"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

определяли, что где-то тут или там склад, сообщали «лайтингу», и тот наводил бипланы. Они цель находили и становились корректировщиками, а мои танки прикрывали реактивные миномёты или самоходки.

Скучная в целом работа, немного развлекал противник по рации. Мне немцы ничего не говорили, ругались меж собой, радио-разведчик всё перехватывал и сообщал.

Одни грозно спрашивали, как идут дела, и когда уже немецкие танки разгромят этих негодных русских. Другие оправдывались, что негодных русских никак не удаётся обнаружить.

Это какие-то неправильные русские! Нормальные русские давно должны от немецких танков удрать или напасть, а эти делают вид, что никаких немецких танков нет.

Явное начальство строго спрашивало, что, может, и нет русских танков. Им в ответ жаловались, что кто-то погасил радиоразведку немецкой армии и радиосвязь со многими складами. Другие склады затаились в эфире, но по косвенным данным их продолжают истреблять.

В конце общения немцам удалось меня немного огорчить. Они договорились, что местным пришлют ещё пятьдесят «панцирей». Блин! А ведь только стала налаживаться спокойная жизнь!

После обеда местным приказали встречать танки. Те отрапортовали, что уже ждут. Наверное, затопили баньку, последние заначки тащат на стол, но из городка и носа не кажут.

И нет бы им подождать темноты, ночью воевать на танках глупо. Но с «лайтинга» ещё днём доложили, что захвачена на дороге групповая радио-контрастная цель. Пошли встречать сами, больше ж некому.

Я просто как нормальный танковый командир с авиаразведкой не мог допустить объединения вражеских сил. Напали на врага, как завещал товарищ Клаузевиц — двигаться порознь, бить сообща.

Едет немец по дороге колонной, а по полю выезжает ему наперерез моя рота…

И не в героизме дело, мне просто было ближе. Летим во весь опор и сходу стреляем фугасными. Вокруг взрывы и вообще трудно немцу целиться. Он пытается с нами сблизиться, отвлекается и пропускает появление роты Паши Зимина. Ну а рота Славы успела добить всего три «панциря». У танков же всё, как на море — долгие-долгие манёвры, а ко дну идёшь за минуты.

Расстреляли европейских танкистов, тут и длинные сумерки. Мне с «лайтинга» сообщили, что по данным радиоперехвата, танкисты успели доложить о столкновении и разгроме. Местные заявили командованию, что они блокированы…

Нет! Будто я европейцев держу! Да валите себе на все четыре стороны! А что при этом могут убить, так ведь война кругом. Это же европеец вломился в Гардарику, а теперь жалуется! Где Европа, и где здравый смысл⁈

Впрочем, определённая логика в Европе есть, её просто не все могут понять. Я сказал разведчику, что операция переходит в третью фазу, и простился до завтра.

* * *

Третья часть операции по логике должна была стать первой, европеец просто обязан был активно реагировать на прорыв. Однако пришлось учитывать психологию, долго и сильно европейца пинать сапогами куда попало, чтобы он сука начал шевелиться.

Я ехал в танке и думал о психологии. Взять Европу, там для психологии придумывают громкие названия дивизиям и армиям, пропаганда мусолит их героическую историю, и простые европейцы ими очень гордятся.

Однако командование и офицеры плевали на любую пропаганду с идеологией, они служат просто в вооружённых силах своих стран. Командование запросто передаёт части между армиями, как хочет, объединяет армии и ставит им общие задачи.

В этом множество несомненных плюсов, но и жирный минус — когда человек переживает за всё, ему всё безразлично. Офицеры просто выполняют приказы и делают карьеры вообще в армии. Образно наш враг — это очень большой, накаченный и вооруженный мужик. Или даже многорукое и многоногое чудовище с одной головой.

Ему противостоят дружины и армии ополчения Гардарики. Что-то у них забрать практически нереально. По наставлениям генералы подчинены фронтам, но у них сто один способ сказать «нет» своим бывшим подчинённым.

Вообще у командармов очень много влияния, и его всегда им мало. Генералы постоянно грызутся и тянут к себе обеспечение. Например, пополнение, чтобы слишком часто не отводить части с фронта. Ведь если приходится отводить на комплектование, в тылах включаются дополнительные факторы.

Чем у генералов больше влияния, тем сильнее подчинённые им армии, а это напрямую зависит от результативности. Но высокая активность это всегда ошибки и большие потери!

Потому в наших армиях постоянно работают над ошибками, они управляются гораздо лучше и быстрее европейских. Каждый офицер хорошо понимает, что его личное положение напрямую связано с положением его армии. Все работают с душой.

Фактор времени играет ключевую роль, армиям всегда нужно пошевеливаться. Кто не успел, тот опоздал. Армии не меньше, чем за неприятелем, следят за своими соседями-конкурентами.

Всё это определяет и одновременно определяется их образом действий. Видели когда-нибудь, как дерётся стая подростков? Отдельно ранимые и трогательные лапочки, в стае бесстрашные, очень жестокие и расчётливые создания.

Стая не съезжает перед сильнейшим, ведь потеря авторитета подростку хуже смерти. Но и умирать они не хотят, а для их простых натур есть только один способ — это убить врага.

Отдельно их трудно ухватить, каждый легко уходит от прямого столкновения с кем-то, кто больше его и сильнее. Пока противник фокусирует на нём внимание, прилетают жестокие удары от других подростков.

Им это очень важно для авторитета, и они не упускают случая пырнуть железом или садануть ботинком. Врагу снова приходится отвлекаться. И если он подвластен эмоциям, забьют малолетки насмерть.

У армий Гардарики нет громких названий, только номера. Даже фамилии генералов не многое значат для европейца — пустить ему кровь может любой. Враг с самого начала просто умывается своей кровью, но это реально страшный враг.

Это Европа вломилась в Гардарику, и то, что мы противника пинаем, его лишь озлобляет. Такой образ действий реально хорош и приносит результаты, но так нам точно войну не выиграть. Вернее только так, надо что-то ещё.

Вот это нечто мы с Виталиком и ищем. Только ему как теоретику важно найти принцип, а мне как практику не безразличен и сам процесс. Он считает, что мы в процессе слишком озлобляем европейца, и это неприятный побочный эффект. По мне в этом заключается наша сермяжная правда.

Виталик сильный маг и штабной офицер, ему европейцы просто сотни миллионов, кого можно поставить в строй. А я профессиональный танкист и для меня многое значат нюансы.

Вот почему мои парни всегда стараются физически истребить вражеские экипажи? Это же так не по-рыцарски! Просто отвратительно! А мне плевать, кем меня кто-то считает. Я буду убивать обученных и опытных врагов, чтобы дальше чаще встречались неопытные и необученные — их убивать