Голодные звёзды - Данияр Саматович Сугралинов

— Используйте любую возможность, — одобрил я, и Вечный прощупывал пулями дым, когда тот уплотнялся.

— По позициям! Приготовиться! — скомандовал я.

Чувствуя боевой настрой, надо мной закружили осы-переростки, жужжа, как маленькие бомбардировщики. Я велел им лететь на базу и охранять ее, после чего спросил:

— Лиза, все эвакуировались?

— Да, — ответила она.

— А если честно?

— Да… нет. Эдрик отправился вам помогать. Я осталась с пленными, чтобы передавать уровни раненым. Две сестрички вызвались донорами добровольно. Еще четыре пошли к вам, чтобы транспортировать раненых сюда. Наталья тоже осталась, готовит свои зелья.

— Лиза, когда купол падет, уходите, — сказал я. — Слышишь меня? Тогда надежды будет мало. Тварь подожжет базу.

— Если, — отрезала Лиза и пояснила: — Если купол падет. Допустим, мы уйдем в джунгли, и что дальше? Все равно лишимся душ в Третью волну, а так вдруг чем-то поможем?

Диалог оборвался, потому что туман принял очертания пришельца, и одна из пуль достигла цели: дым на мгновение стал красным, сформировавшаяся системка известила, что тример потерял 0,5 % «активности», а следующую пулю отразил его щит, переливающийся перламутровым.

— Есть! — радостно крикнул Вечный. — Он уязвим! Когда…

Увидев, что наши почти выкопали его оружие, тример снова стал дымом, метнулся к воронке черной змеей, и спустя секунду там крутился смерч, раскидав в стороны людей, взметнув песок.

— Огонь! — крикнул я, как только песок осел, и дым начал материализовываться.

От грохота выстрелов я чуть не оглох. И снова минус 0,5 %, итого 1 % мы сняли, а наши повреждения не получили, если не считать песок в глазах. Все, кто пытался откопать ружье, рванули под купол промывать глаза.

Скорее всего, тример нас вообще не считает угрозой, потому он даже не защищался, отвлекаясь на нас.

Его ружье просто висело в воздухе и будто бы обрастало живым существом. «Активность» пришельца резко пошла вверх и восполнилась за несколько секунд. Солнечный луч, пробившийся сквозь пальмовые листья, высветил темный силуэт инопланетянина, он матово поблескивал, но что это — доспех или естественная броня, было не разобрать.

На тварь обрушился огненный шквал, автоматы и магнитные пушки палили не прекращая, но его щиты держали. Он и правда не обращал внимания на нас, считал свою защиту безупречной, навел свое оружие на купол, выплюнул сгусток плазмы и снял с купола 9 % с копейками, причем урон не прекратился, продолжая снимать прочность купола за счет растекшейся плазмы.

— Что делать? — взорвалась в голове Вика. — Стрелять дальше? Мы только патроны тратим, а эффект нулевой!

— Стреляем. Только так можно снести его защиту. Мертвым патроны ни к чему.

Я навел на него «Граммофон» и пальнул — без толку.

Зато второй выстрел пришельца снес еще 8 %. Ремонтный модуль метался по куполу, заделывая повреждения, но не успевал. По куполу прокатывались волны огня, будто его поливали напалмом. Потом этот жидкий огонь стекал, поджигая древесные стволы, траву… Горело все. Казалось, даже песок плавится, и поле боя заволокло дымом. Теперь фиг различишь, где враг, если он начнет менять форму.

Уверенность таяла вместе с защитой купола. Если так пойдет и дальше, пятнадцать минут — и купола нет, а потом тример перещелкает нас, как блох. Стратегию мы выбрали неправильную, оттого меня и охватила паника. Надо что-то делать, но что?

Я принялся лихорадочно перебирать варианты. Бездушных натравить? Так мало их. «Зов» еще не откатился. Какие можно применить способности и оружие?

Ничего не подходило!

Тем временем купол потерял 38 % прочности.

Издав боевой клич, на тримера кинулся Макс.

— Стоять! — заорал я, но куда там!

Ну что ты творишь, Макс!

Макс метался вокруг защитного купола тримера, полосуя его. Я прищурился и заметил царапины на нем. Но щиты по-прежнему держали! Кема тоже затанцевал танец смерти, молотя щиты пришельца хвостом, царапая когтями. Наши перестали стрелять, боясь попасть в своих, только «Стражи» били безошибочно.

— Врукопашную? — осведомился Тетыща.

Я принялся размышлять вслух:

— У кого есть мощная броня — врукопашную. Один выстрел из его плазмогана ваша броня выдержит. Получил урон, сбил защиту — под купол!

Я включил «Ветер» и ломанулся к тримеру вслед за остальными, но вовремя заметил, что он наводит на меня ствол, успел откатиться. В месте, где я только что стоял, полыхнула огненная клякса.

Пришлось прятаться под купол, ведь я был приоритетной целью инопланетного чистильщика. Тактика бить тримера руками ожидаемо не дала результата, и бойцы рассредоточились, продолжили расстреливать пришельца.

— Был бы экскаватор, закопали бы, — проворчал Макс.

— Лукас, может, его протаранить броневиком? — предложил я. — Одна амфибия у нас осталась…

— Один выстрел, и ее нет, — отчеканил Лукас.

— Мы должны попробовать, потому что мертвым…

— Она ни к чему, — развил мысль Лукас.

— Я поеду! — вызвался ситниковец Юрий Семецкий. — Я танкист, вообще-то. И меня не жалко.

— Не смешно, — проговорил Репях.

— Даю добро, — бросил я, глядя, как Макс продолжает полосовать защиту тримера, а тот не реагирует: кружится вокруг мошка — и пусть зудит.

Боковым зрением я заметил, как человек побежал к замаскированной «амфибии». Но как только она поехала, тример услышал мотор и навел оружие на вероятную угрозу, пальнул и снова попал в купол, только не прицельный выстрел снимал всего два процента прочности. Он подожжет машину, как только она покинет безопасное пространство. Никто просто не успеет его протаранить, он ведь не будет стоять на месте и ждать, когда его задавят.

— Что там наши титаны? — спросил Тетыща. — Выжили?

Я мысленно потянулся к Виракоче, с которым была ментальная связь, и ощутил, что он жив, откисает в океане, усиленно регенерирует за счет поглощения планктона и всего живого, что имело неосторожность коснуться его тела. Чтобы восстановиться хотя бы наполовину, ему понадобится как минимум полчаса. За это время нас убьют. А если вызвать его сейчас, он просто развалится по дороге.

Макс сместился за защитный купол тримера, чтобы не мешать обстрелу, и не оставил надежд его расковырять.

— Макс, уходи, — велел ему я.

— Хрена с два меня заткнешь! — воскликнул он что-то странное, работая руками, будто мельницами.

Соприкасаясь со щитами, его клинки вспыхивали ярче.

Никакая тактика не работает! Мы разбиваемся о тримера, как волны об утес! Пришелец же от своей тактики не отступал, чтобы разделать нас, как бог — черепаху: снять панцирь купола, а дальше начнется избиение младенцев, потому что для него мы именно что младенцы.

— Не дайте ему уйти, — попросил Семецкий. — Я его танком протараню. Если машина загорится, тварь получит больше урона.

— Сделаю! — тотчас отозвался Кема, мигнул и проявился.

Он тоже не опустил рук и помогал Максу вскрывать защиту,