Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

к оружию не имеет. Я вздохнул, и подошел к люку в полу. Пора, брат, пора… Да и в замке ужин дают… Хотя можно просто подойти к кухарке Мири на кухню, и там спокойно пожрать, чтобы не видеть папашину рожу — почему-то к Арманову предку у меня возникла стойкая идиосинкразия. Тем лучше, в случае чего свернуть шею ему будет проще без всяких моральных терзаний. Черт, надо же еще зайти к Патитису в его покои, обещал ведь! Хорошо, маг Жизни тоже живет в старом дворце, мимо буду проходить и зайду.

Когда я проснулся, солнце поднялось уже высоко, и безжалостно светило пробившимся через портьеру лучиком прямо в глаз. Солнце светит прямо в глаз — значит, кто-то нездоров… Да здоров я, здоров. Только меня насиловала Фили часов до четырех ночи. Чертовке понравилась поза наездницы. Только вот мне она не особо нравится, я люблю сам контролировать процесс, особенно частоту и глубину. Но у нее, похоже, было другое мнение. Ничего, убедим. Камасутра разнообразна.

Я перевернулся на живот, недовольно заурчавший от голода. И завтрак тоже проспал… Хотя слава богу у графа не было такой привычки, как ритуальный семейный прием пищи. Хочешь — приходи ешь, не хочешь — оставайся голодным… Что меня вполне устраивало — что-то я тоже не тяготел к семейным развлечениям типа пожрать. Я думаю, и Ильга тоже так думала. Ну что же, надо вставать и заниматься делами. Для начала дочертить чертежи, которые я взял из башни и пойти к замковому оружейнику. Но сначала нужно пожрать. Я дернул за веревку вызова прислуги.

Фили явилась минуты через три.

— Вызывали, мой господин?

— Ага, — равнодушно отозвался я. — Сбегай на кухню, и принеси мне что-нибудь пожрать. Нет, сервировать не надо, просто принеси.

— Слушаюсь, мой господин! — и она исчезла за дверью.

Я хмыкнул — а что, быть аристократом неплохо. По крайней мере, самому за завтраком ходить не надо.

Я расстелил чертежи на столе, и принялся дорисовывать все, что мне было надо. Вот как же все-таки плохо, что тут нет латекса или резины, по крайней мере на память ничего такого не происходило. А то бы сделал я тактическую рогатку. Несерьезное оружие, скажете? Ага, то-то оно на вооружении у многих спецназов состоит. Стальной или свинцовый шарик, попавший по черепу, весьма способствует потере боеспособности, вплоть до летальной, это смотря куда попасть. А самое смешное, что рогатку, как и миллион других вещей, изобрел еще Леонардо наш Недовинченный, как называл его в свое время мой отец, большой шутник. Только вот рогатка в исполнении Леонардо в силу отсутствия резины, представляла собой миниатюрную копию торсионной баллисты со сложным механизмом, находившимся в рогах. Естественно, такая рогатка не припала никому.

Да и оружие в этом мире создавалось избирательно — зачем оно, когда есть маги и магия? Поправочка — маги есть, но их мало. Своеобразная мутация, частота которой пять-десять процентов от всей человеческой популяции. И то, эта способность, названная когда-то Первым магом «фактор М», передавалась по наследству, а ген мог быть как доминантным, так и рецессивным. Причем, способности тоже варьировались — от сбить щелчком муху на лету до спалить нахер целый город.

Оружие было для остальных, тех, у кого не было магии. Я даже сильно подозревал, почему огнестрел был под запретом. Не аки диавол, а по более простой причине. Все-таки, чтобы научиться пользоваться современным этому времени оружием, требовалось, во-первых, само оружие, а во-вторых, время на его освоение. Тяпки и мотыги, как и лопаты, за оружие не считаем, не тот коленкор. А вот все колющее и режущее, подходящее по фактуре и формату, у обычного пейзанина оказаться не могло. Да и если вдруг оказалось бы — меч не дрын, им владеть надо. Луком тоже. Да, впрочем, как и арбалетом. И уж, тем более, габариты не позволяли таскать это колющее, режущее и метательное оружие скрытно, и быстро его применить. А вот с огнестрелом такой проблемы не существовало — спустить курок пистолета мог и ребенок, а из винтовки типа кентуккийской сделать выстрел на двести-триста шагов не проблема, незаметно подобравшись на дистанцию выстрела. Поэтому это слишком удобное оружие для терактов, революций и партизанской борьбы. Ну а, чтобы полностью скомпрометировать саму идею, и сделали эти богомерзкие ручницы, из которых не то, что прицелиться, но и послать пулю в сторону цели — проблема. Да и дальность с убойностью вызывали хохот.

Ну меня эти проблемы не останавливали, когда-нибудь обзаведусь порождением Скверны, только это в отдаленном будущем — не надо напрягать местных особистов в рясах раньше времени. Еще устроят очищение… А купаться в кипящем масле я не любитель. Кстати, насчет масла! Надо будет спросить у Фили, как она относится к идее эротического массажа с помощью ароматических масел? Они тут есть, как им не быть. Только в отличие от моего средневековья, люди тут моются — это только там предпочитали не мыться вовсе, и забивали вонь грязных немытых тел духами. Правда, и это объяснялось экономическими причинами — недоступностью энергоносителей, чаще всего. Леса было мало, и он принадлежал королю. За рубку леса могли вослед и головы рубить этим же топором, так что топливо было недоступно. А без топлива ванну не принять…

Ладно, что-то я сбился с темы. А вот и Фили! Вовремя!

— Я принесла вам завтрак, мой господин!

Фили сделала книксен, при этом поднос, который она держала в руках, не сдвинулся и на миллиметр. Она его поставила на мой стол…

— Это что? — тупо зачерпнул я непонятную массу из плошки и вывалил ее из ложки обратно.

— Овсянка, мой господин! — сказала она тоном Бэрримора из известной экранизации Холмса.

Ну блин, и тут облом! Тем более, что я ее терпеть ненавижу с детства, овсянку эту, ну вот такой я привереда.

Кроме этого на серебряном подносе лежал ломоть грубого хлеба и стакан молока.

— Свободна! — сказал я ей.

Ну ничего, блин, поговорю я с кухаркой по поводу меню, подумал я мстительно. Мне нужно мясо, мя-со! И желательно яичница, и желательно с беконом! Да, наши вкусы с сэром Генри здесь совпадали, нефиг морды воротить! И молоко — вторая вещь, которую я терпеть не мог. Придется есть, запивать, и давиться. Ладно, черт с ними с фрэшами, не люблю я джусы по американскому обычаю на завтрак. Но без кофе… Без кофе и жизнь не та, не говоря о зря проведенном утре.

Я мрачно съел завтрак. Ну ладно, теперь пора заняться делами. Надо поговорить с