Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха - Александр Вайс

само по себе под нагрузкой только на начальных этапах. Потом его надо буквально проталкивать вспомогательными расходуемыми средствами вроде эликсиров из особых пропитанных маной камушков. Огромный спрос и ограниченное предложение приводят к тому, что основная часть магов имеют низкий ранг. Богатейшие же люди, то есть главы Домов, их наследники или подчиненные, показавшие высокий потенциал и верность, получают почти все эти расходники. Сила стоит дорого.

Добывают столь ценные ресурсы или Дома, организующие экспедиции в осколки, или единый правящий орган – Совет Великих Домов, имеющий множество организаций в подчинении. Хитросплетения правил и распределения обязанностей помогают сосуществовать, не превращая патриархов Великих Домов в непрерывно воюющих на истребление князьков.

И так уж вышло, что каждый маг независимо от пола обязан в военном плане послужить Иллиону. Конечно, почти вся военная мощь – силы Великих и Старших Домов. Можно остаться служить на благо своего рода, но тогда тот должен заплатить особый налог в казну Совета, причем немаленький. Вся гражданская инфраструктура и правопорядок в их ведении. Достаточно прослужить пять лет Старшему или Великому Дому, и потом можешь делать что хочешь. Таким образом подталкивают плотнее взаимодействовать разные дома даже из высших слоев, а не замыкаться в себе. Ну или можно пойти в структуры при Совете.

Нет обязывающего закона, но как жест поддержания установленного порядка каждое поколение один из представителей хотя бы ближайшей побочной ветви крупных Домов избирает себе такой путь на всю жизнь, зачастую становясь во главе подобных структур. Присягают они Совету и клянутся служить на благо всех, независимо от вражды Домов, хотя мы-то все понимаем…

Остаться с Ауэрами мне не светит, и, в зависимости от результатов экзамена, мне надо выбрать путь. К сожалению, интересом к исследовательской деятельности Эйгон не отличался. Пройти по альтернативной службе, как головастый, не выйдет. Да и надо ли?

По возможности нужно помочь Ауэрам – они полезны, но в политику лезть не хочется всей душой. Пока пусть сами развлекаются, в каких угодно позах. Повоевать – пожалуйста. Наука – пораскинуть мозгами дело благое. Но на входе в мир политики Иллиона определенно написано «преисподняя». Но это не актуальная проблема.

Веса в собственном Доме у меня сейчас нет – слишком я молод, еще и «калека». Однако позже, когда стану старше и сильнее, определенно придется вливаться.

– Чую, будет сложно и интересно, – на лицо наползла улыбка. – Вот только…

Я глубоко вздохнул, снова вспомнив «видение». Теперь понял, кто это: Разрушители. Местные трансцендентные, которых иногда называли богами. Собственно, те, кто «разрушил Вселенную». Это могущественные энергетические создания, контролирующие определенное стихийное проявление и в значительной мере зависимые от поклонения им людей. У нас с ними органичные симбиотические отношения: мы делаем их сильнее, даем энергию, а они защищают нас и направляют, ведь они действительно умны. Фактически наш Тифон стоит на ступеньку выше императора.

Тут тоже были свои. Именно что «были», и их считают самыми страшными монстрами, что вообще когда-либо существовали.

И… одна из них попросила найти «ядро» и вытащить другую. Информации о них немного, знаю имена: Ирис, Лилит, Ларгий, Радос. Изображений также вроде не сохранилось. Но кем еще могут быть те две женщины?

В Иллионе их ненавидят по понятной причине, и люди считают их мертвыми… Как видно – зря. По всей видимости, они не способны покинуть тот осколок.

Как все, черт возьми, сложно… Может, это как раз они закинули мою душу в Эйгона? Как их освобожу я, если многократно более могущественные существа там застряли? Где это «ядро»? В центре аномалии? Вот только никто не знает, где у нее центр.

Решил отложить пока этот вопрос в сторону. Я могу долго его обдумывать без всякого смысла, сейчас мне нужно заиметь личную силу. Еще будут возможности устаканить мысли в голове.

Я еще раз проверил коммуникатор, что для ношения без брони можно было повесить на специальный наруч с кожаными ремешками. Гражданские использовали более удобные им классические кирпичики смартфонов, но высокородные редко их в руки брали.

Сообщений не поступало, а потому я запустил личный компьютер. Еще раз пробежался по различной информации о мире, ведь память Эйгона была повреждена. Изучил общую карту осколка – слегка вытянутого неровного островка с небольшим морем с краю.

Постучав ногтем по столу, открыл на компьютере специальное приложение для проектирования магии. К нему прилагался навороченный редактор магических формул с набором шаблонов и общедоступной информацией о ядрах. Конечно же, всеобщее – самая устаревшая хренотень. Мне же были доступны и некоторые ограниченные, не ключевые техники Ауэров. Ими обычно владеют служащие Дому поколениями или те, кому отказали в ключевой технике.

Я ведь определенно хочу гравитонную магию, но в голове структуру ядра не придумаю. Поэтому сначала, криво и с матом, переносил знакомые мне формации магии и формулы в этот проект. Пора попытаться их переформировать и превратить в совершенно уникальное ядро магии.

Может, и хорошо, что полностью лишился старой магии и все каналы маны переключились на питание ядра, иначе с ним самим были бы проблемы… а потенциал видится.

С гравитонкой на ядре я смогу многое.

Глава 8. Семейные узы высокородных

Раздался неторопливый, размеренный стук в дверь, и я перевел взгляд на часы: 22:57. Пора ужинать. Казалось бы, позднее время, но тут только кончается второй полуцикл. Относительно привычное мне, как Михаэлю, классическое расписание дня сдвинулось вперед. Для Эйгона же это обыденность.

Я сохранил проект и закрыл программу. Надо будет сбросить файл на внешний носитель и с собой носить.

– Сейчас открою, – сказал я, слегка повысив голос. В комнате заперся на всякий случай.

За дверью оказался пожилой мужчина в черном костюме на белую рубашку – главный дворецкий.

– Юный господин, ужин уже готов, ваша семья в сборе, – вежливо обратился ко мне Гоззо.

– Уже спускаюсь. Даже отец здесь? Думал, он занят, – спросил я, уже идя по коридору одновременно хорошо знакомого, но совершенно чужого мне дома. Дворецкий же бесшумно пошел следом.

– Боюсь, я не осведомлен о причине его более раннего возвращения домой, но он хочет вас видеть.

Из-за проблем Дома сейчас он мотается по всему осколку, особенно в Бергхайм – столицу. Последнюю декаду он ни разу не был на семейном ужине. Что же… поговорим. Ох и не нравится мне, что есть человек, способный серьезно влиять на мою жизнь на основе одних кровных уз. И все же хочу взглянуть на семью.

Я слегка прибавил шаг, разглядывая богатое убранство поместья. Паркет застелен синим ковром с