Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— Ребята из НАЙТЁ предвкушают разбирательства — рано или поздно типа с взорванным лицом могут установить. Так или иначе. Протягивая ниточку в штаб-квартиру. Это с одной стороны.

— А с другой?

— Ты же в курсе, что все информационные структуры сейчас между собой конкурируют за внимание условного высшего начальства?

— Теперь в курсе — от тебя. Что в этом плохого?

— С точки зрения сторонников одной Принцессы, зряшная трата времени мегатоннами: тот же премьер, грубо, по очереди слушает каждого.

— Каждую разведку? Вникая в межведомственные трения?

— Точно. Вышли на него вояки — он бросился им помогать. Вышли с критикой вояк и собственными предложениями мидовцы — он уже меняет позицию, думает, это их приоритет, как я раньше ошибался. Явилась Торговая Организация — про вояк и про МИД дружно забыли, точнее, задвинули в долгий ящик. У правящей коалиции видение по три раза в день меняется. С утра по новой, по кругу то же самое. Напрашивается какой-то орган, который будет распределять приоритеты с учётом межотраслевых интересов и конкретно тому же премьеру доносить среднее арифметическое, а не устраивать американские горки.

— Вау.

— Ну. Сейчас так: кто из пятерых громче кричит — тому и ассигнования, и ресурсы. Получается не конкуренция целесообразности для страны, а битва персональных связей руководителей служб.

— А мы с тобой причём к их концерту?

— НАЙТЁ, кажется, после своего погибшего с гранатой зубах решились на ход конём. Из равных прочим хотят стать доминирующей структурой — аналог комитета разведки при президенте в других странах.

— Что делает такой комитет?

— Раздает задачи (с учётом ведомственных компетенций) каждой разведке отдельно и распределяет бюджеты в первую очередь. Потом — консолидирует позиции служб, они часто не совпадают, и рекомендует политическому руководству страны взвешенную выверенную линию. Чтобы не было как ночью: вояки с гранатами бросаются на полицию, НАЙТЁ изображает обывателя, чтобы потом одной из этих гранат подорваться. Перед этим вместе вопреки всем правилам убивая сотрудника третьей силовой структуры — комиссара полиции. И чуть не убивая судью.

— Звучит где-то здраво. — Ута задумалась, затем вынырнула из размышлений. — Про комитет разведки при премьере. Что-то типа секретариата при совете директоров. Вот ты хитрый! Теперь уже времени нет ни на что! — она возмущённо ткнула пальцем в деталь мужской анатомии, забывая, что сама только что передумывала.

— Мы куда-то опаздываем? — очень правдоподобно удивился Такидзиро.

— Да. На рейс.

— Ну прилетим в Пекин, там продолжим! — он искренне недоумевал. — Сейчас же жизнь не заканчивается.

— Я тебе в Китае обязательно эти слова напомню, — пообещала Уэки. — А то какой-то развод для лохов: я тебя мою на мужской половине в аэропорту, а ты. Бездушный чёрствый сухарь.

Что совместные спа-процедуры были полностью её инициативой, она не подумала — была поглощена интересными размышлениями на тему возможных перестановок в спецслужбах по сценарию, упомянутому товарищем:

— Слушай, а зачем он в закрытую зону аэропорта пёрся? Чего он в итоге-то хотел? Ты ему что, можешь чем-то помочь? В создании этого комитета разведки? Или я?

— Мне кажется, они решили оседлать первое маркетинговое правило — говорить от имени отрасли. Тип за стенкой — шестёрочка, рядовой исполнитель, ничего не решает.

— Какой тогда смысл переться к нам сюда?

— Он же дал резервные каналы на авральный случай в Пекине. Я взял — лишним не будет.

— Смысл ваших тайных перемигиваний от меня всё равно ускользает.

— Перевожу на японский: техничная попытка быть в курсе всех таких операций всех национальных структур. Кто всех координирует, тот местами и контролирует — так они думают.

Уэки размышляла долгую минуту, пока вытирались и одевались.

— Похоже на идиотизм, — заключила она. — Я, конечно, не сильна в этой лабуде, но без специального закона никто просто так инициативу отдавать не будет. Вон сегодня ночью на территории полиции!..

Они понимающе переглянулись.

— В НАЙТЁ сидит кто-то до задницы глубокий в теории, но бесконечно далекий от полей. Акисино, похоже, что-то такое обозначила в качестве идеи — а кто-то в НАЙТЁ бросился с пробуксовкой проявлять инициативу.

— Тупость.

— Не скажи, — вздохнул логист. — Ненужной страховки не бывает, заявляю компетентно. Особенно в случае таких, как мы с тобой.

— Молодые, упругие, красивые? — айтишница весело похлопала себя по животу, застёгивая чиносы.

— Не имеющие официального прикрытия и тарахтящие на свой страх и риск.

— Ты ж говорил, туристическая поездка? В прошлый раз было хуже?

— Угу.

— Эй, чего ты как с дурочкой соглашаешься! Мне теперь страшно!

— Не переживай. В этот раз туристическая поездка.

Глава 12

— Твою маму, — процедила Уэки через пару минут. — Неужели началось.

Из санузла они вернулись в vip-зал и сейчас первыми шагали по рукаву к самолёту.

— Что там? — беззаботный метис лениво заглянул в её экран.

— Мне страшно. — Она закусила губу. — Ко мне на этаж приходила Йошида. Не одна, с кем-то, вот их лица. — Айтишница сняла пароль с директории и всунула гаджет в руки спутнику. — Знакомая рожа?

— О. Да. Это тот, кто у Хину в бассейн нырнул в костюме и обуви.

— Знакомый твой?

— Не в том смысле, в котором думаешь. Полез меня руками хватать — аргументы кончились; я в сторону шагнул; он сам бултыхнулся. Его охрана выловила и полиции передала.

— Кто он?

— Тебе не понравится.

— Говори!

— Тоже из министерства обороны, из штаба, откуда были ночные деятели.

— Напавшие на судью и на полицейского?

— Угу.

— Эй, чё ты какой спокойный⁈ — не обращая внимания на приветствие экипажа, Ута с угрюмым лицом шагнула в самолёт и повалилась спиной в первое попавшееся кресло бизнес-класса.

— А чего нервничать? — обитатель нижних этажей искренне недоумевал и сочно зевал. — Их обоих с твоего этажа развернули — внутрь не пустили, говоришь. Йошида меня терпеть не может, поэтому оказала государственному человеку содействие добровольно. Вон какая рожа довольная, — Такидзиро покосился в планшет. — Министерский наверняка приходил меня разыскивать — видимо, что-то сообразили. Всё-таки задвоенный сигна…

— Да. Я тоже так думаю. И ты спокоен?

— Чего нервничать? — он повернул к ней озадаченную физиономию. — Что твои им такого дали увидеть,