"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

- Наивный молодой человек, - улыбнулся адвокат. - Я распечатал книгу Соломона и контролирую эту тварь. Сейчас он подчиняется мне, но стоит моему сердцу перестать биться, как палач сорвется с поводка, - усмехнулся Грузенберг.

- А как же ваши столичные коллеги? Они не обеспокоены вашими действиями? За пропажу книги ведь обычно строго карают, - задал я интересовавшие меня вопросы.

- Эти дурни мне были нужны, лишь для того, чтобы поймать ее, - сказал адвокат и дернул девушку за волосы.

- У вас такие же наклонности, как и у вашего сына, вам нравится причинять боль другим, - сказал я.

- Жаль, что ты оказался хитрее и ушел из нашей западни, - усмехнулся адвокат.

- Помог начальник службы безопасности Зотова, - сказал я, наблюдая за реакцией Оскара Осиповича.

Адвокат поморщился, словно съел лимон. А я же продолжил заговаривать Оскару Осиповичу зубы. Будем надеяться, что Свинцов привезет Грузенберга-младшего и обмен состоится.

- Признаться, я думал, что одержимость девушки и болезнь Зотова только ваших рук дело, - сказал я, возвращаясь к разговору.

- Увы, он мешает многим. Как только я разберусь с тобой и этой потаскухой, займусь Зотовым, - адвокат снова дернул демонессу за волосы.

Халфасса болезненно вскрикнула.

- Не горячитесь, Оскар Осипович, я сомневаюсь, что у вас есть чудо-артефакт, способный отклонять пули, - сказал я.

Адвокат лишь презрительно фыркнул.

- Зачем мне подобная глупость? Моя жизнь напрямую завязана на управление палачом. Ты же не захочешь брать на себя ответственность за действия этой твари, - Грузенберг рассмеялся. Закончив смеяться, он пояснил: - Умру я, и начнется цепная реакция. Тварь займется чернокнижниками, затем доберется до Зотова и его глупой дочурки. А потом начнет убивать всех, кто по ее мнению нарушает закон или имеет отношение к нечисти. Он не тронет лишь чистых душой и сердцем, а остальные умрут, их души станут пищей для этого создания.

- Вам не кажется, что глупо давать мне такую информацию? - сказал я, наблюдая за адвокатом.

Грузенберг бросил на меня презрительный взгляд и произнес:

- Ты нашел мою единственную слабость и сыграл на ней. Как только мы обменяемся пленными, мы продолжим нашу игру, и у тебя не будет другого шанса, - сказал адвокат.

- Сомневаюсь, что церковники из столицы такие дурни, они наверняка уже сообщили о пропаже книги и о вашем самоуправстве, - сказал я.

Оскар Осипович лишь ехидно усмехнулся и сказал:

- Докладывать некому, все прибывшие в город экзорцисты и демонолог мертвы.

- А вы весьма кровожадный тип, Оскар Осипович, прямо волк в овечьей шкуре, - заметил я.

- Этому миру давно нужно устроить новый «потоп». Слишком много грешников, - заметил адвокат. - Ладно, к черту все! - неожиданно рявкнул он. - Рука затекла держать нож. Где мой сын? - сказал адвокат и надавил на лезвие.

По шее девушки побежала струйка крови.

- Успокойся, его уже везут, - я примирительно поднял руку и немного отвел оружие. - Пришлось прятать его за городом, поэтому нужно время.

Адвокат немного успокоился, а затем сказал:

- Жаль, что ты убил Николая, способный был чернокнижник, служил на благо церкви.

- Вы ошибаетесь, - прервал я речь адвоката. - Николай служил самому себе, вернее, одному богу под названием «деньги». И убил его Свинцов.

Адвокат удивленно вскинул брови и сделал несколько шагов в сторону окна выходящего на улицу.

- Каюсь, изначально именно я встал на пути Свинцова, - сказал я, делая шаг в сторону Грузенберга. - Я нашел темницу демонессы. Убил одержимого, которого Свинцов направил на поиски вместилища демона. После, Свинцов подослал еще одного одержимого, чтобы меня убить. Я убил несколько ведьм, астральную вампиршу, старика-экзорциста и охранника, опекавшего вашего сына. Но вы, Оскар Осипович, монстр куда пострашнее меня, - сказал я, указывая на адвоката рукой с зажатым в ней телефоном.

Грузенберг дернулся, словно от пощечины, и крепче схватил девушку за волосы, поудобнее перехватывая нож.

Халфасса хранила молчание, вероятно, опасаясь спровоцировать адвоката. Я же сделал еще несколько шагов в направлении Грузенберга и продолжил:

- Свинцов пытался подбросить мне наркотики и воздействовать на меня, используя служебное положение, а вы решили действовать силовыми методами. Убили священника, который заподозрил вас в краже книги. Затем подбросили мне в багажник его труп. Позвонили в полицию и попытались сбросить всю вину на меня. Я изначально думал, что это Свинцов, но, похоже, я ошибался. Этот чернокнижник, куда более благочестив, чем вы.

Оставим мелочи, Оскар Осипович, вы принесли в жертву двух монахов, охранявших реликвии в здании епархии. Украли книгу Соломона и использовали убитых вами, чтобы ее открыть. Затем вы отправили нас на охоту, чтобы отвлечь от происходящего в городе. Свели нас с Зотовым, надеясь, что его одержимая дочка нас убьет, как убила всех тех, кого вы отправили к нему до нас.

Адвокат согласно кивнул.

- Все так, только вот ты запятнал свою душу союзом с демоном! – выкрикнул Грузенберг. - Создал у себя дома святилище языческого божества.

- Да, что было - то было, - кивнул я.

- У меня была лишь одна цель - отправить демонессу домой и вернуться к спокойной жизни, - сказал я.

Грузенберг снова рассмеялся.

- Спокойной твоя жизнь уже никогда не будет. Ты думаешь, я глупец и не знаю, кто ты на самом деле? Я много времени потратил, прежде чем нашел информацию о таких, как ты. Ты Нефилим, хранитель равновесия. Когда-то с вашим родом было покончено, но ты - поганая полукровка. Плод противоестественной связи небожителя и смертных. Ты есть грех! - заверещал адвокат.

«Мля, вот же упертый фанатик», - подумал я.

- Давайте успокоимся и просто подождем, когда привезут вашего сына, - сказал я, пытаясь успокоить адвоката.

Заметив, что Оскар Осипович, перестал пятиться к стене, я задал новый вопрос.

- Одного не пойму, не проще было бы заказать убийство Свинцова, чем устраивать подобное в городе?

- Ты не понимаешь, у меня появился шанс выиграть эту войну и привести всех верующих в лоно церкви! - заверещал адвокат.

- Книга сделала вас безумцем, - заметил я, наблюдая за реакцией адвоката.

- Да, я безумен, - согласился Оскар Осипович.

Я, чувствуя, что необходимо тянуть время произнес:

- Из высокопоставленного церковника вы превратились в одержимого фанатика. И да, вы