Архивраг. Компиляция. Книги 1-4 - Константин Сергеевич Стригунов

и никого из посторонних туда не пускают. Скандал, вызванный катастрофой имел эффект разорвавшейся бомбы. Бардак в конгрессе, полнейшая растерянность в правительстве, бессвязные речи официальных представителей Белого дома — все это мы можем наблюдать и сейчас, как только включим любой новостной канал и, думаю, ситуация изменится нескоро.

— Вы считаете события Черной Среды могут поставить крест на переизбрании действующего президента в грядущих выборах?

— Не исключено. Однако, я не берусь судить о шансах нынешнего хозяина Овального кабинета, здесь много факторов могут сыграть свою роль. Хотя слышал его рейтинг сейчас падает со скоростью сбитого истребителя. Впрочем, важно не только это. На фоне разгорающегося политического кризиса, по своему размаху крупнейшего за последние годы, а может и десятилетия, следует также проанализировать результат развернувшихся слушаний в Конгрессе относительно всех материалов, связанных с исследованиями в теперь уже печально известной лаборатории. Из поступающей информации можно сделать вывод о серьезном разбирательстве с далеко идущими последствиями, особенно по части превышения полномочий отдельными должностными лицами. Возможно, будут предприняты меры по усилению контроля над изучением, а также использованием предметов или, как их еще называют, артефактов правительственными структурами и компаниями. Есть основания считать, что будет принят запрет на добычу артефактов и их исследования в военных целях. По крайней мере, могут последовать очень серьезные ограничения. В любом случае нас ждет кризис, в сравнении с которым все что мы наблюдали до сих пор просто померкнет, что, собственно, уже отразилось на биржевых котировках, стремительно падающих вниз.

— Неужели все настолько пессимистично?

— Думаю, все гораздо хуже. Видите ли в этом уравнении слишком много неизвестных для каких-либо точных прогнозов, а в своих допущениях я лишь исхожу из своего опыта, подсказывающего мне именно наихудший сценарий. Другое дело, какими будут шаги действующей администрации, смогут ли они найти выход из текущего положения или своими необдуманными и безответственными шагами сумеют его только усугубить.

— Возможно моя фраза прозвучит несколько наивно, но остается надеется, что среди нашего истеблишмента найдутся здравомыслящие люди.

— Присоединяюсь к вашим словам, Энн.

31 октября 2016 года. Вашингтон

Джанет Френсис неспешно шла вдоль Висконсин-авеню, рассматривая здешние достопримечательности, благо день выдался солнечным и даже холодный осенний ветер не мог омрачить прогулку. Она, как и тысячи других женщин, любила бывать здесь, особенно с целью пройтись по местным магазинам, где можно найти почти все что угодно. Эту часть города, сочетавшего в себе как старинную архитектуру, так современные постройки, особенно любили туристы, рыскавшие в поисках интересных видов, чтобы сделать очередную порцию фотографий и наполниться новыми впечатлениями. Кроме всего прочего, при всей своей давности и некоторой аристократичности здесь было практически всегда оживленно, что объяснялось наличием неподалеку Джорджтаунского университета. Студенты являлись неотъемлемой составляющей этого элитного района, добавляя в его степенный уклад оживленности, столь свойственной молодому поколению. В результате такого коктейля тут встречались люди любого возраста и несомненно раствориться в такой толпе человеку проще простого, задумай он укрыться. Подавляющее большинство людей в основном отдыхали, сидя в кафе или расхаживая по местным магазинам, то и дело останавливаясь перед их витринами или заходя во внутрь. Собственно никто бы не смог удивиться, увидев здесь Джанет, поскольку женщин, в том числе и ее возраста, здесь было предостаточно и для выбора себе чего-нибудь по вкусу из новинок новомодной одежды лучшего места в городе просто не найти.

Заинтересовавшись длинным пальто на одном из манекенов, стоявших за витриной магазина, Джанет остановилась и внимательно стала рассматривать вещь. Однако куда больше ее интересовало не пальто одного из модных домов, а то, что отражалось в самой витрине, поэтому ее взгляд изучал весь участок улицы, который был за ней. Будучи в солнцезащитных очках, ей не приходилось опасаться, что ее действия могут заметить потенциальные преследователи.

«Кажется, никого» — с облегчением подумала она. Хоть ей и объясняли основы контрнаблюдения, но каждый раз возникал приступ паники, с которым она всегда мужественно боролась. «Главное делать все естественно» — говорила она себе, никогда не забывая присланные ей наставления. По пути сюда она несколько раз проходила довольно глухие закутки и пару безлюдных улочек, но с четко оправданной мотивацией для любого, кто захочет проследить за ней. Кротчайший маршрут от стоянки автомобилей, где она оставила свой «Форд», до авеню пролегал именно через небольшие проулки, в которых обнаружить слежку куда проще, чем на широких улицах, где преследователь мог скрыться в толпе. Убедившись в отсутствии чего-либо подозрительного, Джанет направилась дальше все тем же спокойным размеренным шагом. По пути она зашла в несколько магазинов с одеждой и сделала пару мелких покупок, что в некоторой степени успокоило ее. Кажущееся спокойствие доставалась многолетней тренировкой собственного самообладания и выработанной за многие годы сноровкой. Без них Джанет трясло бы как в первый раз, когда еще в далеком девяностом году она впервые сумела принеси связному ценную информацию в виде миниатюрного контейнера с микропленкой. Неужели столько лет прошло? — подумала она. Так много изменилось за это время, хотя… Она себя поправила: очень многое осталось прежним, даже значительно ухудшилось с тех пор, когда она согласилась выйти на контакт по собственной инициативе.

С того времени ситуация в мире вела только к хаосу и разрушению.

После СССР на планете не оказалось силы способной создать адекватный противовес американской военщине и внешней агрессивной политике. Джанет очень четко отдавала себе отчет в том, какую угрозу это несло всему миру и в том числе ее собственной стране. Потеря чувства реальности всегда играла злую шутку с теми, кто переставал адекватно воспринимать угрозы и проникался ложным чувством безнаказанности за свои поступки. Идиоты у власти никогда не могли трезво оценить свои силы и считали возможным действовать безрассудно где бы то ни было, вести себя как хозяева и навязывать свои принципы всем и везде, даже в тех странах, где эти принципы были абсолютно неприменимы. Вместо здравой политики, направленной на решение собственных проблем, все эти ястребы стремились навести порядки на планете так, как считали нужным и чуть ли не единственным способом достижения своих целей видели именно силу. Не всегда прямую и жесткую, но неизменно безжалостную по отношению к объекту воздействия, будь то отдельно взятое государство или даже целый регион. С потерей главного конкурента на мировой арене, перестала существовать та самая отрезвляющая сила, которая могла привести в чувство даже самых рьяных и неуравновешенных политиков и негативные последствия этого сказывались все сильней. Однажды, придя к такому выводу, Джанет не могла оставаться в стороне и не попытаться хоть что-либо предпринять. Возможно,