7 крестражей Маши Вороновой. Часть 2 - Галина Мерзлякова

Воздух звенел от остаточных разрядов свирепой, обжигающей ци Курамы, которая сталкивалась с липкой, удушающей аурой паука, рождая на коже мурашки и чувство тревоги.

Я мало видела мест сражений высокоуровневых практиков, но это точно должно было быть одним из них. Стены зала были оплавлены, часть свода разрушена, и оттуда сквозь мутноватую взвесь пробивались робкие лучи рассветного солнца. Где-то пузырилась зеленоватая слизь, продолжая оплавлять камень. Думаю, за нее некоторые алхимики будут готовы продать даже свой духовный корень. Часть зала была завешана плотной паутиной, местами почерневшей, местами усеянной мелкими зелеными капельками. Под ногой что-то неприятно хрустнуло. Периферийным зрением мне показалось, что в паутине что-то шевельнулось, но нет.

Трещина в полу перед залом оказалась не единственной; еще один провал темнел недалеко от трона, а где-то раздавался звук текущей воды. Неужели где-то на поверхность вышли грунтовые воды? — мелькнула безумная мысль, но я потрясла головой, стараясь отогнать её подальше, так же, как и мысль о том, что когда сражаются высокоуровневые практики, ландшафт неизбежно меняется.

Лис сидел, прислонившись к трону своего врага, и тяжело дышал. Я буквально подлетела к нему, и осторожно взяв за запястье, попыталась провести пульсовую диагностику, которую мне пришлось начинать несколько раз, так как руки дрожали и картина смазывалась. Многочисленные переломы, внутренние повреждения, сильнейшая кровопотеря. Странное чувство, что когда-то мне уже приходилось иметь дело с подобными повреждениями, и к несчастью, после моего вмешательства тот практик выжил, что внушало некоторую уверенность в том, что я не стану в итоге причиной смерти Курамы. Дать кроветворную таблетку, закрыть раны мазью «Синьсин» и начать копаться в аптечке в поисках более подходящих средств — вот мой план, но в этот момент Лис, который ещё пару ударов сердца назад был без сознания, закашлялся, тяжело вздохнул и зашевелился, попытавшись сесть поудобнее. Я поспешила поддержать его, но в этот момент его тело окуталось дымом, а когда он рассеялся, на ступеньках трона сидел маленький черно-золотой лисёнок.

Кажется, великие демонические звери восстанавливаются немного иначе, чем люди, — фыркнула я про себя и подняла почти невесомого лисёнка на руки. Тот растерянно пискнул, но поспешил поудобнее устроиться. Судя по всему, умирать прямо здесь и сейчас Курама не собирался, а значит, можно пойти поискать моих спутниц. Правда, прежде стоит утолить любопытство и понять, что же случилось с Чжи Чжу. Неужели он сбежал, победив Кураму? У врагов есть такая плохая привычка — не умирать, а сбегать, чтобы нарастить силы.

Моё внимание привлек зияющий провал за троном — оттуда, где должна была быть стена, на меня смотрела шевелящаяся тьма — остаток демонической ци Чжи Чжу, которая еще не успела рассеяться. Туша огромного паука была частично буквально вплавлена в камень. Длинные тонкие лапы, непонятно как поддерживавшие такое тело, были частично оторваны, частично переломаны, словно тоненькие веточки, которые ломает беззаботный ребенок. Еще более странным казалось непропорционально крохотное человеческое тело, выраставшее из неё. Из треснувшей, местами отсутствующей хитиновой брони сочилась едкая темная жидкость, напоминающая кровь, разъедающая камень. Человеческое тело, свисавшее вниз, было окутано полупрозрачной зеленовато-черной дымкой, из которой пытались вырваться антропоморфные силуэты, но их снова втягивало в эту пелену.

Здесь царил ужасающе тошнотворный запах — смесь разложения, едкого яда и приторной сладости. Слышался тихий, шипящий звук, словно плоть все еще тлела изнутри.

Я замерла у трона, пытаясь осмыслить увиденное.— Он так и не освоил до конца превращение в человека, — раздался в моей голове слабый голос Лиса. — Зато неплохо овладел мастерством иллюзии и приобрёл значительное количество сил. Если бы не это огромное тело, которое мешало ему двигаться, наш бой мог бы закончиться иначе.— Тебе стало лучше? — осторожно спросила я, почёсывая его за ушком, и попыталась скрыть улыбку, услышав звук, похожий на кошачье мурлыканье, решив проигнорировать столь необычный способ общения.— Хотя меня немного потрепало в этом бою, вам не стоит беспокоиться, моя госпожа. После того как я вернусь к своему сосуду, я быстро восстановлюсь. Просто сопровождать вас на всём вашем пути будет несколько проблематично.— Главное, чтобы ты скорее излечился от своих ран, — отмахнулась я. — После того как я заберу своих спутниц, мы двинемся прямо на встречу с моими старейшинами. Хотя я уверена, что у тебя нет злых намерений, сложно предсказать, как они отреагируют на великого демонического зверя.— Здесь вы правы, ваши старейшины — не те, с кем бы я хотел встретиться, — хмыкнул Лис в моей голове. — Но сейчас вам стоит сосредоточиться на поиске ваших спутниц и попутно заглянуть в сокровищницу Чжи Чжу. Хотя её пополняли совершенно неправедными методами, вам её содержимое пригодится.

С этими утверждениями я даже спорить не стала. К тому же у меня теплилась надежда, что среди того, что могло затеряться в гробнице паука, есть что-то, что поможет Кураме быстрее поправиться. Я прекрасно понимала, что у него не было причин ввязываться в войну со старым знакомым. Точнее, причина была, и это — я. Моё желание спасти Сой Фанг, Хэй Юэ и тело Юлань.— Госпожа, вы можете попробовать достать из него ядро, — предложил Курама. — Поглотите его. Это ускорит вашу культивацию.Я задумчиво почесала его за ушком, рассматривая тушу мёртвого демонического зверя. Таким образом действительно можно ускорить свою культивацию, но и подводные камни тоже были. Начать с того, что это всё-таки демонический зверь.— Паук был ядовитым зверем, — тихонько напомнила я. — Я не уверена, что смогу полностью подавить его ядро. В конце концов, он был гораздо выше меня по уровню. Мне кажется, ядро надо отдать тебе. Так ты быстрее восстановишься. Как я поняла из вашего разговора, твои силы сейчас ограничены.— В этом нет необходимости, — отмахнулся Курама. — Моя печать не позволит мне поглотить данное ядро. Ведь с ним мне придётся поглотить и его безумие. А это может привести к полному уничтожению печати. Мне очень не хочется возвращаться к тому времени, когда мной двигала только безумная жажда убивать. Госпожа, я тоже демонический зверь и тоже творил ужасные вещи.

Мне захотелось фыркнуть. «А то я не догадалась!» Сложно найти хотя бы одного демонического зверя, который не творил бы ужасные дела, особенно в момент своего становления, когда их разум весьма хрупок и легко поддаётся соблазну впасть в демона. А уж что там творилось у великих демонических зверей, я даже представлять не