Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

– Это вы верно подметили барон, в прошлом позиция Святого Престола относительно рабовладения была несколько непоследовательна. Лично мне близко утверждение Святого Бонавентуры о том, что рабство позорно и извращает добродетель, однако и он признавал его законность, являющуюся следствием юридических и политических действий человека, от которых невозможно абстрагироваться даже церкви. Хотя в век просвещения этот постулат уже не может считаться незыблемым! – осторожно подбирая слова, ответил священник.

– Совершенно верно падре, невозможно абстрагироваться от действий, которыми сам же и руководишь. Благодарю вас за интересную беседу. Уверен, что у нас еще будет возможность поговорить на эту тему! – резко завершил я разговор и пошел на выход, оставив аббата наедине с его невысказанными вопросами.

***

Что ж, можно считать, что поход в город удался, размышлял я по пути на корабль, уже переставленный Эриксоном на новое место. Вариант с посещением церкви, расположенной не просто в цитадели, а прямо рядом с дворцом великого магистра, был очень неплох. Во первых, можно обосновать необходимость прохода в крепость группы бойцов, а во вторых, проноса на территорию крепости небольшого груза, представленного в качестве пожертвования в дар храму.

Конечно, считать это исчерпывающим планом было шапкозакидательством. Проникновение в крепость даже не полдела, а лишь малая его часть. Первой группе необходимо, как минимум, взять под контроль входные ворота и, одновременно, нейтрализовать руководство ордена, иначе это гарантированный билет в один конец. А вот как все это провернуть, было пока совершенно непонятно. Слишком мало исходной информации для детального планирования.

Ладно, подумал я, для начала необходимо решить вопрос с маскировкой оружия и боекомплекта. Обсудив этот вопрос с Пугачевым, мы пришли к выводу, что кроме бочонка с вином, других вариантов не просматривается. Ну не сундук же с драгоценностями понесут в церковь корсары, сами собирающиеся на заработки. А вино используется при проведении причастия, к тому же бочонок невозможно полностью проверить, не разбив его. На наше счастье среди спецназовцев нашелся бывший ученик бондаря, знавший с какой стороны подходить к бочкам, который и занялся под руководством Пугачева подготовкой реквизита. Я, в свою очередь, продолжил наблюдать, прямо из своей каюты, за воротами цитадели и заниматься виртуальным моделированием операции.

Пятичасовое наблюдение за воротами показало, что скорее всего наемники проживают за территорией крепости. Значит постоянно в ней могут находиться рыцари и одна смена караула, а это не больше трети наемников. То есть всего немногим более тысячи бойцов, что уже намного лучше, чем все две с половиной тысячи. А вот со схемой крепости было совсем печально. Я не знал даже примерного расположения зданий на ее полутора километровой территории, за исключением дворца великого магистра в центре цитадели. На его расположение, с большой долей вероятности, указывала церковь Дамасской Богоматери, которую я вычислил, среди пяти видневшихся из-за высоких стен куполов церквей, по нестандартному для католиков равностороннему кресту.

Остаток дня я провел в размышлениях и к вечеру пришел к четкому пониманию, что если я собираюсь победить, то без рекогносцировки никак не обойтись. Значит завтра отправлюсь в церковь с парой-тройкой бойцов, договорюсь с настоятелем, а послезавтра, к подходу флота, отправимся туда более представительной делегацией и с подарками.

***

Однако сбыться моим благостным мечтаниям было не суждено, так как в десять часов утра, когда пирс заполнили повозки с бочками воды, в каюту зашел кэптэн Эриксон и доложил, что из крепости прибыла шлюпка с представителями ордена, которые желают поговорить со мной. О цели их визита Ларс ничего не знал, но после его слов у меня сразу же засвербило в одном интересном месте. Видимо, провести рекогносцировку уже не судьба и мои планы накрылись медным тазом. Сказав пригласить главного из гостей, я сел за стол и изобразил чрезвычайно занятой вид, принявшись перебирать бумаги.

Вошедший в каюту человек был высокого роста, с длинными выгоревшими волосами и белым вертикальным шрамом, проходящим через левую щеку и лоб, отчего его загорелое лицо напоминало большой змеиный глаз с вертикальным зрачком. Не очень приятное зрелище.

– Брат-рыцарь Франсуа де Месгриньи! – представился вошедший.

Я представляться не стал. Если уж он приперся ко мне на корабль, да еще и начал разговор сразу на немецком, то наверняка знает от портовой стражи кто я такой, поэтому сразу же перешел к делу:

– Чем обязан вашему визиту брат-рыцарь? Кажется, все вопросы с портовыми властями были решены еще вчера!

– Великий маршал ордена Мальтийских рыцарей Жюльен де Сен-Тропе приглашает вас сегодня на обед и я должен проводить вас в его резиденцию! – продекламировал «змеиный глаз» с наглой ухмылкой на лице.

Так, походу вариант с привлечением внимания сработал по полной. Только почему брат-рыцарь себя так борзо ведет? Непонятно и подозрительно. Ведь хозяин такого большого корабля, как у меня, по умолчанию не может быть простым человеком. Как-то этот вариант перестал мне нравиться, особенно, после того, как нашелся вариант с церковью. Ну ты посмотри сука, как не вовремя. Ведь послать лесом одного их высших иерархов ордена я сейчас никак не могу. Как нам тогда завтра пытаться попасть в церковь. Да и вообще, скажут, что наше присутствие на Мальте нежелательно и мы должны валить отсюда по бырому. Но и соглашаться стрёмно, печенкой чую.

– Благодарю за приглашение брат-рыцарь. В котором часу назначен обед? – не стал я пока обострять, хотя желания зарядить по наглой роже было хоть отбавляй.

– Обед назначен на два часа пополудни барон! – продолжил ухмыляться рыцарь.

– Хорошо, передайте господину де Сен-Тропе, что я непременно буду. Всего доброго! – углубился я в бумаги, показывая, что разговор закончен.

– Вы, наверное, прослушали барон. Я должен проводить вас и это, не предложение, а воля Великого маршала, которая здесь не обсуждается! – добавил стали в голос посланец ордена.

Я, конечно, так и не стал большим специалистом в дворянском этикете, но сдается мне, что за такой базар уже можно кишки на кинжал наматывать. Что это? Приказ орденского босса, дабы вывести меня из равновесия и выявить мое истинное лицо, или обычный эксцесс исполнителя француза, который недолюбливает немцев? Сука, его даже завалить сейчас нельзя, из гавани просто так не выйдешь, цепь не даст. Может аббат де Буссан стуканул по поводу моего отношения к работорговле? Маловероятно, но тоже нельзя исключать. Короче, как всегда, вопросов тьма, а ответов нет. Ладно, будем исходить из предположения, что попав в крепость, как гость, я рискую там задержаться надолго и точно не в банкетном зале. Ну а тебе сучонок сегодня кирдык придет, мысленно вынес я приговор, улыбаясь рыцарю в лицо и