"Фантастика 2026-130". Компиляция. Книги 1-30 - Ал Коруд

— Тогда и я пас, — посудина отправилась обратно в корзину.

— Эй, дамы! Ничего, что вы такое обсуждаете вслух⁈ Я сейчас про Танигути, главного разработчика МАЦУСИТЫ. — Решетников то ли засыпал на ходу, то ли из принципа реагировал с опозданием.

— Он уже не главный, — зевнула Уэки повторно. — Несколько часов как. Они устроили рокировочку, чтобы рассчитаться с моим родителем за меня: теперь главный разработчик у них — Уэки Юо, «прошу любить и жаловать».

— А Танигути куда дели? — цепко поинтересовался метис.

— Под папашу лёг. Говорю же, рокировка. Видимо, напрочь убирать бывшего патрона батя поостерегся: а ну как в тяжёлой гонке за рыночное лидерство интеллектуальных мощностей не хватит? — хозяйка кабинета постучала полукровку по лбу. — А так и овцы целые, и волки сыты. Всем хорошо кроме меня.

— Мы наедине обязательно обсудим твои персональные санкции в адрес Танигути, — твёрдо пообещала якудза. — Без Такидзиро-куна. По девичьи и конфиденциально. Не должен такой тип безвозбранно топтать землю. Может у меня ещё свои дети будут — чтоб дочь с таким персонажем по одной улице ходила? Пф-ф-ф.

Хафу подавился водой, которую набрал в кулере и затеял было пить из пластикового стаканчика:

— Моэко-тян!..

— Народ, на первую часть расширенного совета я не пошла, но после перерыва явлюсь на продолжение. — Ута за секунду превратилась в трезвую и адекватную. — Пожалуйста, цель вашего визита? Не то чтобы я вас выгоняла, но вдруг вы от меня чего-то хотите. Вдруг на это время надо.

* * *

Там же, через несколько минут.

— … согласен, что если я тебе помогу, ты оказываешься передо мной в неоплатном сексуальном долгу? — айтишница смотрела в глаза логиста спокойно и взгляда не отводила. — За эдакую-то услугу?

— Именно в таком виде расплата? — озадачился не на шутку Решетников. — Может, можно сойтись на каком-то взаимовыгодном компромиссе?

— Я уже на тебя запала, поздно. Влюблённость произошла — у меня мозги заклинило. О другой оплате речи не будет.

Собеседник едва уловимо расширил крылья носа, собираясь ответить.

— Такидзиро-кун, вот только без истерик! Ты мальчик взрослый, меня подбиваешь на откровенную угловщину. — Ута подошла вплотную, так, что их носы почти соприкоснулись. — Твои помидорчики, фигурально, зажаты даже не дверью, а стальной дверцей тяжеленного сейфа: одно неловкое движение, бац — и ага. Я отлично осознаю перспективы собственной юридической ответственности в связи с твоим нетривиальным гаджетом, если подпишусь!

— Там не всё так грустно. Можно выйти на условный, если возьмут за зад, — абсолютно серьёзно заявила якудза. — С учётом твоего персонального досье и отсутствия криминальных записей — максимум двушка. Повторюсь, скорее всего — два года условно, я бы дала восемьдесят процентов вероятности.

— А-а-а-ха-ха-ха-ха, вот это предложение! — веселья даже изображать не пришлось. — Мужик приходит к нечужой фемине, с ней у него какие-никакие отношения. Ладно, не интимные, но всё же.

— Ута-тян!..

— Вместо простого, примитивного и животного секса, — она не дала метису себя перебить, — парниша через адвоката предлагает два года кутузки! Как тут не радоваться, — она стремительно обвила его ногой, как в бальном танце, руки бросила на плечи.

— Не совсем простого и не совсем примитивного, — угрюмо потупился Решетников. — Мне не нравятся твои слова. При всей моей благодарности хотя бы даже за твою встречу с отцом.

Ута оставила его в покое, отступила на шаг и запрыгнула на второй стол напротив якудзы:

— У меня уже мания. Пара минут дела — и вопрос закрыт, мой несговорчивый стажёр логистики. Вставил, вынул, пошёл дальше. Кроме тебя самого никто не возражает. Тебе чё, жалко⁈ — она искренне недоумевала. — Такидзиро-кун, ау! Потрёмся пупками — моё эго удовлетворится! Дальше стану обратно белой и пушистой, напряжение спадёт, — айтишница несколько раз ткнула указательным пальцем правой руки в кольцо, образованное большим и указательным левой.

— Ты сейчас хитришь. На самом деле про себя думаешь, что не против за меня замуж — не в Японии, в другой стране. Переезд, считаешь ты про себя, стыкуется и с нашими бизнес-планами, по крайней мере, на ближайшие несколько лет, — хмуро выдал неуступчивый персонаж, полируя взглядом носки ботинок.

— Хренасе ты проницательный, — не смутилась Уэки-младшая. — Но тут такое дело. Такидзиро-кун, ты не можешь меня обвинять в том, чего я пока не совершила. Согласен?

— А я и не обвиняю. Я объясняю тебе причины и логику собственного решения.

— Ну и разговор у вас, — адвокат напомнила о себе покашливанием. — После сегодняшнего суда я уже думала, меня в этой жизни не удивишь. Но ваша пикировка — нечто. Я в восторге, продолжайте.

Тон гангстерши, однако, даже намёка на веселье не содержал.

— Я своего никому не отдам и получу, что хочу, по-любому. Вы ко мне сами пришли, — Ута испытывала невнятный охотничий азарт.

— Давай меняться? — предложила гангстерша. — С Танигути разбираться — тоже не совсем законопослушное деяние. Извини, что таким тоном, но ты первая начала, кто кому больше… Давай услуга за услугу?

* * *

Там же, спустя некоторое время.

Вытянувшееся лицо Решетникова доставляло.

— Я даже готова снять свои хищные притязания в твой адрес, — весело призналась айтишница. — Увидеть такой твой хабитус дорогого стоит.

— Неожиданно просто, — хафу растерянно тёр затылок. — Не ожидал именно этого решения.

— И не должен был — ты же не инженер. И не директор департамента инженеров, — ухмыльнулась Ута половиной лица. — При всей твоей гениальности, она относится всё же к другим областям, не к чистой электронике. Да, в это кресло меня посадил папаша, — она похлопала по подлокотникам, — но работала в нём я уже сама.

— Можешь повторить персонально для меня простыми словами? — попросила борёкудан вежливо. — Вроде по отдельности кое-что уловила, но в сумме.

— Нафига? Тебе-то технические детали зачем? Ты не технарь, никогда им не будешь, — сдерживать зевоту решительно не было сил.

— Ему, если что, к моим контактам лететь. Хотела бы понимать глубже.

Ута смилостивилась:

— Простыми словами для дилетантов. Ты была права: язычок трогать ни в коем случае нельзя. Сигнал уйдёт, устройство считается скомпрометированным, дальше всё прописано в законе.

— Но если не снимать?.. — растерянное лицо якудзы стало ещё