Тысяча - Эд Кузиев

ответа и для правильного эффекта, Михаил запустил короткий ролик Смутного времени на экране. Тот самый вирусный видеофрагмент рекрутеров корп для набора воинов в регулярные войска Союза городов. Никакого искусственного интеллекта, эпичной музыки и гламурных моделей, брутальных мужчин с макетами оружия. Нарезка с камеры брони неизвестного воина, местами гудком фабричного динамика заглушен мат и обсуждение нелегальных продуктов. А начинался он заурядно, с обхода территории патрулем.

Улица, по которой шел патруль самообороны, чистая, с большим количеством праздно-шатающегося народа, освещенная фонарями, вывесками кафе и вирт-салонов. Много света и неона, смеха, криков... Жизни. Медленное продвижение вдоль дороги сменяется динамикой. Резкий выкрик из подворотни, выбегает девушка, следом несется "инфицированный" с "яйцом-закладкой" в руке. Патруль прибавил ход, стараясь выскочить наперехват. Удар по зараженному шоковой дубинкой, следом напарник оператора отлетает на несколько метров назад. А инфицированный свалил девушку и уже пытается раскрыть челюсти жертвы, чтобы заразить разумного.

У оператора в руках появляется пожарный топор, короткий взмах, камера поворачивается по инерции, успев захватить скачущее по дороге оскаленную голову. Резкий удар тяжелым сапогом давит яйцо симбиота.

Десять секунд видео-ряда, а проняло даже тех, кто воевал. Без эмоций оставался лишь синт. Только это было лишь начало. Кадры менялись с сумасшедшей скоростью. Все та же нагрудная камера выхватывает из темноты кокон. Через тонкую пленку родового пузыря видны обезображенные болью лица. Взрослые, дети, старики. Все они сломанными куклами лежали друг на друге, вынашивая новое потомство. Между белыми телами скользили черные тени "тружеников", обеспечивающих контроль температуры, подачу воды и электричества.

Фабричный гудок спрятал слова дружинника, два щелчка пьеза-элемента, следом тонкой струйкой огнемет выпустил топливную смесь, вспыхнуло пламя, набирающее мощь и силу, пока алым не залило кокон, а весь экран оказался засвечен.

Следом площадка взлетки. Десант стоял возле грузовых врат челноков. Закопченная броня, красные от ожогов лица, суровые с потерянным и пустым взглядом, покалеченные руки. За спиной ранец с реактивным топливом, в руках тонкие сопла инжекторов.

" Ваше оружие против законов человеческих и божьих! Но твари, против которых обращен наш пылающий перст не есть разумный и сотворен не богом!" — вещал обер-лейтенант в черной броне ликвидаторов. — " Мы больше не люди, мы антивирусная программа. Наша цель очистить от скверны симбиотов нашу Землю. В моем отряде все добровольцы, а значит пришли не за деньгами и званиями. Каждый уже очень многое потерял на этой войне. Я прошу вас не потерять остальное. Грузимся!"

Хлопнул парашют над головой, дернули стропы, выравнивая камеру по горизонту. Храм Василия Блаженного вырывали лучи прожекторов ПВО. Через мгновения тяжелые шаги несли историю по улицам Нью-Москоу в склад готовой продукции поверженной корпы. Вспышка слева, воин сжигает защитников фабрики, вторая вспышка, крики боли и проклятия. Большое гнездо напоминало кишащее озеро скарабеев. Блестели хитиновой броней маленькие жуки, готовые сформировать любую химеру по воле матки. Только глушилки забивали частоту, на которой работала связь между роем. Двадцать один разумный заливал озеро реактивным топливом, квинтэссенцией ярости и мести.

Апогеем ролика, финалом служил последний фрагмент записи. В руках оператора капсюльный фугасный огнемет. Дальность поражения до трехсот метров, автоматический подрыв. Ручной "Буратино", названный в армии "Солнышко". На членах его отряда броня ратников прорыва, защитные очки. Все, как один, смертельно устали от этой войны и счастливы умереть в последнем забеге. Чем ближе в финалу, тем ниже коэффициент биологического тела. Грохнул взрыв за спиной ратника, короткий, возбужденный выкрик : "Началось"!

Тяжелые мехи типа "Феникс" утюжили ракетами главное здание корпорации "Шоколадной фабрики "Красный Октябрь". Призраки корректировали огонь, направляя лучи подсветки в местах сосредоточения живой силы противника. "Колосс" и "Баньши" утюжили территорию корпы с орбиты, а от взрывной волны падали пехотинцы, огнеметчики и работники службы поддержки. Последняя битва разумных с симбиотическим разумом. Техническая сингулярность против свободы воли. Раздался свисток к началу наземной операции, и тяжелые мехи начали движение. Под прикрытием танкеток рядом бежала пехота.

Рвались снаряды, взлетала земля вместе с горой зараженных. Сплевывал оператор попавшую в рот ,горькую от сгоревших химикатов, землю. Ответные ракеты из комплекса разворотили "Феникс" , тот припал к земле, чтобы через десять секунд подняться без левого манипулятора и с обгоревшим оператором. Падали люди, горели танки, взрывались боеприпасы у огнеметчиков. К линии соприкосновения дошел лишь каждый седьмой. Саперы заложили заряд в герм затворы центральных ворот. Раздался взрыв, а когда пыль осела, камера вырвало черное море готового к обороне Роя. Хлопнула фугасная трубка, отправляя "Солнышко" во колышущую Тьму. Затянуло дымом и горечью горелых листьев.

— Du riechst so gut! Mehr Feuer! — кричал небритый обер - лейтенант, перезаряжая быстрым движением "буратино". Затем повернулся к оператору с искаженным от злобы лицом. —Не ссы, боец. Паладин Мот уже в здании, а это значит...

Немец не договорил. Вспучилась земля под ногами, исторгая из себя поток скверны. Оператор упал на спину и больше не поднялся. Вскоре подскочила чья-то испачканная физиономия, тело ратника трясли, затем зацепили и потащили прочь с поля боя. Камера безучастно снимала как новые волны нападающих устремились к провалу. Еще больше мехов, танков, пехоты и огнеметов. Всего волн в тот день было семнадцать.

Эффект от видео был колоссальным. Плакал Гашек. Скрипел зубами Код. Сжимал кулаки Агни. Отвернулась в сторону Аура. Лишь дочь Самураев смотрела огромными для японки глазами. В них плескалось недоверие, боевой подъем и страх.

— Это всё правда?

— Трое из шестерых присутствующих были в последнем штурме "шоколадки". Берс по другую сторону баррикад, но это уже не важно. Важно то, что враг поднял отрубленную голову и оскалился. У нас есть проекция симбиотов, но для руководства требуется что-то весомее воспоминаний. Берс, охрана периметра. Код, ставь уловители сигнала сети. Остальным отдыхать. Вскоре придут подарки для О-Ни, потребуется время для настройки и калибровки. Затем приступаем к выполнению задачи.

Вышли из бусика втроем. Синт захотел развеется, Берс охранял периметр, а Денис устанавливал приемники на месте бывшего небоскреба. Лишь только предварительная юстировка закончилась, троица вернулась в бусик. Через пару часов моргнула иконка заказа. Собран и готов к транспортировке. Еще час сорок, за которые успела измаяться Курису, прошли в полной тишине и под впечатлениями от нагрудной камеры ратника.

— Знаешь, хозяин. Я ведь никогда не думал о другой стороне конфликта. И не понимал, за что такое суровое наказание наемнику. А вот сейчас... — Гашек явно стушевался, с трудом подбирая слова, отличные от мата. — После ролика... Ты это. Не держи зла. Таков уж хлеб наемника.

— Принял, —коротко