Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

богемских магов, которое в свою очередь может превратиться во что угодно, начиная от простого неподчинения и заканчивая саботажем или куда более серьезными действиями против остальных Гильдий. Сомневаюсь, что кому-то из вас нужны подобные проблемы.

— Думаете, что лишившись лидера, они откажутся нам подчиняться? — спросил Базилиус.

— Вы понимаете, что там вообще происходит? Чистослав смело внедрил изучение в Университете темной и черной магии. Маги Богемской Гильдии могут вполне применять эти знания против вас, руководствуясь измененной моралью.

— То есть, вы предлагаете нам перестраховаться и не выносить смертный приговор, чтобы не вызвать в Богемии волнений? — Прегиль задумчиво нахмурил лоб. — Однако, вы не думаете, что если мы оставим Чистослава в живых, именно это послужит толчком для активных и враждебных действий с их стороны? Они могут попытаться спасти его.

— С риском, что в случае неподчинения, смертный приговор для Чистослава будет приведен в исполнение? — поинтересовался я.

— Хм, — сказал Прегиль. — То есть по сути вы предлагаете ему роль заложника? Допустим, это сработает. Но это не гарантирует, что не найдется новый лидер, может быть «почище» Чистослава, — Прегиль на миг замолчал, глянул на Карлфрида. — Что думаете, господин Моор? Кто из магов Гильдии Богемии может претендовать на главное место?

— Честно говоря, не знаю. У господина Черного всегда было верное окружение, но в нем ни у кого из магов не было даже и близко таких же лидерских качеств, как у самого Чистослава.

— А у кого были, тех он отсылал подальше, не так ли? — поинтересовался я, чуть прищурив глаза.

Карлфрид чуть смутился и попытался спрятать это за покашливанием.

— К тому же, мы до сих пор не нашли всех магов, которых Чистослав отправлял шпионить в другие Гильдии, — напомнил я. — Так что ситуация становится еще интереснее.

— Тем более оставлять Чистослава в живых опасно. Его могут попытаться освободить маги, которых мы считаем своими, — мрачно обронил Прегиль.

— На самом деле, думаю всё спасет лишь одно, — сказал Карлфрид. — Главой Богемской Гильдии должен быть поставлен маг от Объединенного Совета, безапелляционный лидер, способный подчинить весь тот хаос, который учинил Чистослав.

Прегиль поморщился.

— В теории, несомненно, хороший вариант, но только вот боюсь что подобного кандидат во всех Гильдиях не отыщется.

— Бросьте, господин Прегиль, вы его знаете, — отозвался Карлфрид. — Более того, он сидит как раз напротив вас.

Тут на Карлфрида воззрились с удивлением не только Базилиус с молча слушавшим разговор Финбарром, но и я.

— Вы сейчас шутите? — спросил я.

— Нисколько, Ваше Величество, — Карлфрид чуть улыбнулся. — Займете место главы и все маги в Богемии станут как шелковые.

— Вряд ли у Его Величества в планах занять место главы Гильдии вместо императорского трона, — сказал Прегиль.

— Уверен, его Величество спокойно справиться с обоими должностными обязанностями. И еще думаю, что решив проблему с Богемией, с имперским троном можно не торопиться.

Я пристально смотрел на мага, ничем не показывая свое удивление из-за сказанного им. Однако его слова меня всё же очень удивили.

— Да-да, — сказал я. — Отложу имперские дела до начала следующего тысячелетия, чтобы то предсказание, которое до сих пор вызывает в вас страх, наверняка сбылось. Вы этого хотите, Карлфрид?

Маг заморгал чуть растерявшись.

— Конечно, нет! Уверен вы справитесь с Богемскими проблемами гораздо раньше. Но и торопиться всё же не стоит…

Я поморщился в досаде.

— А может быть вас туда поставить? Вы ведь в Праге год проучились, — заметил я, недобро поглядев на него. — Уверен, вы тоже вполне справитесь.

— Не справлюсь, учился там всего год, да и очень давно, а с тех пор, как мы выяснили, всё круто поменялось, — отозвался Карлфрид. — К тому же у меня более важные обязательства — служить вам.

Я изобразил на лице страшную скуку, а следом, снова вернув себе невозмутимый вид, продолжил ужинать.

— При других обстоятельствах, может это предложение и было бы интересным, — пробормотал Прегиль, задумчиво уставившись в свою тарелку. — Хм, хм…

Я снова поглядел в сторону Карлфрида, увидел, что он едва заметно усмехается, наблюдая за Прегилем. Когда Базилиус закончил ужин и, попрощавшись ушел, я спросил:

— И что это было, Карлфрид? Что вы задумали?

— Всего лишь закинул в голову Базилиусу несколько любопытных мыслей. Уверен, он будет теперь их всё ночь обдумывать, а может еще и весь завтрашний день.

— И зачем?

— Думаю, он в итоге найдет мое решение лучшим выходом и предложит принять его на Совете.

— Всё это хорошо, но мне для чего еще одна головная боль с очередной горой проблем? Мы еще с делами Пруссии не разобрались, да и частично с Фризскими тоже.

— Вы войдете в Совет магов, сможете влиять на решение Гильдий, — Карлфрид уже открыто улыбнулся. — Так что если даже вы подумали, что я вдруг предложил это всё из-за страха перед предсказанием, то Прегиль уж точно в это поверил.

— Ловко. Только есть один нюанс, — сказал я. — Может быть вы не заметили, но я могу влиять на решения Совета и не состоя в нем.

— Заметил. Но так будет на законных основаниях.

— Даже не знаю, что вам на всё это сказать, — закончив ужин, я поднялся, подумав, что с меня хватит на сегодня разговоров, да и не только разговоров — надо было наконец выспаться и отдохнуть. — И в следующий раз, когда вы захотите поупражняться в технике манипуляции, не забудьте меня предупредить. Доброй ночи.

Маг и кузен, поднялись следом за мной и, попрощавшись, ушли. Я направился в спальню и застыл на пороге, тихо чертыхнувшись. Я совсем позабыл, что тут была Маргарете. Впрочем моя супруга, судя по всему, крепко спала. Я направился в ванную, а вернувшись, нырнул под одеяло, прижав к себе Маргарете, и почти мгновенно провалился в сон.

Утром я проснулся то ли от пробравшегося сквозь ставни яркого луча, то ли от ворвавшихся в сон голосов. Я приоткрыл глаза, смотря прямиком на бьющее в глаза солнце, а потом и вовсе распахнул их, когда услышал:

— Доброе утро, Эгихард.

Напротив постели стояла Маделиф.

— Однако, — только и сказал я.

Из соседней комнаты слышался возмущенный голос Маргарете и возражавший ей бас Финбарра, а также тявканье, скулеж и