Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

По щекам побежали горячие слёзы, хрустальными каплями разбивались о красные лепестки. Душа и сердце разрывались на части от осознания того, что я не могу ничего изменить.

Женевьева исчезала…

Последний раз взглянув на меня, она ласково улыбнулась. Последняя капля крови упала на землю и Женевьева полностью исчезла из моего мира. Исчезли её тело и её душа.

В груди я ощутил сильный толчок. Связь была оборвана без последствий для меня.

Я больше никогда не увижу её, не услышу её голос, не почувствую её эмоций.

Центр моей жизни исчез так же быстро и неожиданно, как и появился.

Оказывается, нерушимая связь между нами — это не наказание. Это и была истинная свобода, неоценённая мной. Растоптанная. Униженная.

Она разрубила нашу связь.

Мой зверь с диким рёвом вырвался наружу…

Слишком поздно я всё понял…

* * *

Я резко проснулся и, смахнув рукой капельки холодного пота со своего лба, немного успокоился, поняв, что это всего лишь сон.

Но сон слишком странный, безжалостно реальный, отравляющий меня ядом.

Посмотрел в окно.

Скоро рассвет.

Осторожно проверил связь и ощутил Женевьеву.

Как ни странно, но она уже не спала и пребывала в хорошем настроении.

Выдохнул и успокоился.

Это был всего лишь сон. Связь разорвать невозможно.

* * *

Женевьева

Телёнок.

Глупый, очень глупый телёнок.

И надо мне было вызваться помогать искать сбежавшего телёнка.

А сбежал он, потому что испугался степного волка.

По идее, местные и сами бы справились. Но мне же погеройствовать охота. Рэн ночью вроде как вернулся и после того как хорошо выспится, отдохнёт, попросит у Милдред доклад о произошедшем за эти дни.

А я как порядочная женщина ничем толковым не занималась за эти дни, не считая уроков массажа, танцев и даже пения. Девочки с огромным удовольствием поделились со мной сокровенными знаниями.

Что ж, это всё круто. Но хотелось мне блеснуть перед драконом чем-то ещё особенным. И пока я с утра думала-гадала, чем бы его удивить, пришла Милдред и сказала мне по секрету, что у пастуха убежал телёнок, испугавшись степного волка. Она поворчала на тему, что не мог этот глупый копытный убежать, например, вчера, нет, ему понадобилось это сделать именно сегодня.

Она ворчала что-то ещё, а у меня уже созрел гениальный план! Я найду телёнка и приведу домой.

Искали его почти все — конюхи, пастухи, другие работники тяжёлого труда. И я.

Бинго! И я же его первая и заметила.

Все искали блудного малыша ближе к лесу, а он убежал в сторону реки и теперь жалостливо мычал, зовя на помощь свою мамку.

Хитро улыбнулась, приготовила лассо и медленной рысью стала пробираться к потеряшке.

В голове я уже нарисовала сценарий дальнейшего развития событий: вот я поймала телёнка и под аплодисменты местных привела домой. Милдред рассказала о моём геройстве дракону, а я скромно потупив глазки, говорю, что мол, ничего особенного, не могла же я позволить пострадать и потеряться малышу. Рэн хватает меня на руки и кружит, осыпая меня комплиментами, поцелуями и… А дальше вообще огонь.

Сперва я придерживалась протоптанной коровами тропинки, перепрыгивая оставленные рогатыми мины.

Вдруг телёнок перестал мычать и навострил уши. Я замерла и притаилась в высокой траве. Он посмотрел прямо в мою сторону и неожиданно сорвался с места и поскакал прочь.

— Чёрт! — разозлилась я и сорвалась следом за ним, высоко задирая коленки.

Если бы меня сейчас увидел дракон, он бы, наверное, перекрестился. Волосы у меня выбились из косы и были украшены сухостоем. На лбу волдырь — укусила голодная мошка. Бархатный костюм для прогулки верхом покрылся репейными колючками.

Выражение на лице такое, что лучше на пути у меня не стоять: глаза горят; рот криво растянут в предвкушающем оскале и прикушен кончик языка.

Ну вот кто захочет девушку, у которой решимости больше, чем здравого смысла?

Хорошо, что меня никто сейчас не видел.

А телёнок, сволочь вдруг замер и снова посмотрел на меня, видимо решая, позволить себя поймать или сигануть с каменного утёса?

— Стой, малыш, — ласково произнесла я, тяжело дыша. — Ты же хочешь домой к маме, правда? Иди сюда…

Ага, так меня он и послушался.

Он вдруг опустил голову и бросился на меня с намерением насадить на свои совсем ещё крошечные рожки.

Но что-то мне всё равно не понравилась сама мысль, что маленький бычок сейчас меня ударит.

Поэтому, я пискнула:

— Мама…

И побежала вроде бы в обратную сторону и… нога попала на что-то мягкое и вдруг, я полетела вниз с воплем:

— А-а-а-а-а-а!

Острые корни порвали мне жакет и брючину на заде.

И, не успев издать что-то кроме испуганного вопля и болезненных вскриков, я с хлюпающим звуком приземлилась на что-то мягкое, податливое и очень-очень противное.

А наверху послышалось слабое шуршание травы, и показалась голова телёнка.

— Му-у-у-у! — протянуло это бесовское создание. Нагло перепрыгнул яму и ускакал прочь.

А я попыталась взять себя в руки, не паниковать и здраво осмыслить ситуацию, напоминающую один сплошной хаос.

Но здраво мыслить не выходило. А как тут мыслить, когда сидишь на дне выгребной ямы, чуть ли не по уши в самом настоящем дерьме.

Кое-как подавила желание прямо сейчас удариться в форменную истерику. Вот выберусь — тогда всласть нарыдаюсь и отругаю себя за тупость.

— Господи… А ведь я всегда считала себя умной женщиной… — прошептала я и всхлипнула. А потом набрала побольше воздуха в лёгкие, едва не задохнувшись от смрада и закричала: — Помоги-ите-е-э! Я зде-е-есь!

Кричала я долго и много, пока не охрипла.

Попыталась выбраться сама, но увы, оказывается это крайне сложная задача. И наличие верёвки мне никак не помогло.

Чёрт… Кажется, Рэну не получится нормально отдохнуть. Честное слово, если он не оторвёт мне голову, я буду целый месяц тихой и послушной Женевьевушкой.

— Рэн… Миленький… Если ты меня слышишь… Мне нужна твоя помощь… А то я скоро умру от этого запаха…

Минут десять я просто ждала. Прислушивалась, в надежде, что кто-то уже ищет меня или Рэн вот-вот появится. Но нет. Всё, что я слышала — это шум ветра в траве, стрекот и жужжание насекомых. А под ногами раздавался противнейший хлюп.

И на меня начала накатывать паническая атака. Пульс стал неровный. Я умру в этой яме, и никто никогда меня не найдёт! А когда найдёт, то так и оставит в куче какашек!

Нет, нет и нет! Не хочу умирать, да ещё вот так!

— Рэ-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-эн!!! — завизжала я, что есть