Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Раньше времени лишаться статуса джедая он не собирался. Во-первых, не хотел предавать ученика. Во-вторых, когда Мирр станет рыцарем — а в том, что так и будет, Немак ни на мгновение не сомневался — он получит ранг мастера. Уйти из ордена мастером — это и самолюбие греет и просто проще.

— Может и уходить не придется. Отправлюсь в какие-нибудь изыскания. Сила там позвала или еще что.

В отличие от рыцарей, мастера могли позволить себе многое. Официально — Высший Совет не приказывал, магистры всегда просили, даже когда просто говорили, что ты должен сделать то-то и то-то. Вот только, был один тонкий нюанс. Просьба для рыцаря и для мастера — это две большие разницы.

— Нет, в ордене нужно остаться. Постараться, — подытожил Немак.

В конце концов — это просто выгодно. В центральных мирах возможности джедая велики, любой чинуша будет рад сделать что угодно, лишь бы поскорей избавиться от присутствия под боком одаренного, а на окраинах… никто не заставляет носить робу и демонстрировать световой меч. «Определенно, для Исы будет полезно, если папа сможет обеспечить гражданство и протекцию», — рассуждал Немак, опустившись в кресло и притянув телекинезом датапад с развернутой картой гипермаршрутов.

— Денег нам хватит надолго, да и коммерцией заняться всегда можно. Мирр же справляется, так и я предвиденьем воспользоваться могу.

Нельзя сказать, что вопрос денег сильно волновал Немака. Умом-то он понимал, что без кредитов никуда, но как-то не доводилось ему испытывать их дефицит. У него всегда была карточка ордена, которой, впрочем, давненько не приходилось пользоваться. Тем не менее — это было расценено как еще один аргумент за то, чтобы не спешить рвать с собратьями.

— Главное, перед собственным падаваном истинных мотивов не выдать, — кивнул Немак, еще раз оценив план действий.

Убедившись, а может быть и где-то убедив себя в правильности принятого решения, он занялся медитацией. Требовалось укрепить блок на связи учитель-ученик, нужно было закрыть разум и продемонстрировать соответствующие разговору чувства и мысли. Обмануть падавана Немак и не надеялся, но этого и не требовалось. Достаточно правильно подать переживания за Золу с Исой, а с фокусировкой проблем не будет. Он искренне волновался за Мирра, которому в ближайшие годы придётся надеяться только на себя.

— Стоит ли совет информировать? — задумался Немак на секунду.

С одной стороны, ученик всецело на его попечении, а с другой…

— Решу позже, когда на центральную гипертрассу выйду, — отбросил раздумья Немак.

В конце концов, от того, что он проинформирует магистров позже, ничего не изменится.

***

— Под защитой джедаев. А-ха-ха! — рассмеялась садистка. — Слышишь, ты под защитой ордена! Ой не могу. Псина, ты слышал?! — рявкнула она бывшему падавану.

— Гав! — ответил изуродованный юноша, закутанный в темный плащ и преданно уставился на хозяйку.

— Жаль, что его нельзя встретить сразу. Ничего, пусть побегает, поищет. Так веселей, — растянула губы в предвкушении и сверкнула глазами маньячка. — Псина, готовь корабль, у нас еще много дел.

— Гав! — ответил утративший человечность парень и бросился исполнять приказ.

Отбив короткое сообщение повелителю, Малия прикрыла глаза и часто задышала. В ее исковерканном тьмой разуме вставали самые безумные картины. Увидь их профессиональный палач, он бы мог запросто лишиться чувств, или попытаться доказать, что проделать такое с человеком невозможно. Правда, откуда ему знать, на что способны одаренные? Досадуя на то, что воплотить желаемое в действительность получится не сразу, садистка утешалась мыслями о том, как будет рвать и метать джедаишка, раз за разом проигрывая в гонке. «А потом, мышка поймает кошку», — безумным, предвкушающим смехом маньяка расхохоталась Малия.

Глава 13

Ветерок из приоткрытого окна обдувает, занавесочки лёгкие шевелятся, ароматы пыльной улицы в нос забираются и нестерпимое желание чихнуть вызывают. В брюхе с литр местного сока булькает. Та еще гадость, помесь лайма с вишней какая-то, но бодрит и от удушливой жары отлично помогает. Впрочем, плевать мне на это все. Голова от мыслей пухнет. Только ведут они себя, словно резина какая-то. Прилипчивые заразы, как банту пуду, в которое вступил ненароком. Сколько не оттирай, пока не помоешь, будет «фонить».

Вот сам же хотел свободы и самостоятельности, сам понимал умом, что Немак мои заскоки не сдержит, а поди ж ты, раскис. Нет, мастер у меня тоже кадр тот еще. Ходил весь какой-то смурной и мрачный, а тут… «Нате здрасти» и «Вот это поворот» в одном флаконе. Я даже мявкнуть не успел, как Немак с порога шлюза объявил о своем решении. Так мол и так, падаван ты мой мохнатый, пора тебе прививку ответственности, вакцину самостоятельности и таблетку веры в себя получить. Короче, бери манатки и свободен. На выход. Спасибо хоть с вещами. Будем на связи, изредка, возможно, может быть, мать-перемать. Не то чтобы это не практиковалось в ордене, но делалось всегда для тех, кто вот-вот на рыцаря «сдавать» будет.

Выделился, блин. Собственно говоря, меня, по большому счету, тревожило, как мастер сам справляться станет. В себе-то я был уверен, а вот в нем — сомневался. Еще и с кредитами все как-то глупо вышло. В кармане местная мелочь лежит. Почти обнуленный чип на предъявителя в спецотделе на поясе валяется. Негусто. Немак, понятное дело, о финансовой стороне вопроса не подумал. Хм, или подумал, а потому над душой стоял и поторапливал? Да нет, не в его это духе, о деньгах размышлять. Дитя ордена, блин. Определенно, его состояние в тот момент — всего лишь следствие предстоящего расставания. Он ведь и закрылся от меня, чтобы волнение и истинные чувства не показывать. Блин, ну учитель, ну сенсей. Ведь знаю же, что я вам не безразличен, а все равно пытаетесь из себя не пойми кого строить.

Настроение поползло вверх. Блин, да нормально все. Сам же знаю, что мне это разделение нужно. Так какого блина, спрашивается, кисну? Так, что-то я частенько мучное вспоминаю, поесть, похоже, стоит. «Бу-бу-бу», — тут же отозвалось пузо. О! Раз начал о брюхе думать, значит налицо прогресс. Вот сейчас подкреплюсь мясцом, мозги на деловой лад настрою, и буду планы планировать, и, тут я покосился на стакан и отставил его в сторону, составы составлять. Не могу больше эту гадость пить. Буэ.

Бум-ба-бах! Хлопок, и с улицы потянуло жженой смазкой. Следом ветерок принес полный экспрессии монолог, вся суть которого сводилась к всплывшей в