"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

переползла на вторую банку от носа, села, и её вновь затошнило. Ларан и один из моряков — гибкий, жилистый, с белым жёстким хвостом волос, навалились на парус, разворачивая его. Один повис на переднем крае паруса, другой — на нижнем. Матрос почти лежал на парусах, как в колыбели, а Ларан висел над самой волной.

Девушка зажала рот руками и зажмурилась.

— Корабль — это морской конь, — крикнул герцог. — Всего лишь конь, а ты в седле.

Гичка гарцевала среди волн, разворачиваясь. Джия попробовала в это поверить. И всё же в голове шумело так сильно, что девушка пропустила следующую команду и поняла, что поворот завершён, только когда Ларан скользнул к ней, притянул к себе и шепнул:

— Карамельку?

Когда язык снова защипало, а тошнота ушла, Джия поняла, что ей не показалось.

— Это магия? — спросила она с набитым ртом.

— И-имбир-рь! — радостно ответил Ларан. — Идеален при качке. Но на волны лучше не смотри.

Он помог ей вернуться на нос, и Джия увидела огромную скалу, нависающую над водой. На её её просторном пологом уступе возвышалась каменная башня.

— Остров Бона? — прошептала она.

— И да, и нет. Это остров Колеса. А вон там, — Ларан развернул девушку направо, так, что она заглянула за парус. — Остров Якоря. Вон там, почти на горизонте. Островок между ними — остров Половины. Всё просто. В Якорной башне цепь закреплена. В Колесной находится механизм, который раскручивает или закручивает цепь. Раскручивает — цепь провисает, опускаясь на дно. Закручивает — поднимается, перекрывая Врата. Гениально же? Почти как краны в твоем бассейне.

Джия покраснела.

— И что, любой может зайти в башню и открутить цепь? — спросила насмешливо.

— Конечно, — его губы почти касались её уха, и у Джии вновь побежали по коже мурашки. — Любой желающий, случайно проходящий мимо. Совершенно любой. У кого есть ключ.

Княжна чуть не подпрыгнула. Сердце её забилось. Ключ! Ей нужен ключ и…

А потом ещё как-то открыть Радужные врата.

Остров надвигался на них огромной белой рыбой. Его каменный берег, выбеленный солнцем, был почти отвесным.

— Как мы туда попадём?

— Впилимся со всей дури, — ответил Ларан зычным голосом. — Снесём к Юдарду башню и остров, зато на корме выспятся.

— Грот вниз! — крикнул Рандвальд.

Ларан отпустил Джию, проскользнул по банкам босыми ступнями. Светлое полотнище дрогнуло и поползло вниз.

— Грот снят!

— Фок вниз!

— Джи, отцепи…

Но девушка уже поняла и быстро высвободила галс. Ларан бросил ей одобрительный взгляд, и вскоре фок-мачта голым стволом уткнулась в небо.

— Фок снят!

Джия завороженно наблюдала, как остров буквально вырастает из воды.

— Вёсла на воду!

— Посмотри вниз, — неожиданно шепнул Ларан.

Девушка опустила взгляд и вдруг увидела камни, на которых играли солнечных узоры.

— Так близко? — удивилась она.

— Нет. До них метра три.

— А у кого, кроме тебя, ещё есть ключи? — Джия снова обернулась, постаравшись скорчить максимально наивную мордашку. — Если ты часто выходишь в море, то должен быть кто-то, кто опускает цепь, не так ли? И даже не один. Но если их много, то уверен ли ты в их преданности?

Ларан поднял брови.

— Преданности? — озадачено переспросил он. — А что это такое? Душа моя, где честь, верность, преданность, а где пираты?

Джия растерялась.

— Но как же…

— Мы все продажные шкуры. Мой предок однажды счёл, что стать щитом Элэйсдэйра ему выгоднее, чем грабить защищённое побережье. Против него было поднято семь бунтов, а на восьмой прадеда прогнали по доске. Вслед за ним вскоре отправились и мятежные капитаны, так как сын первого герцога вскоре решил, что папаша его был прав. Справедливости ради, решил почти вынуждено, потому что капитаны очень хотели избежать возможной мести со стороны Дэррэна и организовали новый бунт.

— И против тебя поднимали мятеж?

Он заглянул в её широко распахнутые глаза и усмехнулся.

— Последний был заочно. Знаешь, почему ваш прекрасный принц не смог захватить Морской щит, когда вторгся в столицу Элэйдэйра и подмял под себя Золотой и Серебряный щиты? Да просто мои подданные решили, что раз я слаб, в плену и больше им не угрожаю, то зачем им такой герцог? И когда кто-то из свиты милого принца решил войти в Морской щит, обнаружилось, что их ждут. В моё отсутствие мои люди подняли мятеж и объявили пиратскую республику. Радовались почти неделю, пока о них не вспомнил Медведь. Эйд очень быстро умеет договариваться с повстанцами.

— В плену? — переспросила Джия.

— О, это совершенно чудная история… Вальд, мать твою! Табань!

Матросы принялись грести назад.

— Вёсла на борт. Вальд, отдать якорь.

Вёсла ударили по бортам и втянулись внутрь. Красный, как собственный камзол, внук Южного щита выбросил кормовой якорь, а Ларан стремительно бросил другой якорь с носа.

— Родственнички, чтоб их, — проворчал герцог, сердито сверкая глазами. — Рандвальд, будешь спать — вздёрну на рее. Проснуться не успеешь.

Ларан перемахнул через борт, княжна инстинктивно закрыла лицо локтем от взметнувшихся брызг.

— Джия, иди сюда.

— Я не умею плавать.

— Это не был вопрос.

Джия открыла глаза и с испугом глянула на Ларана. Он стоял по пояс в воде и протягивал к ней руки. Волна набегала и захлёстывала его по шею.

— Прыгай.

— Я не могу.

Девушка попятилась, споткнулась и села на первую банку. Отчаянно замотала головой.

— Лари, — тонкий голосок Ювины вмешался в их спор. — Не дави на неё, пожалуйста, она же…

— Хорошо, — вздохнул Ларан. — Ладно, мы сейчас с ребятами подтащим гичку ближе к берегу. Джия, протяни руку, я тебе отдам кое-что, чтобы не намокло.

«Ключ», — внезапно догадалась княжна. Она снова перебралась на нос и наклонилась к безмятежному герцогу. Сильные руки сзади схватили её за талию и перебросили за борт. И раньше, чем Джия успела крикнуть, Ларан подхватил и забросил девушку на плечо. Море лизнуло ноги до коленок, заливаясь в сапоги.

— Отпущти меня, — зашипела Джия, — щейцащь…

Ларан послушно сбросил девушку с плеча, и княжна упала прямо в набежавшую волну, хлебнула воды. Горло и нос обожгло солью. Схватилась за его штаны, карабкаясь наверх. Волна тащила назад, ноги соскальзывали с гладкого, скользкого камня. Он вновь подхватил её, притянул к себе и… поцеловал. Прямо у всех на глазах. Губы у него были одновременно мягкие и твёрдые. Джия судорожно вцепилась в его камзол, а Ларан одной рукой захватил талию, крепко прижимая к себе, а второй — затылок, удерживая девушку за волосы.

Когда он отстранился, княжна не сразу смогла выровнять дыхание. Во-первых, целоваться герцог умел… А во-вторых, она пыталась понять, почему сама ему отвечала и почему её словно накрыло огненной волной. Этот поцелуй оскорблял её честь в глазах свидетелей, и было совершенно