Особенности фиктивного развода с крылатым - Екатерина Вострова

Брат набрал номер службы спасения в первые же сутки. Если бы его вычислили по координатам и приехали выручать из беды — я бы точно не сумела замять историю с пожранными спасателями.

Мне повезло, что амулеты завибрировали, когда я ещё не уехала от убежища. Смогла убедить приехавшую скорую, что всё в порядке.

Телефон я в тот же день забрала. Потому что даже если я вытащу из него сим-карту, это не помешает моему брату еще раз набрать номер спасения и найти на свою голову проблем.

— Не нужны мне твои подачки! — отбрыкнулся он. — Я хочу, чтоб всё было как раньше! Ты и я, и все кругом ходят возле нас на цыпочках! Почему я должен прятаться как драная мышь? Я — Дохак! Раньше передо мной на коленях ползали!

— Какие же вы, древние, закостеневшие в своих воспоминаниях. Если ты не заметил, за время твоего отсутствия кое-что изменилось, — Влад неприязненно зыркнул на моего брата в зеркало заднего вида.

— Тебя вообще никто не спрашивал! — гаркнул Дохак, и щенок на его коленях беспокойно завозился. — Хида, кто это такой?! Твоя прислуга? Он мне сразу не понравился. Он бы в собственной крови купался, если бы так со мной заговорил. Хида, давай растерзаем его? Ну, пожалуйста, сестричка, ради меня!

Я не стала отвечать, потому что мы въехали в частный сектор. Интересное у Влада безопасное место — посреди жилого малоэтажного района. Я даже повернулась к фениксу в немом вопросе, но он как ни в чем не бывало припарковал машину возле одного из домов, обветшалого, деревянного, и показал на калитку.

— Милости прошу.

— Сюда?..

— А ты чего ждала? Секретной лаборатории на дне океана? Это прекрасное место. Здесь тебя точно не станут искать. Уж поверь мне, — и улыбнулся как-то очень уж загадочно.

Вскоре мы вошли внутрь дома. Такого же бедно обставленного, очень дряхлого. Я бегло глянула на вешалку. Там обнаружилась подозрительно знакомая мне куртка ярко-салатового цвета. Хоть убейте, не помню, где, но я её видела очень часто.

Но уже спустя несколько секунд я поняла, где, а точнее — у кого — я встречала эту куртку.

Нас встречала настороженная донельзя Наташа. Девушка замерла в дверном проеме, окинула меня тяжелым взглядом, а затем сказала негромко:

— Проходите. Чай будете? Сейчас заварю.

— Хм, Влад, — я потянула феникса за рукав. — По-моему, ты ошибся. Здесь меня могут искать, по крайней мере, Ярослав с Ромой. Это же Наташа, моя одногруппница.

— И что? Вы так дружны? Что в случае похищения, — сделал он ударение на последнем слове, — ты каким-то образом окажешься у нее?

— В случае похищения — конечно, нет. А вот если уехала сама… она обещала помочь мне с конспектами, Яр в курсе.

— Угу. И ты рванула из борделя, чтобы заняться учебой.

— Откуда ты рванула? — распахнул глаза Дохак.

Брат чесал щенка, которого не спускал с рук, за ушком, но на моей реплике поперхнулся.

— Потом объясню, — отмахнулась от него.

— Хида, ты…

— Не называй меня при чужих Хидой. У меня другое имя. Майя.

— Ясно, Ма-й-я, — проговорил по слогам. — Я запомню.

Кажется, он обиделся, но только великовозрастных обид мне и не хватало.

Глава 8

Глава 8

Едва Наташа скрылась на кухне, как снова повернулась к Владу:

— Она человек. А мы сюда пришли не чай пить, а проводить ритуал…

— Да ты расистка. — Фыркнул насмешливо феникс, скидывая кепку в прихожей. — Руки помыть можно там. — он указал в сторону покосившейся не закрывающейся двери.

Он тут явно чувствовал себя как дома.

— Надо найти чем покормить Хвостика. — засуетился Дохак.

— Кого?

— Моего щенка! Буду звать его Хвостик. Наверняка он голодный, я вот — очень.

— Блондинку есть нельзя. — Крикнул ему из ванной Влад. — Но в холодильнике должны были оставаться стейки.

«Он и сам тут что ли живет?» — я еще раз оглядела обстановку. Внутри дом выглядел еще беднее, чем снаружи.

— Я чай налила. — Позвала Наташа, осторожно выглянув из кухни. Ей явно было не по себе, но она молчала. Интересно, чем это Влад ее так запугал?

Дохак поспешил к обещанным стейкам, а вот феникс утянул меня в еще одну маленькую комнатушку с отклеившимися обоями. Если бы мне в прошлом году, кто-нибудь сказал, что королева нашей группы Наташа, которая знает все бренды и умеет различать дорогие марки машин по звуку двигателя, живет в таких условиях я бы ни за что не поверила.

«Нашей группы… Майя! То есть Хида! Какой еще нашей группы, ты там больше не учишься и учиться не собираешься!» — отругала я себя за дурацкую мысль. Какая мне вообще разница кто как живет.

Влад снял с руки кожаные перчатки, выудил откуда-то нож.

— Ожоги так и не прошли… — не смогла удержать я язык за зубами, когда увидела обезображенную красноватую кожу.

Он на это только пожал плечами, взял мю ладонь и сделал на ней надрез, затем протянул нож мне. Я все это уже проходила с Ярославом, поэтому его действия не вызвали вопросов. Но зато вызвали кучу лишних ненужных воспоминаний.

Если бы я сейчас вдруг оказалась в том моменте, когда еще была связана с Курбицким, то может быть я могла бы…

«Нет! Не могла! У истории нет сослагательного наклонения. Феникс в прошлом. Старший. А скоро в прошлом окажется и младший. У тебя есть твой брат. Вот он твое будущее. Настоящее. Прошлое…» — что-то в голову совсем какая-то ерунда лезла.

— Тебя как называть, кстати? Хидой? Или Майей? При ритуальных словах. — вдруг засомневался Влад.

— Эм… — я и сама растерялась. — Может и так, и так? На всякий случай…

Ведь если он скажет просто Майя — ритуал может не сработать, но еще хуже будет если он не сработает, назвав ее старым именем. Кто же она теперь спустя эти двадцать коротких и таких бесконечно длинных лет…

Мы взялись за руки.

— Я Владислав Фадеев добровольно отказываюсь от брака с Хидой-Майей Бойга. — Он произнес так, будто у меня теперь двойное имя. — Я больше не ее муж, она — не моя жена. Отныне я не хочу чувствовать боль моей бывшей жены и делить её на двоих.

— Я Хида-Майя Бойга — повторила я, эту чертову тарабащину, от которой самой тошно становилось, — добровольно отказываюсь от брака с Владиславом Фадеевым. Я больше не его жена, он — не мой муж. Отныне я не хочу чувствовать боль моего бывшего мужа и делить её на двоих.

Тепло