Технарь - Константин Николаевич Муравьев

они работали всегда по такой схеме, то с ними бы просто никто не имел дела. Или ты думаешь, что тот рейдер аграфов, который стоял возле нас в доке, кто-то приобрел у самих аграфов? — и я вопросительно посмотрел на Гаала.

Тот не очень уверенно пожал плечами.

— Нет, — произнес я, — его сначала захватили, а потом перепродали владельцу. Конечно, тому теперь закрыт доступ на территорию Содружества и полностью противопоказаны встречи с аграфами, где бы они ни произошли, но его это, похоже, не сильно беспокоит. Так и с нашим кораблем. Чей он и как попал к нам в руки, до этого никому нет дела. Тут скорее стечение обстоятельств. Видимо, проблема не в самом корабле, а в том, кому он раньше принадлежал. Это наверняка связано с ним и его последним делом или заказом. Ведь не просто так же он должен был возвращаться именно сюда. И пока мы не поймем это, нам отсюда не уйти.

— Да почему? — буркнул Гаал. — Этих мы вырубили, те, что в баре, пока ничего не знают. Рвем в док и валим отсюда. Благо корабль мы уже заправили.

— Угу, — киваю я, — а как ты сможешь улететь из запертого дока? — и я вопросительно смотрю на него.

— Почему запертого? — удивляется он.

— Это пиратская станция, и что бы про них ни говорили, но это одна братия, и они все повязаны. И о том, что тут произошло, вскоре узнает вся станция, еще до того, как мы успеем добраться до доков. И как следствие, нам просто не дадут отсюда вылететь и зажмут в том самом доке, куда ты так рвешься. А как нас потом выкурить с корабля, они со временем придумают. Мне сходу пришла уже пара идей, а среди них, я подозреваю, таких головастых еще больше. Так что нам точно нужно обратно.

И немного помолчав, я резюмирую:

— Пока мы не поймем, в чем дело и как разрешить это относительно мирным путем или с минимальными для нас потерями, отсюда мы не выберемся. Главное получить время и хоть какую-то зацепку, а дальше ситуацию мы раскрутим. Нашу основную цель мы уже выполнили. Корабль заправлен.

И я усмехнулся.

— Хорошо, что они не знают этого и, скорее всего, будут давить на нашу прибыль, но для меня она мало что значит, и поэтому я готов ей рискнуть. Только вот они этого не поймут, если я просто так солью им все деньги, а потому придется драться за каждый кредит. Но тут как бы они сами в ощип не попали. Посмотрим, — и я направился в обратную сторону.

— Будем общаться, — сказал я уже у самой двери.

— …Так какие у вас к нам вопросы? — уже напрямую спросил я, обращаясь к сидящему напротив меня креату, который и был наиболее влиятельной личностью в этой компании.

Преследователей послал за нами он, все невольно посматривали при разговоре в его сторону, так что вывод был вполне очевиден.

— Что с моими людьми? — вместо ответа спросил тот.

Правильно, хороший командир в первую очередь заботится именно о своих подчиненных.

Это была первая проверка, которую креат прошел. Именно поэтому я оставил его людей в живых и именно поэтому буду иметь с ним дело. Тот, кто выше личной выгоды поставил заботу о своем отряде, как минимум показал то, что ему можно доверять. Он не станет подставлять по мелочи.

Такие люди, как этот креат, дорожат больше своей репутацией, чем сиюминутными барышами, которые могут к ним попасть. Поэтому я ответил ему:

— Проулок за баром, все живы, но слегка помяты. Лучше отправь кого-нибудь к ним и за медиками. Мои парни не всегда такие милые и спокойные, как сейчас. — И я кивнул на сидящих чуть позади меня троглодитов.

— Понял, — произнес креат, и его взгляд на несколько мгновений остекленел.

— И еще, — ненароком произнес я, будто только вспомнив об этом, — не нужно, чтобы в этот бар пока кто-нибудь заходил. Для вашей же безопасности. Думаю это всем понятно? — и я оглядел присутствующих.

Креат кивнул. Его жест повторили и все остальные.

— И позаботьтесь о том, чтобы сюда же не вошел и еще кто-то посторонний. Ведь мне не известно, кто это может быть. — Сидящий напротив меня пират еще раз кивнул, показывая, что правильно понял мои слова.

— Все, — наконец, произнес он, — теперь нас не побеспокоят.

Я лишь пожал на это плечами. Особо я не переживал. Они все были тут. И коль на этот бар до сих пор не напала толпа головорезов, пытаясь нас взять живыми или мертвыми, то и в дальнейшем они этого не сделают. Мы им нужны. Вернее, предположительно то, что может у нас быть. Я поглядел на креата, а потом еще раз спросил:

— Так что заставило вас поступить столь необдуманным образом? — и я кивнул в направлении двери. — Уж точно не тот корабль, что предложил вам от нашего имени бармен. Это понятно.

После чего я замолчал, ожидая ответа.

— Все верно, — согласился креат, — сам по себе корабль не вызвал бы большого интереса, за одним маленьким исключением. — И креат пристально вгляделся в мое лицо. — Я знал его хозяина.

Не знаю, чего он хотел добиться или что хотел услышать, но я лишь равнодушно пожал плечами.

— Бывает, — и я пристально всмотрелся в лицо пирата. — Как я слышал, каперство — это опасный промысел. Не у всех и не всегда получается правильно оценить свои силы.

— Хм, — несколько растерянно ответил креат, остальные в наш разговор не вмешивались. — Да, тут к вам никаких вопросов в обычном случае и не было бы, — произнес он, — но не здесь и не сейчас. — И он пододвинул ко мне чип с информацией о корабле. — Бывший владелец этого судна у местной общины занял очень крупную сумму под впечатляющих размеров проценты, и поэтому именно тут, на станции, очень многие бы хотели получить свой деньги обратно.

Вот теперь все встало на свой места. Вот что нужно от нас пиратам. В моей голове с неимоверной скоростью замелькали различные предположения, гипотезы, странные и непонятные мне варианты развития событии. При этом я очень четко и ясно осознавал, что мне необходимо сделать, и это позволяло мне выделить наиболее вероятные факты, которые совместно складывались именно в необходимую мне цепочку событий, ведущих к нужному мне результату.

Капитан корвета был на долговом крючке и направлялся сюда, чтобы рассчитаться со своими кредиторами. Надеялся он сделать то именно тут, и скорее всего быстро и сразу. Но вот что плохо. Ничего необычного я