Погасшие звезды Ахирона - Нелли Штерн

Руки продвигались по внутренней стороне бедра все выше и, наконец, накрыли промежность. Два пальца покружили у входа, собирая влагу и двинулись дальше к клитору. Шейн ласкал напряженный комочек, рисуя круги и восьмерки, надавливая и прокручивая.

– Еще, – шептали пересохшие губы, – пожалуйста, не останавливайся!

– Никогда, моя сладкая девочка, – порочно улыбнулся мужчина, наклонился и проник языком максимально глубоко в мое тело.

– Ооооо, – застонала я, когда он – юркий и гибкий, надавливал то на переднюю, то на заднюю стенку, лаская изнутри.

К языку присоединились пальцы: один, два, три… Черт! Слишком много!

– Какая же ты узкая, – исступленно рычал он, продолжая растягивать меня, готовя к проникновению своего большого органа.

– Шейн, – взмолилась, желая большего, – хочу твой член.

– Подожди, маленькая, не спеши, – керв продолжал массировать вход, – у меня не самый комфортный размер, может быть больно, – и снова широко развел пальцы внутри моего тела, причиняя легкую, едва ощутимую боль, тугие мышцы с трудом поддавались.

Закусила губу и выгнулась в спине, насаживаясь глубже.

– Пожалуйста, – как в бреду шептали губы.

Норман сдался и прильнул ко мне. Раскаленная головка скользнула по мокрым складочкам, надавливая, но не проникая.

– Смотри на меня, – вкрадчиво приказал мой мужчина, и, добившись осознанного взгляда, рукой направил себя.

Бедра легко качнулись, и твердая, массивная плоть раздвинула мышцы, максимально растянув, проталкиваясь внутрь совсем немного. Молния удовольствия прострелила поясницу, я раскинула ноги шире, протяжно застонав. Шейн напряженно вглядывался в мои мутные от страсти глаза, выискивая в глубине малейшие признаки боли или неудобства, но их не было, лишь чистый восторг и нетерпение. Большой палец опустился на губы, погладил. Приоткрыла рот и втянула его полностью, посасывая и облизывая.

– С ума сойду с тобой, – нетерпеливо рыкнул Норман и снова качнулся, протискиваясь еще глубже и еще.

– Ох, – застонала я, – какой ты большой! – хотела комплимент сделать, но керв испуганно замер.

– Тебе больно? – напрягся он.

– Нет, глупый, – мурлыкнула я и лизнула пухлые губы, – мне хорошо. Давай же, хочу тебя всего, – притянула руками за шею, прихватывая упругую кожу.

Крепкие бедра резко ударили, вгоняя длинный, толстый член до самого конца. Глаза закатились, рот распахнулся в беззвучном крике. Распирающее чувство наполненности внутри, давно забытое и уж точно не привычное, но такое необходимое сейчас, прекрасное. Шейн замер, не двигаясь, покрывая легкими поцелуями мое лицо, шепча нежности, давая привыкнуть к себе. И уже через мгновение качнулся вновь, проникая, казалось, чуть глубже, снова и снова. Гостиную заполнили мои громкие крики и шлепки влажных тел. Каждое движение доводило меня на исступления. Тело пылало, желая большего, непослушные губы шептали:

– Еще… еще…, – и он брал меня еще, не останавливаясь ни на секунду, размашистыми движениями заполняя и растягивая до предела, постепенно ускоряясь.

Когда я уже ничего не соображала от страсти и удовольствия, которое проникало в кровь с каждым толчком моего мужчины, вознося меня все выше к обещанным звездам, керв отстранился, поднял меня за руку и поставил на колени на диван спиной к себе, опирая на спинку.

– Ох, детка, вот это вид, – восторженно выдохнул он и скользнул пальцами в лоно.

Рука двигалась все быстрее, вторая нашла клитор и нежно порхала вокруг. Такой потрясающий контраст между грубым проникновением и невесомыми ласками! Сейчас мне снова хотелось ощутить его огромный член внутри себя, я расставила ноги шире и прогнулась в пояснице, стараясь насадиться глубже, полнее. Пальцы с пошлым хлюпом вынырнули из влажной глубины, керв развернул меня за подбородок и, глядя прямо в глаза, облизал их. Так порочно!

– Сладкая моя девочка, – губы изогнулись в чувственной улыбке, а член снова резко ворвался на всю длину.

– Да, – вскрикнула, с восторгом приветствуя очередное проникновение.

Одной рукой Шейн осторожно держал меня за шею, а вторая крепко фиксировала бедра. Горячее, подрагивающее тело плотно прижалось со спины. Член неумолимо двигался внутри, каждый раз задевая какие-то особенные, совершенно не известные мне точки. Пальчики на ногах поджимались. Сладкое, тягучее, карамельное удовольствие растекалось внутри. Прикрыла веки, наслаждаясь, пропуская его через себя, а когда открыла, прямо передо мной стоял капитан. Видимо, мы слишком увлеклись, совершенно потеряв счет времени, и ноариец пришел сменить керва. Почувствовала себя не уютно. Шейна, казалось, совершенно не волновала пикантная ситуация, он лишь сильнее распалялся, входя все быстрее, низко постанывая от удовольствия, а прямо передо мной сверкали возбуждением черные глаза. Сейчас в них горел настоящий, порочный огонь, обещающий так много. Он медленно приблизился, словно давая мне время передумать, оттолкнуть, но смотрел с таким восхищением и затаенной мольбой, что я не посмела отказать. Длинные пальцы погладили скулы, а губы несмело коснулись моих. Лишь на секунду он отстранился, чтобы убедиться, я не против, а потом ураган по имени Гектор просто смял меня, снес с лица земли умопомрачительным поцелуем. Горячий язык проник в рот, щекоча щеки и небо, и снова отступал, зовя за собой. И я сдалась. Обняла Тимерона за шею, прижимаясь к жесткому кителю чувствительной грудью. Исступленно ласкала не менее желанные губы, зарывалась в жесткие волосы. Небольшая щетина легко царапала кожу, добавляя ощущениям остроты. Сзади меня брал Шейн, а губы страстно целовал Гектор. Порочное, но столь правильное и необходимое трио. Мое тело, словно оголенный нерв, было готово взорваться от малейшего прикосновения. Рука Нормана скользнула к клитору, и с очередным мощным толчком пальцы сжали напряженный комочек. Тело содрогнулось, еще крепче вцепилась в кэпа и протяжно застонала ему в рот. Шейн догнал меня в несколько резких движений, изливаясь глубоко внутри. Как и керв совсем недавно, я была не здесь, самый яркий оргазм в моей жизни вышиб меня из каюты. Невесомое тело, окруженное со всех сторон мерцающими звездами, парило, наполненное негой и счастьем. Нежные чуткие прикосновения и пронзительный шепот признаний затягивали обратно в реальность. Пришла в себя, зажатая мужчинами с двух сторон. Обнаженная, влажная грудь Шейна прижималась со спины.

– Люблю тебя, моя маленькая девочка, – шептал он мне в волосы, оглаживая руками бедра.

Подняла глаза и встретилась взглядом со взволнованным и тяжело дышащим Гектором. Стыд когтистой лапкой царапал изнутри, румянец смущения окрасил щеки.

– Умоляю тебя, – порывисто зашептал капитан прямо мне в губы, – не жалей о том, что позволила быть рядом с вами, разделить эту близость. Все, что бы ни происходило между нами тремя, прекрасно. Понимаю, тебе неловко, и никогда не посмею настаивать ни на чем, просто не отталкивай, – он прижался лбом к моему лбу, прикрыл глаза и тяжело дышал, – это больно, – его откровенное признание ни в коем случае не вызывало жалость, здесь не было места