Огонь и Лёд в Академии магии - Наталья Викторовна Маслова

Не без тревоги закрыла глаза, отсекая внешний мир: мерцание приборов, тяжёлое дыхание магистра Бертрама, молчаливую, горячую массу присутствия Кая. Нашла внутри ту самую пустоту, оставленную кристаллом, и направила в неё мысль. Не просьбу, а признание устойчивой связи: «Ты теперь часть меня. Я твой проводник. Покажи, на что способен».

Кристалл ответил не светом, а звенящим как хрусталь холодом. Резкий, сухой мороз ударил из-под купола. Иней моментально покрыл стекло изнутри. Приборы взвыли, одна из стрелок рванулась к максимуму и застыла, дрожа. Воздух в лаборатории стал ледяным, выжигающим лёгкие.

Бертрам ахнул, но не от страха, а от восхищения. Он лихорадочно что-то записывал, проговаривал вслух:

– Температура падает локально! Энерговыделение без внешнего источника! Это не просто фокус, это…

– Бертрам, – голос Кая разрезал ажиотаж учёного, ровный и твёрдый. – Что с Трещиной?

Старый маг бросил взгляд на другой прибор, большой экран которого показывал абстрактные, пульсирующие волны. Его лицо побледнело.

– Активность… нарастает. Резонанс идёт в обе стороны. Он не просто отзывается на Трещину. Он будит её.

В этот момент я увидела. Не глазами, а внутренним зрением, пространство, которое открыл кристалл. Глубину. Тёмную, бесконечную, и в ней возникло движение. Что-то огромное, извилистое, состоящее из теней и холода, медленно поворачивалось в нашу сторону. Один спящий глаз приоткрылся, и в нём не было любопытства. Было осознание и голод.

Я вскрикнула, разрывая контакт, и отшатнулась от стола. Связь оборвалась. Холод под куполом тут же пошёл на убыль, иней стал таять. Приборы постепенно утихли.

В лаборатории настала тишина, нарушаемая только моим прерывистым дыханием и тихим жужжанием аппаратуры.

– Что вы увидели? – спросил Кай. Он не двигался с места, но его поза изменилась. Он был готов к мгновенному действию.

– Его… – выдавила я, обнимая себя, чтобы перестать дрожать. – Там что-то есть. Большое. Оно проснулось.

Бертрам, всё ещё бледный, подошёл к экрану.

– Капитан… Пассивный фон аномалии вырос на тридцать процентов и продолжает расти. Ваша адептка… Она не маяк, а проводник или дверь.

Кай медленно подошёл к столу, посмотрел на кристалл, теперь мирно светившийся под куполом, потом на меня. В его золотых глазах шла сложная, безмолвная работа. Расчёт рисков, оценка угрозы, взвешивание ценности инструмента против опасности, которую он представляет.

– Можно ли научиться контролировать этот резонанс? – спросил он у Бертрама, не отводя от меня взгляда. – Не глушить, а целенаправленно управлять?

Бертрам задумался, потом с задумчивым видом проронил:

– Теоретически… Если носитель обладает достаточной силой воли и сродством с артефактом, да. Но это опасно. Малейшая ошибка, потеря контроля… Мы можем призвать сюда не просто Стражей, а нечто… большее.

– А если не пытаться контролировать? – Кай наконец отвёл взгляд, обращаясь ко мне. – Если просто оставить всё как есть?

– Тогда каждое ваше появление в зоне активности Трещины будет похоже на ужин с колокольчиком для того «чего-то большого», – мрачно констатировал Бертрам. – Оно уже знает её вкус. Судя по показаниям, он ему… понравился.

Слова повисли в воздухе. Вариантов не было. Бежать? Кристалл теперь был частью меня, физически и магически. Отказаться от него, значит сломать себя. Остаться с ним – вечно быть приманкой.

Кай, кажется, пришёл к тому же выводу.

– Значит, будем учиться контролировать, – сказал он просто, как если бы отдавал приказ о заступлении на дежурство. – Бертрам, составьте программу тренировок. Минимальный риск, максимальная осторожность. Адептка Валь, с завтрашнего дня ваше расписание меняется. После основных занятий – сюда. Вы будете учиться не просто носить этот камень, а быть им. Повелевать тем вниманием, которое он привлекает. Возможно, это тот ключ, который лишит тварей аномалии возможности проникать за пределы Дымящейся Щели.

Это было не предложение, а приговор и единственный шанс на спасение.

Глава 12

Глава 12

Я посмотрела на кристалл, на своего нового, опасного союзника, и на капитана, который только что определил мою судьбу. Война на два фронта превращалась в одну. За право не быть раздавленной между ними. Своё первое сражение в этой бойне мне предстояло дать здесь, в этой лаборатории, под холодным взглядом учёного и пристальным вниманием дракона, который, кажется, только что принял решение.

Не спасать меня, а использовать во благо всех нас.

– Я поняла, капитан, – сказала спокойно, и мой голос прозвучал тише, но твёрже, чем ожидала.

Он кивнул, и в его глазах мелькнуло признание вызова. Потом он повернулся к Бертраму, и они заговорили о технических деталях, графиках, мерах безопасности.

Я сидела на жёстком и холодном металлическом стуле, смотрела на пульсирующий кристалл и думала о странных капризах судьбы. «Книгу», которую нельзя было просто поставить на полку, теперь приказали не сжигать, а изучить. До последней запятой. Самое неприятное, совсем не была уверена, что готова к тому, что в ней написано.

Расписание Бертрама оказалось исчадием ада, воплощённым в графиках и циферблатах. На следующий день, после шести часов обычных занятий, где взгляды однокурсников клевали меня, как стая голодных стервятников, я спустилась в подвал. Кай уже ждал там. Без мундира, в простой тёмной рубашке и тренировочных штанах. Он смотрел не на меня, а на кристалл, лежавший под куполом.

– Бертрам считает, что начинать нужно с изоляции, – сказал мой наставник, не поворачиваясь. – Отделить твоё сознание от резонанса, построить фильтр. Я считаю, что это бесполезно. Ты не можешь отгородиться от части себя. Ты должна научиться быть сильнее того, что зовёт из Трещины.

Я остановилась в паре шагов, чувствуя, как от него исходит лёгкое, сдерживаемое тепло.

– И как это сделать?

– Сделать этот зов своим, – он наконец обернулся. Его золотые глаза в тусклом свете лаборатории казались почти медными. – Не сопротивляться ему, а перенаправить. Как воду в полноводной реке с помощью плотины. Для этого нужна внутренняя и внешняя точки опоры. Идеально сбалансированные и стабильные.

Я поняла. Он предлагал себя. Якорь в мире живых, чтобы меня навеки не утащило в мир древних кошмаров.

– Вы уверены, что справитесь? – спросила я.

Не из дерзости, а из реального страха. Если то «большое» потащит меня, оно может прихватить и его.

– Нет, – честно ответил он. – Но это единственный вариант. Начинаем.

Первая попытка закончилась через три минуты. Я едва коснулась связи с кристаллом, как холодная волна паники из Трещины накрыла с головой. Выдернула руку из его хватки. Капитан Валерон