Пламя и кровь - Тимофей Афаэль

— Значит, он знает, где она находится! — зарычала Элия, стискивая кулаки. — Он знает! Ты схватил хотя бы одного⁈

— Не смог. Только убил нескольких. Они сейчас валяются в борделе. Тела охраняют воры. Я не могу их схватить живьем. Они используют артефакты телепортации, — принялся объяснять я.

— Артефакты⁈ — прошипела вконец рассерженная Элия. — Все еще более серьезно, чем я думала. Мало того, что они проводят кровавые ритуалы, так они еще и нацелились на печать богини! Они не должны ее получить, Эридан! Лучше уж смерть!

— Ты мне объясни хоть, что за печать такая? — я уселся на лавку, переводя дух.

— В древние времена наша богиня была запечатана! Именно поэтому она не может разговаривать с нами напрямую, а только подает знаки, — принялась рассказывать святая. — Кто запечатал я не знаю, но точно знаю, что существует некая печать, при помощи которой ее запечатали. Наш орден ищет ее уже много столетий. Мы хотим освободить нашу справедливую богиню! — она топнула ногой, не в силах унять злость. — Понимаешь, теперь что это за печать? Если она попадет не в те руки, то силу богини могут направить во зло!

— Каким образом? — удивился я, не представляя себе смертного, который мог бы справиться с освобожденной силой бога. Только если этого самого бога убить….

— Дошло⁈ По глазам вижу. дошло, — Элия зло улыбнулась. — Благодарю тебя, Эридан. Вот уж не думала, что мы получим помощь от такого как ты.

— Вот сейчас даже слегка обидно было, — попенял я ей, впрочем, совершенно не собираясь обижаться. Мне совершенно наплевать что она там про меня думает.

— Ты понял, что я имела ввиду, — фыркнула она, улыбнувшись. — Идем.

Я не совсем понял куда мы идем и зачем мне идти с ней, но пошел. Мало ли, вдруг мне это тоже будет полезно.

Миновав сад, мы прошли во внутренний двор, расположенный внутри здания храма. По дороге встретили Хасану. Элия показала ей знак рукой, начертив в воздухе треугольник острой стороной вверх. на манер копья. У Хасаны вытянулось лицо, и женщина со всех ног побежала в здание.

Мы же с Элией прошли на небольшой балкончик, приподнятый над двором. Пока шли, внизу уже начали собираться воины и послушники. Вскоре весь двор наполнился людьми. я даже не думал, что их в храме так много. Паладины, служители и служительницы молча стояли, глядя на Элию.

— Братья! — громко крикнула она. — Знаки богини ясно дали нам понять, что в мире снова поднимает голову страшное зло! Благодаря этому воину по имени Эридан, — она указала на меня рукой, — удалось выяснить, что некая секта, снова возродившихся колдунов, приносит кровавые жертвы! — народ внизу заволновался, переглядываясь. — После того, как Богиня через статую ощутила вот эти кровавые кристаллы! Эту мерзость! — Элия повысила голос, демонстрируя на ладони упомянутые кристаллы. — Она подняла копье!

Вздох прошел по толпе. Служители просто стояли, паладины же прислонили кулаки к груди напротив сердца.

— Мало того, Эридан сегодня пытался поймать их предводителя, но ему, к сожалению, удалось только ранить его и услышать, что они знают, где расположена печать богини! — последнее высказывание имело эффект взрыва. Нет, собравшиеся не бесновались, но я почувствовал исходящую от них энергию. Запал на действие. — Сегодня я объявляю святую войну! — снова повысила голос Элия. — Против мерзких колдунов, желающих использовать печать в своих мерзких целях! Трубите в рог, оповестите другие храмы! Орден святой богини идет на войну и не будет пощады отродьям, вставшим на нашем пути! Во имя мира! Во имя добра и людей, которых мы обязаны защищать!

Что тут началось. Воины начали бить латными перчатками себя в грудь и что-то тягуче запели. Песню подхватили служители. В этот самый момент над храмом гулко раскатился звук рога. Тяжелый, гудящий он на мгновение заполнил собой все, разлетаясь над городом. Орден собирался на войну.

Элия махнула мне рукой, и мы спустились в ее небольшой кабинет, где она принялась рыться в шкафах.

— Стоило объявлять им войну? — спросил я, усаживаясь на стул. — Может, лучше было сделать все тихо?

— Нет! — рявкнула она. — Пусть твари знают, что мы идем за ними и никто не в силах нас остановить! Даже совет не вправе вмешиваться, когда орден объявляет святую войну! На! — она сунула мне в руку золотой кругляш с белым, прозрачным камнем в центре. — Это высший знак ордена. Если покажешь его, никто не сможет чинить тебе препятствий.

— Полезная какая вещица, — я хмыкнул и убрал кругляш в карман. — Ладно, это все здорово, но мне идти пора. У меня дел еще выше крыши.

— Ты куда дальше собрался идти? — насторожилась вдруг она.

— Мне нужно в Дикие земли, — не стал скрывать я. — Раз с магами здесь не вышло, может, отыщу их по дороге, либо там, на месте.

Она меня с подозрением оглядела, хмыкнула и буркнула: — Я Еду с тобой и возражения не принимаются.

* * *

Калеб со своей сестрой жил у горцев уже целую неделю после того, как они покинули сожженную деревню. Как выяснилось, не такие уж они и страшные, как о них рассказывают. Необычные, но не страшные. Калеба приняли как своего и тут же погрузили в жизнь деревни. Лили забрали в дом к семье, а его поселили в общем доме с остальными мальчишками его возраста. Такие уж у горцев оказались порядки. Всех мальчиков, начиная с восьмилетнего возраста забирали из семьи и селили в общую казарму. Там они росли, учились воинскому искусству, охоте и другим умениям, потребным для мужчин.

Их обучением и развитием занимались старшие воины и охотники деревни. Сверстники к Калебу отнеслись хорошо и много помогали ни к чему не приспособленному городскому.

Взять хотя бы то, что Калеб вообще не владел оружием. Никаким.

— Бери вон тот деревянный топор, — сказал ему Биргер. Высокий, русоволосый парень на год его старше. Он уже считался довольно умелым воином и добровольно взял на себя помощь новичку в обучении.

— Почему не меч? — спросил его Калеб, выхватывая из стойки указанное оружие. — Мне мечи больше нравятся.

— Потому что мечей у нас почти нет. Они очень дорогие, — пояснил Биргер, — а