"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Я шагнул к кровати. Девушка вдруг вздрогнула. Резко, всем телом. Вжалась спиной в подушку, пальцы заскребли по простыне. Лицо исказила гримаса.

Запах изменился мгновенно. Тёплый аромат женского тела перебило едким потом.

Я машинально сделал ещё шаг.

Дарья судорожно сглотнула. Дыхание стало рваным.

— Что у тебя… с собой? — выдавила она сквозь стиснутые зубы.

Я замер. Секунду назад она разглядывала меня без тени смущения. Сейчас — вжималась в кровать, будто я занёс нож. Не понимаю. И абсолютно не въезжаю, почему она решила, что испытывает боль из-за меня? Тем не менее, шагнул назад. На всякий случай.

Она шумно выдохнула. Сглотнула. Покрутила головой по сторонам, разминая шею.

— В чём дело? — поинтересовался я, рассматривая её и стараясь унять внутренного параноика, который буквально орал, что дело нечисто.

— У тебя артефакт, — после короткой паузы, едва слышно ответила девушка, — Убери его.

Шутит? В карманах штанов — только складной нож. Будь он артефактом и реагируй так на него Дарья — я бы уже давно о подобном знал.

Осознание пришло сразу, как я машинально запустил пальцы в карман. Там действительно было кое-что ещё.

Кольцо. Массивное и золотое. Я сорвал его с пальца пузана, когда покидал бордель. На автомате — рефлекторно хотелось вернуть своё. Желательно с процентами. Убить выродка было мало. Требовалось компенсировать то, что он забрал.

Украшение показалось хорошим выбором. Тяжёлое, крупное. Можно переплавить и продать. Оказалось — не всё так просто.

Достал. Подбросил на ладони. Поймал. Снова подбросил.

Дарья следила за кольцом, как за ядовитой осой. При каждом взлёте — морщилась.

— Это? — задал я вопрос, который по своей сути, не требовал ответа.

— Да, — выдавила она. — Убери. Пожалуйста.

Всё это мне не слишком нравилось. Чувствует артефакт — значит магичка. А раз так — может оказаться способной на всякое. Не то, чтобы я предполагал лютое желание убивать с её стороны. Тем не менее один опыт партнёрства с женщиной у меня уже был. Даже самый заядлый оптимист не назвал бы его финал позитивным.

Я всё же сделал ещё пару шагов назад и положил кольцо на подоконник. Вернулся.

Дарья дышала ровнее. Краска возвращалась на лицо — её там изначально было немного, но на короткий промежуток времени цвета вовсе исчезали.

— Откуда знаешь, что это артефакт? — уселся я на стул около её кровати, пристально смотря девушке в глаза. — Почему так реагируешь?

Глава XVII

— Чувствую, — сказала она. — Через боль.

Внизу, в зале, звякнула посуда и кто-то хрипло рассмеялся. Обычная портовая жизнь. А здесь, в тёмной студии, я с интересом уставился на девушку.

— Чем ближе или мощнее — тем хуже, — продолжила Дарья. — Если совсем вплотную, меня выворачивает.

Живой детектор магических предметов. Огромная ценность, как по мне. Или нет. Ведь девушка в конце концов оказалась на том самом складе.

— То есть ты магичка, — тон у меня был скорее утвердительным. — Умеешь что-то ещё? Как очутилась у «Кроликов»?

Она чуть прищурилась. В глазаха плеснула злость.

— Талант, — она скривила губы в усмешке. — Сырой и неогранённый, но рабочий. Артефактор заплатил пару сотен. Родители согласились, не думая.

Неожиданно. Я уже привык к тому, что окружающий мир пропитана жестокостью, рука об руку с которой идёт цинизм. Но продажа собственных детей — это что-то за гранью.

— Работорговля ведь запрещена, — моё рациональное ядро зацепилось за несоответствие. — Официально, как минимум.

Она глухо засмеялась. Коротко и зло, одновременно качая головой.

— Официально я была ученицей, — наконец озвучила Дарья. — На деле рабыней, которая определяла какие камни впитали в себя сила, а какие остались пустышками. Дешево и сердито.

Рыжеволосая шумно втянула воздух. Посмотрела в сторону расфокусированным взглядом.

— А вечером на меня всегда можно было накинуть пропитанный силой ошейник, — проговорила она сдавленно. — И наслаждаться тем, как сокращаются мышцы, пока ты сам в одной из дырок.

Это сейчас однозначно было цитатой. Которую кто-то часто повторял в её присутствии.

Внутри на миг взметнулась ярость. Зверь жаждал крови. Хотел убивать. Рвать плоть и ломать кости.

Нет. Это не имеет никакого смысла. Я не собираюсь мстить за всех униженных и обиженных. Нерационально. Да и весовая категория у этого артефактора совсем иная.

— Сколько времени ты там провела? — вопрос, что вырвался наружу, оказался совсем иным. Необходимым для оценки её общего состояния.

— Три года, — скрипнула она зубами. — Почти четыре. Потом сбежала, порезала одного из его родственников. Настоящих учеников. Сдуру побежала к мундирам — они меня ему и вернули. Следующим вечером уже была у «Кроликов».

Ну что ж. Мне всё-таки понадобится имя этого артефактора. Совсем не из-за того, что я хочу в будущем порвать его глотку. Нет. Он пригодится для понимания общей картины. Чем больше информации, тем проще разглядеть общую картину.

Шаги в коридоре. Запах, который донёс до меня сквозняк. Дед Олег. Уже замедляющийся около нашей двери. Три коротких удара в дверь.

— Рил-тап, — приглушённый голос Олега. Хриплый, напряжённый. — Не спишь? Поговорить надо.

Александр Кронос

Метка Дальнего: Ночная Охота

Глава I

Перегар ударил в нос, стоило потянуть дверь на себя. Густой, застарелый. Перебродившее зерно и нечищеные зубы. Зверь внутри брезгливо дёрнулся.

Олег стоял в коридоре, вцепившись пальцами в дверной косяк. Покачивался. Глаза мутные от выпитого, но жадный блеск никуда не делся. Как у портовой крысы, учуявшей незапертый мешок с крупой.

— Васька из-за тебя дёрганый ходит, Рил-тап, — начал он без предисловий. Язык слегка заплетался. — Боится. Шарахается.

Молчу. Жду. Не ради сына он тащился ночью по лестнице, воняя так, словно облился рисовой водкой с головы до ног.

— Мотоцикл, — старик качнулся вперёд. Вот и настоящая причина. — Тот, что в сарае. Васька нашёл покупателей. Мужик с деньгами, готов забрать завтра.

— Мы договаривались. Продавайте. Цену я назвал.

— Не-е-ет, — пьяная ухмылка растянула его губы. — Расклад другой. Патрули новые кругом. За постой, за риски, за то, что Ваську моего трясёт… Больше мы себе заберём. Тебе долю. По справедливости.

Громко икнув, показал на пальцах расклад. Семьдесят на тридцать. По справедливости. Как же.

Рациональная часть разложила ситуацию за секунду. Алкоголь приглушил инстинкт самосохранения. Старик набрался храбрости из бутылки