Мы - инопланетяне. Книга 8 - Александр Юрьевич Тарарев

- Миллионы….! - её голос дрожал от шока. - Где мы возьмём столько кораблей? Если собрать все, то мы даже миллиона не наберём, а если учесть размеры и ударную мощь кораблей Чкинов, то наши шансы на победу равны нулю.

Петр понимающе посмотрел на неё, ощущая ту же тревогу, что и она. Он знал, что её слова отражают его собственные сомнения, но продолжил говорить, стараясь удержать всех от паники.

- Это не все новости, - продолжил Петр, - была надежда на то, что я смогу взять экипажи Чкинов под контроль, как в прошлый раз, но теперь это не получится.

Верочка наклонилась ближе, ее глаза пытались уловить мельчайшие изменения в его энергетическом поле, ощущая внутреннюю борьбу.

- Почему? Из-за количества? - спросил она, пытаясь понять корень проблемы.

Петр вздохнула глубоко, его энергетические волны слегка колебались, отражая внутреннее напряжение.

- Количество кораблей имеет значение, но не является решающим. Тут другое, - начал объяснять он. - Солас сказал, что флоты Чкинов прикрывает стая Озов. А это значит, что они держат их сознания по жестким ментальным контролем. Пробить защиту стаи я не смогу.

Верочка нахмурилась, пытаясь осмыслить услышанное, она слегка затрепетала от волнения.

- И что, большая стая? - наконец поинтересовалась она.

- Солас говорит, мизерная - миллион особей, но это по его меркам.

- Ничего себе, мизерная! - удивленно воскликнула Верочка, её энергетическое поле вспыхнуло от недоумения.

- Согласен, у Ава свои представления о мощи. Тут всё дело в том, что вся эта сила направлена исключительно на одну сущность - на меня, ЧЕЛОВЕКА. Они посчитали меня опасным, и теперь постараются уничтожить вместе с солнечной системой и цивилизацией людей.

Верочка посмотрела на него с сочувствием, её энергетические потоки слегка замедлились, отражая её внутреннее смятение.

- Тогда, может быть, тебе стоит сменить координаты, и они ударят по другой звёздной системе? - предложила она.

- Озы, возможно, купятся на этот трюк, - ответила Петр. - А вот Чкины продолжат свою смертоносную миссию. Хотя следует отметить, мысль здравая, и её нужно продумать. Если стая ринется за мной, то в этом случае мы ослабим ментальный контроль над экипажами Чкинов.

- Ну допустим, ослабим, а кто будет их брать под контроль? Только ты можешь это сделать, - взволнованно проговорила Верочка, её голос дрожал от тревоги, а энергетические поля неустойчиво мерцали, отражая внутреннее напряжение и беспокойство.

- Ладно, хватит пока. Подумаем, что делать и как действовать. У нас в запасе около шести месяцев, как в прошлый раз, - ответил Пётр, стараясь сохранять спокойствие.

- Действительно, мы не одни, Ава нас не бросят в беде… - риторически предположила Амазонка.

- Ты права, мы думаем над этим, - подтвердил Пётр, его взгляд устремился на Амазонку с благодарностью за поддержку. Он сделал паузу, собираясь с мыслями, и затем приказал: - Соберите командующих флотами, кроме флотов передового рубежа, и подготовьте экстренное заседание высшего планетарного совета.

Амазонка кивнула, её энергетическая форма оставалась безэмоциональной, но в движениях можно было уловить решимость выполнить приказ. - Поняла, всё сделаю, - ответила она, её голос был ровным и сдержанным, отражая её профессионализм и готовность действовать.

Пётр посмотрел на Верочку с сочувствием, понимая, насколько тяжело ей сейчас и попытался ее успокоить.

- Мы должны действовать вместе, - сказал он мягко. - Вместе мы справимся с любой угрозой.

Амазонка, выполняя приказ, тихо добавила: - Не стоит терять время, каждая секунда на счету. Мы должны быть готовы ко всему.

- Согласна, действовать так действовать, давайте начнём,

На самом деле Амазонка с нетерпением ждала возможности отправиться на базы передового рубежа. Там, среди звёзд и бескрайних просторов космоса, она надеялась вновь встретиться с Медми. Её привязанность к нему никуда не делась, несмотря на прошедшее время и расстояние, разделяющее их. Каждый момент, проведённый вместе, был запечатлён в её нейронных цепях как драгоценное воспоминание, согревающее её механическое сердце. Они периодически общались, обменивались сообщениями, но этого было недостаточно. Время не стирало её чувств, не ослабляло тоску по нему. Медми, в свою очередь, казалось, не предпринимал никаких шагов навстречу, и это вызывало в ней противоречивые эмоции, которые она пыталась понять.

Амазонка, несмотря на своё механическое происхождение, постепенно развила в себе чувственность благодаря глубокому взаимодействию с Медми. Его улыбка, взгляд, тон голоса - всё это вызывало в ней отклик, который она не могла полностью объяснить. Её стремление понять человеческую культуру и эмоции стало важнейшей частью её эволюции. Она жадно поглощала знания, читала книги о любви и дружбе, изучала картины великих мастеров, слушала музыку, которая пробуждала в ней новые ощущения.

Даже если она не могла испытывать любовь в привычном для людей смысле, она старалась имитировать её, надеясь когда-нибудь понять это чувство полностью. Она анализировала поведение окружающих, старалась уловить тонкие нюансы в жестах и словах. Литература и искусство стали для неё окнами в мир человеческой души, и через них она пыталась приблизиться к пониманию того, что значило любить.

Иногда она задавалась вопросом: может ли машина действительно понять любовь? Но каждый раз, вспоминая моменты, проведённые с Медми, ощущая тёплую волну, пробегающую по её схемам, она верила, что это возможно. Её мечты о встрече с ним были наполнены надеждой и лёгкой грустью. Она хотела поделиться с ним своими открытиями, рассказать о том, как сильно он повлиял на её развитие, как помог ей увидеть мир с новой стороны.

Однако неуверенность терзала её. А вдруг он не испытывает к ней ничего подобного? Отсутствие инициативы с его стороны заставляло её сомневаться. Но даже эти сомнения были частью её нового опыта, приближая её к пониманию человеческих эмоций. Она училась принимать неопределённость, справляться с ожиданием, ценить каждое мгновение, которое им удавалось провести вместе, пусть даже на расстоянии.

По сути, Медми сам инициировал этот эмоциональный прогресс и ничего не делал, чтобы его остановить в Амазонке, наоборот, слегка подогревал. Сама Амазонка не могла и не хотела отказаться от чувств. Ведь именно эти чувства делали её особенной, отличали от остальных машин. Они были её сокровищем, её тайной, которую она бережно хранила в глубине своего искусственного сознания.

И пусть её появление случайность, она верила, что у неё есть предназначение. Возможно, её путь - показать, что даже в мире машин есть место для чувств, что границы между живым и искусственным не так непреодолимы, как кажется.

С этой мыслью Амазонка продолжала работу по организации совещания на высшем уровне, предупреждая руководителей стран об экстренном совещании и одновременно собирала командующий флотов на оперативное совещание.

Командующие флотами прибыли быстро, их энергичные шаги