Здоровяк потер бороду, без стеснения рассматривая Варга, а тот его. Будто два льва в одной клетке, но львы ленивые, очень ленивые. Убить друг друга могут, но сил на это тратить не хотят…

— Понятно, — хмыкнул Рован наконец. — Занятный парень.

Минк фыркнул, не удержавшись, и тут же снова нахмурился.

Варг только плечом повел, смотря уже куда-то в потолок и качаясь на стуле. А я не стал уточнять у алхимика, что он имеет в виду под «занятный».

Вскоре гильдейский пес выпил