Дракон из Каэр Морхена - Герр Штайн

Континент. Северная равнина.

Некоторое время спустя.

Темерские наблюдатели.

В отличии от своих северных соседей, темерцы были более осведомлены о происходящих в Камелоте делах.

И о том, что волшебник Мерлин безо всякого чародейского снобизма взялся на активное развитие института рыцарства в своём городе и сопредельных землях с деревнями. Выделяя на это просто гигантское количество денег — и оттого темерцам было крайне интересно, каких успехов в этом достиг город-государство.

Ведь это Редания была далеко, а до Темерии было подать рукой от города, построенного чародеем и по слухам, владеющего секретами эльфов, благодаря которым они строили свои дворцы.

— Миледи Августа?.. — обратился командир этих самых наблюдателей, Луи Эчеверриа, граф Гаррамонский к чародейке, что была с ними как эксперт по чародейству. Ведь всё-таки правителем интересующего Темерию Камелота был именно чародей.

— Всё… В порядке. — бросила Августа Вагнер, после выхода из комы продолжившая работать на Темерию. — Лишь последствия долгой комы.

— Вот как… — пробормотал глава знаменитого воинского рода Темерии. — Может вам стоит отдохнуть?..

— Нет. Для Темерии, для Братства очень важно увидеть, на что способен Мерлин из Камелота. — покачала головой темноволосая женщина, припоминая упомянутого чародея при их встрече в Вызиме.

Тогда она не смогла нормально оценить пределы наверняка древнего чародея, но вот сейчас… Ему придётся применить всю свою силу, если он не хочет, чтобы армия его марионеточной королевы была разгромлена — а в неё он потратил просто гигантское количество собственной Силы Хаоса, магии…

Ибо в отличии от обычных людей, Августа чуяла, насколько много этой самой было магии в снаряжении пяти сотен рыцарей Королевства Рыцарей, как неофициально именуется Камелот в высших кругах Темерии.

Которые, так-то, в целом были готовы признать нового соседа, коли он будет служить прекрасным буфером между Темерией и слишком амбициозной в последнее время Цинтрой.

…Так или иначе, продолжить диалог наблюдателям не дала магическая битва, развернувшаяся между обеими сторонами, замершими в нескольких сотнях метров друг от друга, причём в полной боевой готовности.

— Хм… — нахмурила брови чародейка, оценивая количество и качество заклинаний, отправленных двумя десятками чародеев Братства и всего одним волшебником с другой стороны.

В воздухе над равниной сходились и сталкивались с друг другом многочисленные огненные, молниевый, воздушные и даже водные заклинания, которые какой-то глупец решил направить на такое расстояние.

Светопредставление было масштабным и поражало любого несведущего в магии человека, не позволяя прямо сейчас перейти в атаку, ведь каждый из рыцарей завороженно наблюдал за происходящим в воздухе… Прямо как Луи Эчеверриа.

Покосившись на широко распахнувшего глаза графа, Августа слегка поёжилась.

Этот Мерлин, он…

Без всякого труда отбивал каждое заклинание чародеев реданцев, но при этом не переходил в атаку, хотя мог основательно потрепать конницу оппонентов — наблюдая со стороны, чародейка весьма отчетливо видела, что её коллега внизу смог бы это сделать.

Но не делал.

Экономил силы…

Для чего-то.

…Но вечно продолжаться не могло даже противостояние чародеев, и вскоре, как только над равниной прогремели последние взрывы заклинаний, огненными каплями опадая на равнину, затрубил рог со стороны Редании.

И с той стороны вперёд выступили ряды лучников, которые практически сразу принялись сокращать дистанцию, и… Залп!

Сотни стрел устремились в сторону первых рядов рыцарей Камелота, но… Вокруг всей их армии возник масштабный магический купол, заставивший зубы Августы заныть — на него волшебник должен потратить просто огромное количество магии… Что с учётом предыдущей магической дуэли сразу с десятками чародеев означало, что Мерлин из Камелота мог держась в себе втрое больше магической силы, нежели сама Августа, в бою бывшая одной из сильнейших чародеек, равной чародеям Капитула.

…Вновь затрубил рог, но теперь уже другой — и лучники принялись разбегаться в стороны, позволяя знаменитой реданской конницы выйти на первый план.

Конницы, что наконец-то была готова вступить в бой.

Это была кавалерия, что, вопреки желанию темерцев считать свою не хуже, являлась всё-таки лучшей на всём Севере.

Облаченные в алые цвета своего государства, они представляли из себя гордость и красу Редании.

Латники на лучших реданских конях, вторые и третьи сыновья аристократических семей, они принялись разгоняться, с каждой секундой увеличивая свою пробивную мощь… А вот камелотцы наоборот — не двинулись, хотя обладали большей, хоть не намного, численностью.

Это и заставило заподозрить всех темерцев в том, что здесь было что-то не так.

Даже самый неопытный мальчишка знает, что не стоит подставляться под лучшие части Реданской Королевской Армии, что на полной скорости неслись вперёд, при этом прикрываемые чародеями Братства.

Августа знала, что Владислав из Вызимы и его чародеи предполагают, что Мерлин попытается уничтожить Тяжелую Реданскую Гусарию с помощью магии, отчего и хранят остатки сил, чтобы не позволить этого сделать.

Однако… Однако Мерлин, в своих белых одеждах вышедший вперёд армии Камелота, не стал атаковать своего врага какими-то либо стихийными заклятьями.

— …Что… — в горле у леди Вагнер в этот момент резко пересохло, когда она ощутила значительные изменения в магическом фоне по всей равнине перед белым волшебником.

Вот его фигура, виднеющаяся впереди с их холма, поднимает свой посох высоко вверх… Его верхняя оконечность начинает сиять магически вызванным белым сиянием…

А затем древко этого же посоха своей пяткой с силой приземляется на землю, вызывая едва ощутимый хлопок, но вместе с тем, слышимый каждому на поле боя и даже за ним.

…Августа побледнела лицом, став глотать внезапно ставший вязким воздух.

— Ч-что это такое… — у женщины по телу аж дрожь прошлась от такого объёма Силы, что вырвался из посоха волшебника.

Сглотнув, и схватившись за собственные плечи, сидящая на коне чародейка с дрожью по всему телу стала наблюдать, как от магического посоха земля в сторону реданцев стала окрашиваться в белоснежно-белый цвет, сияющий чистейшей Силой, количество которой заставляло и дальше шокировано глотать воздух любого чародея в округе.

…А потом внезапно перед самой тяжелой гусарией вздыбилась земля.

Большой, длинный и достаточно крутой холм возник прямо перед несущимися вперёд на полной скорости всадниками, которые не смогли бы остановиться, даже если бы захотели. Слишком сильно разогналась таранная машина под названием латный всадник, что в сумме с конём весил несколько сотен килограммов, зачастую уверенно доходя до полутысячи.

Остановить такое быстро… Попросту невозможно.

И обогнуть не представляло возможности — холм был слишком широким.

Отчего с просто оглушительным звуком ряды конницы сталкивались с неожиданным препятствием, быстро превращаясь в неорганизованную кучу-малу, где всадники пытались выбраться из подобной передряги… Но времени им на подобное не дали.

Ведь как