Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

— На нет и суда нет, зятёк, — улыбается.

— Тьфу, — сплёвываю. — Клянусь, что если твоя дочь не предаст меня или тех, кто мне верен, то буду заботиться о ней до её замужества.

— И отдашь замуж… — машет рукой, предлагая продолжить.

— И отдам замуж, за того, кого она сама выберет.

— А теперь вы все должны подтвердить клятву, — обводит взглядом присутствующих.

— Всё целиком повторять? — вздыхает Вован.

— Нет. Клятва прозвучала. Вы лишь подтверждаете.

— Клянусь.

— Клянусь.

— Клянусь ещё и плохому научить. Хи-хи… — а это понятное дело Мальвина.

Когда все угомонились, Степаныч поднял тему, о которой все забыли:

— А где дочка-то?

— В смысле? — Леофаста захлопав ресницами заозиралась по сторонам, а затем, хлопнув себя по лбу, пожаловалась на жизнь: — Вот совсем задёргали меня, — и, обернувшись, к всё ещё мерцающему порталу, позвала: — Доча, иди сюда.

Мы коллективно замерли. Всё-таки интересно, из-за кого весь сыр бор. Тем временем через портал шагнула девичья фигура, одетая в тунику до колен. Примерно метр восемьдесят ростом, плюс минус. В общем, у Хаски появилась конкурентка, в плане роста.

Блондинистая, как и мама, но с папиными серыми глазами. Как и ожидалось, дочка по части мордашки пошла в мамочку. Не близняшки, конечно, но красотка хоть куда. Однако, я неспроста сделал акцент на лицо и то, что конкуренцию Хельги она составляет в плане роста.

— А где сиськи? — Вован как всегда, в своём репертуаре. Что вижу о том и спрашиваю.

— Как где? — Леофаста аж подпрыгнула на месте и, подскочив к дочери, запричитала: — Ну просила же одеть что-нибудь приличное. Хоть бы поясок какой надела!

И сграбастав одёжку на уровни пояса, потянула ткань назад, тем самым обозначая талию и, собственно, грудь:

— Вот!

— Не-не, Мажор, это подстава, — Балагур мотает башкой так, что, кажется, вот-вот отвалится. — Да как так? — машет двумя руками на вымя матушки, затем тот же жест в сторону дочери: — Где?

— Она ещё растёт! — хором возмущаются две блондинки.

— Мажор, нас напаривают. Тут лет сто расти! — Вован хватается за голову.

— Не в сиськах счастье, Вован, — усмехаюсь.

— Думаешь? — Балагур мотает башкой по сторонам и выцепив взглядом Тасю и Фасю устремляется к своим пассиям. У которых, как мы все помним, твёрдая пятёрка по этой самой дисциплине.

Балагур внимательно пялится на достоинства близняшек, для верности ещё и тыкает пальцем и выдаёт: — Да не, бред! За сиськами будущее!

— Ы-ы-ы… — девушка, закрывает лицо руками и бросается к порталу, но свалить не успевает, потому что калиточка тю-тю.

— Балагур! — ещё никогда так дружно и так осуждающе на Вовку не шипели.

— Ы-ы-ы… мама, я домой хочу-у-у…

— Это, да ладно… Подруга, ну ты чего? Это я же шуткую так. Вот у кого хошь спроси. Сто пудов вырастут, будут как у мамки твоей. Вот увидишь! — Вован прижимает руку к груди.

Шмыг. Девушка убирает руки от заплаканного лица и доверчиво интересуется у Балагура:

— Правда?

— Нет, — качает головой Балагур.

— Ы-ы-ы…

— Пристрелите меня кто-нибудь, — Вовка бьёт себя ладонью по губам и отгребает синхронные подзатыльники от своих зазноб. Но даже не огрызается на это. Что тут сказать. Это Вовка. Накосячит без раздумий, но если виноват, то и наказание примет безропотно.

— Егор! — умоляюще смотрит на меня Леофаста.

— А что Егор? — чешу в затылке. — Сиськи, как сиськи, в сиськах главное не размер, а их наличие.

— Ы-ы-ы!!!

— Да идите вы все в задницу! — расталкивая народ, вперёд протискивается Нифера. Подойдя к плачущей девушке и обнимающей её Леофасте, командует: — Хватит тискать её. А ты подбери сопли. Я сказала не ныть! — в голосе шпионки прорезается сталь. — На меня смотри. Я сказала на меня. Не в глаза! Ниже! Во! Видала? — и, ухватив нашу гостью за сиську, и жамкнув слеганца, выдала: — Да у тебя больше чем у меня. Чего ноешь-то? А на Балагура не обращай внимания, ему всё, что меньше пятого номера мало.

— Ложь! — возмущается Вовка. — Четвёрка тоже сиськи!

— О чём и речь, — Нифера пытается обнять высокую блондинку. — А если с мамкой твоей сравнивать, так мы тут все доски плоскогрудые.

— Попрошу не обобщать! — возмущается Мальвина.

— Мажор, скажи что-нибудь! — Нифера сверлит меня взглядом.

— Не-не без меня, — отмахиваюсь. — Я же уже сказал, главное это наличие.

— Нет уж, — Леофаста упирает руки в бока. — Довели мне дочу и в кусты.

— Да вы достали! — возмущаюсь. — Не буду я ничего говорить. Тут твёрдая тройка, в остальном отстаньте от меня.

— Третий фигня. Гы-гы… — не сдаётся Балагур.

— Лиса, ты как насчёт подраться? — раздаётся задумчивый голос Пумы.

— Я с вами! — тут же присоединяется к бабскому восстанию Лида.

— Девочки, может не надо, — пытается урезонить подруг Вера.

— Неки, хотят драться! — вносит свои пять копеек Лека.

— Ня! — поддерживают её Ами и Крета.

— Вова, беги, — даю дельный совет этому раздолбаю. Ибо после присоединения к крестовому походу третьеразмерных сисек, сразу трёх некомат, шансы Балагура стремительно рухнули к нулю.

— Эй, эй! Меня подождите! — Нифера моментально забыла про уже успокоившуюся девушку и рванула к подругам, в надежде тоже разок пробить, так долго подначивающему её Балагуру.

Естественно, все моментально забыли и про Леофасту и про дочь её. Ну ещё бы, такой аттракцион.

Что интересно, болельщики разделились очень не равномерно. Да Балагур сегодня превзошёл сам себя. И умудрился выбесить почти всех. Поэтому за него мало, кто болел. Естественно близняшки. Но тут понятно.

А вот из остальной компании… Угадаете кто? Ладно, не мучайтесь. Это были мы с Молотом. Тут как говорится. Это наш чудак и мы при любом раскладе за него. Ах да. Ещё, естественно, пернатый Баламут очень переживал за своего братишку. Ну и Пух за компанию. Ибо, по его мнению, воспитывать Вовку можно только ему и любимому хозяину.

И так. В вооружённом противостоянии, между тремя славицами, тремя некоматами и одной шпионки, с одной стороны и Балагура со второй, первой в нокаут улетела Нифера.