Я создаю чудовищ. Инверcия - Сергей Александрович Елисеенко

И пусть выкрики были разные, но смысл у них был одинаковый. Мы плохие и всё гребём под себя, а остальные люди из последних сил выбиваются, чтобы просто прокормить себя и близких. Чушь, конечно, полнейшая, но, видимо, у многих жителей короткая память. Все как-то разом забыли про бесплатную еду от дендроидов и Левиафанов, вкупе с возможностью работать и зарабатывать в соответствии со своей профессиональной деятельностью. Я было попытался спокойно и логично отвечать на такие выпады, но мой голос быстро потонул в бессвязном оре, которым тут же занималась толпа. Понятно, что их провоцировали и подзуживали некие тёмные личности, но я всё ещё надеялся, что голос разума может быть услышан.

– Хорошо! Представим, что всё так и есть. Тогда давайте подходить конструктивно и решать проблему. Чего именно вы хотите? – наконец, удалось мне перекричать собравшихся.

– Долой! Долой Яшку-колдуна с его чудищами! Пусть всё будет, как раньше! – услышал я визгливый ответ.

– Вали из города! Дай нам жить, как сами хотим! Не нужны тут подачки всякие, – поддержали с другой стороны толпы.

Ну, а дальше всё опять обратилось в безумный шум без капли смысла. Ругательства, обвинения во всех грехах и прочие “прелести” разогретой жаждой насилия людской своры.

Возможно, глава моего отряда и был прав. Тут не получится поговорить на равных. Пока у людей головы затуманены такими вот провокаторами, любое общение бесполезно. Мы просто не услышим друг друга. Да и не захотим. Так что, пора выполнить тактический манёвр и заблаговременно отступить, чтобы не ввязываться в ненужную драку.

Шагнув назад, я вполголоса высказался о своём решении, и меня тут же поняли, отгородив от напирающей толпы. Мы вернулись обратно в ресторан и тут же пошли в сторону чёрного входа. А вслед нам полетели презрительные выкрики и камни, вывернутые из булыжной мостовой. Всё, как завещали выбитые нами из Петрограда красные. Видимо, исторический круг замкнулся. Ну, или такие методы работают всегда.

Минут через пять мы уже оказались на улице, двигаясь к оставленным за углом автомобилям. Вот только там нас уже поджидала вторая часть стаи, которую теперь составляли далеко не простые жители бывшей столицы. Судя по злобным рожам и ехидным ухмылкам, тут собрался цвет “тёмной стороны” общества. А направленные нам в лицо винтовки и револьверы подтверждали, что всё это действо было заранее спланировано.

– Я так понимаю, по-мирному разойтись не получится? – уточняю на всякий случай и активирую Колю.

Вместо ответа в нас начинают безостановочно палить из разных видов оружия. Наученные опытом и работой в связке с носителем биоброни, мои бойцы шустро разбегаются кто куда. Кроме, стоящих близко ко мне. Они, наоборот, прячутся за мою спину, используя меня, как живой танк. Я же неспешно иду вперёд, давая противнику выпустить весь боезапас, концентрируясь на моей персоне. И, как только шквал огня стал стихать, в дело вступает отряд телохранителей (как бы иронично это не звучало).

Первый залп проредил ватагу бандитов вдвое, второй добавил им ещё раненных. Помня мою просьбу парни целились в руки и ноги, стараясь не убивать.

Разом потеряв большую часть своих стрелков, нападавшие поняли, что просто так взять меня не получится. Отступили, спрятались за наши машины и принялись обороняться одиночными выстрелами. Именно обороняться, а не нападать. Всё неожиданно изменилось совершенно в другую сторону.

А я продолжаю идти к ним навстречу, напрочь игнорируя пули, бессильно щёлкающие по “доспехам” и рикошетящие куда попало. Вижу, как один из противников вдруг вскакивает в полный рост и замахивается в меня гранатой. Тоже привычно и знакомо. Делаю рывок вперёд и хватаю деревянную ручку ещё в воздухе. Мощный толчок и опасная штуковина улетает куда-то на крышу. Лишние жертвы мне не нужны.

Захожу за автомобили и короткими оплеухами отправляю бандитов в бессознательное состояние. На что они, вообще, надеялись, нападая на нас? Простое стрелковое оружие и парочка гранат. Это же курам на смех. Или задумка была другая?

Знаком подзываю своих бойцов и приказываю им связать преступников. Доставим их на базу, может, удастся разговорить и узнать что-нибудь полезное.

– Думаю, на сегодня прогулок хватит. Все по машинам, едем домой, – скомандовал я, поднимая забрало.

Вот только возвращаться пришлось на своих двоих. Моторы и колеса автомобилей оказались повреждены в перестрелке. Чертыхнувшись, я вытер пот со лба и, посмотрев на солнце, прикинул, что к закату должны успеть.

***

Мы уже подходили к нашему обиталищу, когда мне резко захотелось пить. Спросив у парней осталась ли у них вода во фляжках и получив отрицательный ответ, я направился к ближайшему дендроиду. Как-то незаметно почти половина города уже проросла моими химерами. У меня, конечно, был определённый план по распространению этого растительного мозаичного организма, но местная версия квинтэссенции V и страсть любой жизни расти и развиваться внесла кое-какие коррективы в изначально стройную схему. Теперь дендроиды росли не только там, где мы равномерно их высаживали, но и в других, казалось бы, не приспособленных для этого местах. Вот и сейчас, я по привычке смотрел на перекрёстки или прикидывал, где находится ближайший парк, а химера проросла буквально в соседнем дворе, раскрошив булыжную мостовую.

Подойдя ближе, я коснулся шероховатой коры-кожи рукой и на мгновение замер. В ответ пришло удивление, радость и желание помочь мне во всём, что я только попрошу. Химера узнала меня, как прародителя и стремилась угодить, как только возможно.

– Воды. Я хочу пить, – скорее образами, чем словами ответил я.

В ту же секунду ко мне спустилось одно из щупалец, держа хрупкий сосуд из высохших “листьев”, внутри которого плескалась прозрачная жидкость. Сделав глоток, я почувствовал прохладу, свежесть и удовольствие. Допив до конца и утолив жажду, я поблагодарил химеру и уже собирался было уходить, как вдруг мозаичный организм “заговорил” со мной. Но не эмоциями-посланиями, а конкретными информационными массивами, где визуализация сплеталась с обычной человеческой речью.

Ошарашенный, я какое-то время стоял, переваривая услышанное и увиденное. Молчал, думал, анализировал.

– Ты понимаешь меня? – наконец, задал я вопрос.

– Да, – пришёл короткий ответ.

– Как ты научился общаться таким образом?

– Не я – мы.

Тут уж пришла пора удивляться вдвойне.

– Мы, это все химеры-дендроиды? – уточнил я.

– Верно. У нас нет отдельной личности для каждого.