Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

— Можно патронов взять, в костер бросить. — предлагает Володя: — пусть бахнут!

— Не, костер в лагере жечь будем, как патрон подкинешь? — сомневается Никита: — кроме того, у нас же все равно от мелкашки патроны, они негромкие.

— Взрывпакеты быстро кончатся. О! Придумал! А что, если взрывпакет к девчонкам в палатку подбросить? И дымовую шашку!

— Идея. — солидно кивает Никита: — можно дымовушку еще и к Поповичу подбросить, пусть попрыгает.

— Я у деда коробку с дымным порохом спер. — делится Володя: — можно будет еще взрывпакетов понаделать! Смотри, выдергиваем фитиль из взрывпакета, вставляем УСМ от учебной гранаты, все обмазываем дерьмом — ну типа «готовые осколки» и устанавливаем растяжку на тропинке! Как вьетнамские партизаны на тропе Хо Ши Мина! Попович с Риткой-комсоргом идет, а тут — бац! И все в дерьме!

— А где мы дерьмо возьмем? В смысле — не где возьмем, а как обмазывать будем? — задает резонный вопрос Никита: — я не хочу в говне перепачкаться.

— Да неважно. Давай вареньем измажем… берем целлофановый пакет, наполняем его вареньем, в него опускаем взрывпакет с УСМ, выворачиваем пакет так, чтобы он как мина «Клеймор» был, чтобы направленный взрыв расплескал варенье по плоскости… — Володя показывает руками как именно должен «расплескать» варенье взрыв.

— Пожалуй что дело говоришь. — кивает Никита: — надо будет полевые испытания провести… у тебя УСМ с собой?

— Обижаешь. С собой, конечно. В портфеле ношу. — говорит Володя и вставляет в рот сигарету: — давай попробуем. А вообще ты как? Ну в смысле… не сильно задница-то болит?

— У бати еще настроение было хорошее, так что не сильно попало… у них учения были недавно, его батальон хорошо себя показал… на вот… — он чиркает спичкой и Володя прикуривает, выпускает клуб дыма и закашливается.

— Кха-кха! Не в то… кха! Кха!.. не в то горло попало… — оправдывается он: — ерунда. Хрипунец, утренний кашель курильщика…

— Ты еще больше кури, все легкие выхаркаешь скоро… — раздается голос сзади и Володя оборачивается, поспешно пряча сигарету за спину. Увидев Артура Борисенко — расслабляется и убирает руку из-за спины.

— Тебе чего тут надо? — спрашивает Володя, слегка набычившись. Никогда он особо этого Борисенко не жаловал…

— Я говорю если курить будете, то скоро все от рака легких загнетесь. — говорит Артур: — спортом лучше занимайтесь.

— Слышь, Борисенко, иди ты в пень. — хмурится Володя: — ты вообще чего тут делаешь? Здесь курильщики собираются.

— Да? А знак как раз обратное говорит. — Артур кивает на черно-красно-белый треугольник с зачеркнутой сигаретой: — и вообще, кто тебя тут главным поставил, Лермонтович? Нарываешься?

— Чего⁈ — повышает голос Володя, делая шаг вперед: — да что ты о себе…

— Успокоились, оба. — вмешивается Никита, вставая между парнями: — хватит. Скоро урок начнется, вы чего хотите снова побитые ходить? Сегодня у нас не Попович, сегодня у нас Англичанка, а она обязательно родителям настучит. Вам оно надо? В другой день подеретесь.

— Ну… ну и ладно. — говорит Володя, где-то глубоко внутри испытывая облегчение. Не особенно ему драться охота, особенно с этим Борисенко, которого его старший брат в каратэ натаскал и тот теперь нечестные и подлые приемчики использует.

— Да не больно-то и хотелось. — задирает подбородок Артур: — я вообще-то Нарышкину ищу и ее квартет. Думал они сюда подались… что-то говорили о дамских сигаретах и все такое.

— Зачем это тебе Нарышкина? — подозрительно спрашивает Володя: — все-таки на драку нарываешься?

— Остынь, Лермонтович, у меня не к ней дело, а к Тереховой, я у нее книгу хотел взять почитать. Никто к твоей Боярыне клинья не подбивает, Ромео ты наш. — насмешливо говорит Артур и Володя тут же вскипает.

— Что сказал⁈ Нет, Никитос, ты же слышал⁈ А ну пошли, выйдем!

— Да мы и так снаружи стоим…

— Тем более!

— Вот. — Лиза Нарышкина достает красивую пачку белого цвета с двумя зелеными полосками по диагонали: — «Море» называются. С ментолом. У папки целый блок таких в кабинете, я парочку стащила, все равно не заметит. И ликера, как договаривались.

— Удивляюсь я тебе, Нарышкина. — говорит Инна Коломиец, изучая пачку: — вот все у тебя не как у людей, а круче. Не была бы я твоя подруга, давно бы от зависти извелась. А сигареты нам зачем?

— Как зачем? — удивляется Лиза: — все приличные люди курят. А леди курят сигареты с ментолом, а не всякую там «Астру» или тем более «Беломорканал». А пьют шампанское или вон «Аматетто». Там такой запах сладкий, как будто в черемуховый сад летом попала!

— Ликер — это круто конечно. — говорит Оксана Терехова: — а я у отчима самогонки его отлила немного. А взамен ему водички до того же уровня долила, пусть хоть немного протрезвеет, скотина такая.

— Не заметит? — беспокоится Яна Баринова: — он у тебя строгий…

— Он самодур и идиот. — фыркает Оксана: — не заметит. У него той самогонки как у дурака махорки, дед какой-то с деревни в обмен на таблетки какие-то ему возит. У нас в темнушке пять здоровенных бутылей стоит, пятилитровых… главное то, как контрабанду пронести в поход.

— Да чего тут думать. Вот! — Лиза торжественно достает металлическую плоскую фляжку с изображением орла, вытиснутом на боку: — я флягу в карман рюкзака положу и все.

— Ой, дура ты Нарышкина… да тебя первой и попалят. — вздыхает Инна Коломиец: — твоя фляга за версту внимание привлекает. Сразу видно, что ты алкоголь пронести пытаешься. Нет, надо как я. Налить в грелку, а саму грелку к животу примотать! И все, никто личным обыском заниматься не будет, это гарантированный пронос!

— Да, конечно. — прищуривается Лиза: — а