Бессмертный - Владимир Геннадьевич Поселягин

когда с брони сдуло близкими разрывами. В общем, помимо экипажа «бэтра», кроме меня и взводного, ещё трое на ногах, и всё. Один из них командир моего отделения, он и командовал. Точнее выполнял приказы взводного. Броню отогнали чуть дальше и загнали на холм, оттуда тот контролировал немалую территорию. Экипаж один был, без охранения. Ну а мы ждали вертолёты. Одного бойца отправили занять позицию на скале, наблюдателем будет, чтобы нас не застали врасплох. Тела раненых и убитых у склона сложены. Я присматривал, пить давал, пока сержант со взводным общались. Для посадки вертолёта место было, чуть дальше от коптившего в небо дымом второго нашего «бэтра». М-да, в дыме явно чувствовалась горелая человечина. Мы от места гибели наших старались держаться подальше, там в огне продолжали рваться патроны. Лейтенанту фигово было, явно его первые потери. Старшина погиб, мы его тело так и не достали, пламя слишком жаркое, от взвода рожки да ножки остались, те кто выжил в медсанбат, там и госпиталь. Несколько явно тяжёлых, до врачей бы дожили. Все же комполка смог нажать на нужные рычаги и вертолёты нам выделили, причём четыре. Если пара боевых просто крутилась рядом, готовая сорваться вниз на любую агрессию, то два транспортных заходили на посадку. На поле, изрытое свежими воронками. К счастью, прибыл целый взвод десантников, они и помогли загрузить раненых и убитых в салон одной из машин, и та сразу пошла на взлёт. Впрочем, второй вертолёт тоже, с десятком десантников куда-то улетел. А вот следственная группа была из троих офицеров. Пока десантники разбежались, несколько групп были направлены в разные стороны, вертолётчики сообщили, где позиции бывшей батарее, туда рванули. Я показал тела убитых корректировщиков, осматривали их внимательно, нашли иглы игломёта дроида, упаковали и забрали. Тела оставили, они явно никого больше не интересовали. Хотя сфотографировали, не без этого. Только после этого нас отпустили. Мы устроились на броне «бэтра» и покатили к базе. По пути один из моторов то глох, то заводился, но всё же доехали, такие уставшие были, и морально и физически. Тут уже знали, что произошло, наблюдали как мы на искалеченной броне заезжали в город.

Взводный докладывать пошёл, а мы хотели в баню, нам тут затопили, но медики санвзвода к себе погнали. Все в синяках, ссадинах. У меня кровавая ссадина на скуле, не знаю где заработал, синяки на локтях и коленях, надо сделать наколенники и налокотники, надо, и в принципе всё. Из всех я меньше всего пострадал. У сержанта перелом нашли, рука сломана. Тот этого не знал. Болела и болела. В общем, ещё одного вырвали из наших рядов. В медсанбат отправят попутным конвоем. Перелом-то со смещением, вправляли, прежде чем гипс наложить. После медиков душ, очень хотелось. Я залечил все травмы, остались только те что на виду, так что в порядке. Парни все уставшие, некоторые подавленные случившимся, поэтому я достал бутылку водки, увёл со склада афганцев несколько ящиков, около сорока, и разлил по кружкам. Тут и взводный с ротным зашли, им тоже налил, ну и выпили, помянули парней. Тех, что в обломках «бэтра» горели потом достанут, для похорон, да и когда огонь стихнет и можно будет подойти к останкам других, тоже. После этого отбой. Уснул я, кажется, ещё до того, как голова коснулась подушки.

То, что взводный выжил, это считай чудо, везучий, поэтому пусть медики ограничили пока его, но в медсанбат не отправили, потому тот и начал формировать взвод по сути сначала. Уже на следующий день, десяток солдат прибыло, из разных подразделений, ротный лично отбирал. Как я понял, у того были на примете хваткие парни, вот и задействовал этот ресурс. Двое были младшими сержантами. Трое с наградами, две медали и орден «Красной Звезды». Экипаж командирского «бэтра» пропадал у танкистов, куда на буксире увели нашу машину. Не заводилась, ремонтировали на месте, не стали эвакуировать в ремроту нашего танкового полка. Она в Баграме расположилась. Туда всю технику свозили, приписанную к нему для ремонта. Боевые задания никто не отменял, взвод нужно восстанавливать. Обещали ещё одну «семидесятку» передать в наш взвод, чуть позже пригонят с экипажем. Однако быстрее «БРДМ» вернулся из ремонта. С колонной из Баграма пришёл. Экипаж только тут про потери узнал. Слышать слышали, но думали про других говорили. Я же с утра приводил себя в порядок, форму за ночь постирали прачки, высушили, дыры заштопали, так что амуниций занимался, оружием. Всё оружие парней, то что достали, в оружейке было, я и его в порядок приводил.

Взводный знакомил новичков с ветеранами взвода, неожиданно к ним и меня причислили, видимо посчитали за своего, раз через столько дел прошёл. Со взводным нас шестеро, плюс ещё экипаж разведывательной машины, уже восемь. К слову, экипаж «БРДМ» не полный. Это у «БТР–70» двое в экипаже по штату, механик-водитель и командир-наводчик, а у разведывательной машины их должно быть четверо. Пополнят из новичков, ротный их искал. К вечеру ещё шестерых ротный прислал, их документы уже оформлялись. Те форму получали, оружие, в общем, готовились. Лейтенант почти в казарме и не бывал, экипажи своими машинами занимались, так что нас трое осталось, вот и описывали традиции. Точнее второй боец взвода из уцелевших. Он в разведчиках уже три месяца, обтёрся. До дембеля ему полгода. Осенью у него срок выходит. А у меня только в следующем году. Тоже осенью. У третьего бойца через год дембель, весной. Он пулемётчик, молчун, всё свой «ПК» драил. Следующий день был фактически зеркальным с первым, разве что по два часа на плацу строевую отрабатывали. Мне сказали подтянуть её, плохо было. Делать нечего, подтягивал. Одного из сержантов назначали ответственным, тот и гонял меня. На пятый день количественный состав взвода поднялся до двадцать четырех бойцов, хотя все три отделения и сформировали, только пополнять стали меньше, по два-три бойца прибывали за день. Ротный старался, подбирал. Экипаж «БРДМа» теперь полный. Времени мало было, но с тактическим искином я всё же закончил. Пришлось реактор для него делать для питания, на подобии того что у штурмового дроида я установил. У него не батареи, именно реактор. Теперь спутниками пора заняться. Основу одного сделал и на этом пока всё.

В общем, от боя все отошли, взвод готовился, учебные тревоги, в общем сбивались парни, узнавая друг друга, вместе же служить и воевать. Молодые парни, у кого усики пробились, у кого ещё нет. Среди добровольцев, что в разведчики пошли, только двое