Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 - Сергей Сергеевич Мусаниф

– Я никогда не делал из этого секрета, – его лица мне не было видно, но я был уверен, что сейчас он ухмыляется. – Это последний квест, который ты можешь выдать. Точнее, его за тебя выдает Система, потому что он активируется только после твоей смерти. Эта возможность появляется после взятия четырехсотого уровня и соблюдения ряда определенных условий. Я их все выполнил.

– Дай я угадаю, – сказал Виталик. – В случае твоей смерти все твое добро, нажитое неправедным трудом и налутанное с несправедливо убитых монстров, достанется тому, что отомстит твоим убийцам.

– Не все, но кое-что, достаточно ценное, чтобы желающих набралось больше одного, – сказал Соломон.

– А как быть, если ты помрешь от несчастного случая? Споткнешься и свернешь себе шею к хренам? Или разбежавшись, прыгнешь со скалы?

– В таком случае Система квест не активирует. Также она его не активирует, если я паду от руки моба. Глупо мстить программе, которую ты не до конца просчитал.

– Интересно живете, – констатировал Виталик.

– Они снова приближаются, – сказал Соломон, тем самым утверждая, что не только лишь он живет интересно.

Взрывов больше не было, значит, эльфам удалось деактивировать остальные установленные им ловушки. А говорил, что грандмастер…

– Достают луки, готовятся стрелять, – сказал Соломон. – Стреляют…

Он еще произнес только слог "стре" из слова "стреляют", как я предпринял маневр уклонения, дернув ручник и заложив крутой вираж, втайне надеясь, что моя "ласточка" после таких выкрутасов не развалится.

Глава 11

"Ласточка" выдержала и не развалилась, хотя зловещие скрипы в подвеске давали понять, что ей такие маневры не слишком-то по вкусу.

Зато нам удалось отклониться почти от всех стрел. Одна безобидно чиркнула по крыше, а другая застряла в левом заднем крыле, пробив установленную Системой броню, словно это был бумажный лист.

Пожалуй, против таких луков и бронежилет бессилен.

Из-за противолодочного зигзага мы потеряли скорость, эльфы приблизились, и я понял, что с самого начала неправильно оценивал разделяющее нас расстояние. На самом деле, они были чуть дальше, чем мне казалось.

Меня ввел в заблуждение размер их скакунов. Единороги были раза в полтора, а некоторые особи и в два, больше обычной лошади, у них были мощные, и при ближайшем рассмотрении совершенно не изящные ноги, а удар массивного копыта наверняка будет сравним с ударом утяжеленной цельнометаллической кувалды, которой любил пользоваться наш завхоз Кузьмич.

И что-то мне подсказывало, что и рог у этих лошадок служит не только для украшения.

Очередная стрела пролетела совсем рядом и снесла мне боковое зеркало. Что ж, еще немного и это противостояние приобретет личный оттенок и для меня.

— Не пора ли нам к хренам? – поинтересовался Виталик.

– Рано, — сказал Соломон. – Надо выбить еще хотя бы парочку.

— А если они нас первые того этого?

Соломон не ответил. Он возился с каким-то сложносочиненным многодульным устройством, которое занимало весь объем задней части салона.

— Ладно, — сказал Виталик.

Он вытащил из инвентаря неплохо зарекомендовавший себя в предыдущей локации импульсный карабин, тут же высунул его в окно, а потом и сам высунулся по пояс, прямо как Глеб Жеглов в известном всем фильме, вот только ни у кого из нас не было свободных рук, чтобы держать его нежно.

Виталик принялся стрелять, но не в эльфов, а в дорогу позади нас. Каждый выстрел взметал целое облако пыли, и спустя всего несколько секунд мы оказались полностью скрыты пылевой завесой.

Эльфы, видимо, были большие ретрограды и не признавали оружия с тепловым наведением, потому что обстрел прекратился.

– Не благодарите! — крикнул Виталик, не переставая стрелять.

– Ладно, не будем, — пробормотал я.

Соломон закончил сборку своей мегапушки и приступил к калибровке.

Раздумывая о том, что неплохо бы и мне внести свой вклад в общее дело, я раскрыл интерфейс, влез в настройки своего маунт аи обнаружил, что до следующего уровня "ласточке" осталось всего ничего.

Более того, полоска ее опыта продолжала прирастать прямо сейчас. Небольшими, правда, дозами, но шкала постепенно заполнялась. Видимо, мы давили какую-то мелкую степную живность, сами того не замечая.

Или кочки, на которых нас периодически подбрасывало, были совсем не кочками...

Я стал внимательнее следить за дорогой.

– Задняя дверь как-то открывается изнутри? — спросил Соломон.

– Если только по ней хорошенько стукнуть, — сказал я.

– Любопытное инженерное решение, — Соломон снял полку багажника и потянулся к двери.

– Предполагается, то, что ты там везешь, не должно иметь возможности выбраться наружу, -- сказал я.

Соломон пустил в ход бронированный кулак, и дверца багажника распахнулась. На мой взгляд, он немного переусердствовал, вырвав замок с мясом, но замечания ему делать я не стал.

Со временем само восстановится.

Расчистив место от до сих пор валяющегося в багажнике хлама, о существовании которого я уже успел позабыть, Соломон установил на портативную турель пять минут назад на коленке собранный скорострельный шестиствольный плазмомет и принялся пулять короткими очередями прямо через пылевую завесу.

Увидев такие дела, Виталик выбросил разряженный карабин в степь и засунулся обратно в салон.

– Интересно, он хоть раз в кого-нибудь попал? – поинтересовался Виталик.

– Спроси у него, – сказал я.

– Эй, друг, ты хоть раз в кого-нибудь попал?

На удивление, Соломон таки удостоил его ответа.

– Пока в двоих.

Проверить его заявление было невозможно, поэтому Виталик решил поверить на слово.

Впереди, чуть левее по курсу, мелькнула какая-то живность. Присмотревшись, я увидел довольно крупную ящерицу, то ли варана, то ли сухопутного крокодила, только серого и с гребнем на голове.

– Держись! – скомандовал я и крутанул рулем.

Ящерица была довольно массивной, чтобы давить ее колесами, поэтому я решил вломить по ней передним бампером. А точнее, установленным там зомбисбрасывателем.

Они моих спутника услышали мое предупреждение. Виталик успел уцепиться за ручку над пассажирской дверью, а другой рукой упереться в торпеду. А Соломону в багажнике хвататься было не за что, поэтому его вместу с турелью бросило в сторону и он выбил плечом боковое окно.

– Будешь должен, – предупредил я.

Несмотря на стремительно приближающиеся полторы тонны смерти, варанокрокодил продолжал спокойно греться на солнышке и не предпринимал никаких попыток убраться с дороги. Удивительно безынициативное существо, даже не жалко.

В последние мгновения перед ударом он таки повернул голову в мою сторону и посмотрел мне в глаза.