Страх и голод 3 - Константин Федотов

Упускать такую возможность было глупо, я решил пройтись по следу и осмотреться, что же это за машина такая и кто ее владельцы, как знать, может мне повезет. И я оказался чертовски прав.

Углубившись в лес и тихонько пробираясь по высокой траве, я почувствовал запах дыма и жаренной тушенки, а затем послышались и голоса. Когда прошел еще немного, моему взору открылся припаркованный УАЗ Буханка, а рядом с ней, сидя на земле у костра, беззаботно сидело четыре человека. Как я понял, это была настоящая семья: женщина лет сорока, два парнишки лет так десяти и пятнадцати и глава семейства, мужчина в возрасте плюс-минус пятидесяти лет. Все как один одеты в камуфляжную одежку, этакий Family look. Они были увлечены поеданием пищи из большой сковороды, но при этом глава семейства то и дело вертел головой по сторонам, высматривая угрозы. На его плече висело помповое ружье, у старшего паренька было точно такое же, а у женщины на поясе виднелась белая полицейская кобура с пистолетом Макарова.

Немного понаблюдав за ними, я решил, что сдюжу, только нужно выбрать удобное место для нападения, дабы своей стрельбой не повредить машину. Присмотрев удачное местечко между двух близко растущих ветвистых берез, я тихонько подкрался к ним и занял позицию. Высокая трава мешала обзору, так что мне пришлось привстать, и в этот момент я оступился, и сухая ветка предательски хрустнула под ногой. Семейство в тот же миг насторожилось, но все равно уже было поздно. Предохранитель был снят, и первые два выстрела угодили главе семейства прямо в грудь, вторая пара попала в подростка с ружьем, затем женщина, ну и самый мелкий словил пулю в шею и голову.

Запах жженого пороха, хрипение, мычание и крики наполнили лес, женщина билась в конвульсиях и тянулась к своим детям, как, собственно, и мужчина. Смерть была уже совсем рядом, они страдали, глядя на мертвых детей, и, наверное, очень сильно переживали за то, что не смогли их уберечь и защитить. По-хорошему, стоило бы их добить, проявить милосердие, но я не стал. Глядя на них, я вспоминал свою молодость и понимал, что мог так же сейчас быть с семьей, но жизнь лишила меня такой возможности. А раз у меня ничего такого больше нет и наверняка не будет, то чем они лучше меня? Закурив сигарету, я стоял, облокотившись спиной на дерево, и наблюдал за тем, как жизнь покидала тела простреленных мной людей. Я не чувствовал никакого сожаления или жалости, единственное, что доставляло мне неудобство, так это жужжащие над ухом комары.

Когда тела перестали двигаться, я потушил окурок о дерево и пошел осматривать трофеи. Первым делом снял оружие с убитых и отложил его в сторону. Затем забрался в салон Буханки и начал осматривать багаж, а тут, на удивление, было немало полезных вещей. Но главное, помимо одежды, спальных мешков и палаток, тут был приличный запас еды и хороший арсенал для ружей. Что-что, а помповое ружье против зомби очень даже убойная штука, особенно, если патроны будут с крупной дробью, а вот против людей не очень, тут уже куда лучше себя показывает нарезное оружие. Единственное, с чем у семейства была проблема, так это с горючкой, один бак был наполнен под завязку, а во втором было меньше половины, и канистр с бензином у них не было, но это дело наживное. Ключ от машины торчал в замке зажигания, так что я сразу уселся за руль, положил на крышку двигателя автомат и трофейное ружье, а после принялся заводить машину. Стартер бодро крутил движок, издавая жужжащие звуки, но тот никак не хотел заводиться.

– Да твою же мать! Заводись давай! Чудо Ульяновского автопрома! Столько лет тебя выпускают, а все одно и тоже! – ругался я вслух, качая правой ногой педаль газа, но машина никак не желала запускаться. – Да сколько можно-то?! – ударил я кулаком по рулю. – Вот же техника! Невозможно полностью починить и до конца сломать! – продолжал ругаться я, и машина все же схватила.

Немного подергавшись, движок все набрал обороты и начал работать ровно.

– Если так будет каждый раз, придется искать новый транспорт. – негодуя произнес я, с хрустом воткнув первую передачу, поехал вперед.

Выскочив на грунтовку, я поехал по следам семьи, по всей видимости, они приехали сюда с противоположной моему маршруту стороны, а значит, там относительно безопасно. Все же машина выглядит вполне целой, так, парочка несильных вмятин, но они могли появиться и до всего этого конца света. Машина подпрыгивала на неровностях дороги, в салоне звонко громыхало содержимое, что очень сильно раздражало меня, но тратить время на его компоновку и крепеж я пока не был готов.

Выскочив на заасфальтированную дорогу, я уверенно рванул вперед, высматривая брошенный транспорт, чтобы разжиться горючкой. Продвигаясь все дальше и дальше, увидел толпу беснующихся зомби, что кружили около перевернутой машины, лежащей на обочине. Сначала я не придал этому большого значения, но потом увидел, что внедорожник моргает фарами, а после услышал звуки его клаксона. На зеркале заднего вида у меня висел небольшой бинокль, и я, остановившись, посмотрел через него на происходящую возню.

– О как! Да мне сегодня везет! – радостно произнес я.

На боку лежала тюнингованная под бездорожье Нива. Зомби сейчас активно пытались попасть в нее, проломив стекла, а в салоне были люди, сколько и кто, мне видно не было, но в целом мне на это было плевать. Главное, что на я увидел привязанные к крыше машины канистры с топливом, а это прямо то, что мне было нужно.

Громко и мерзко проскрипев тормозами в фирменном УАЗовском стиле, я подлетел к машине. Часть зомби ошибочно решила, что я тоже подхожу на роль жертвы, и ринулась на меня. Я же взял с крышки двигателя ружье и через открытую форточку начал вести отстрел зомби. Да, патрончики тут были что нужно, за первый выстрел три головы лопнули, словно переспелые арбузы. Затем еще выстрел и еще, и еще, опустошив обойму, я дозарядил ружье и дострелял остатки тварей, а потом начал отбивать и перевернутый транспорт, в котором истерично кричали люди. На все про все у меня ушло минут пять, я старался стрелять по зомби, чтобы не повредить канистры, на пассажиров Нивы не обращал внимания. Я тут не благородный рыцарь и действую исключительно в своих интересах. Когда