Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

— Великий вождь, к нам приближается огромное войско китайцев, — произнёс он. — Не менее пятидесяти тысяч воинов. Они разбили лагерь на материке, напротив нашего острова, и готовят лодки для переправы.

По залу пробежал тревожный шёпот. Пятьдесят тысяч воинов — сила, способная сокрушить маньчжурские племена, даже объединённые под началом Крида.

— С ними гонец, — продолжил молодой воин. — Он требует встречи с тобой, великий вождь. Говорит, что несёт послание от самого императора Китая.

Виктор задумчиво кивнул, затем поднялся с места. Его высокая фигура, окружённая едва заметным голубоватым сиянием — наследием копья, ставшего частью его существа, — внушала спокойствие и уверенность.

— Я приму его, — сказал Крид. — Здесь, в моей ставке. Пусть войдёт один, без оружия и сопровождения.

Старейшины начали возражать, опасаясь ловушки или покушения, но Виктор остановил их жестом.

— Не бойтесь за меня, друзья. Мне не угрожает опасность, которую мог бы представлять обычный человек.

Он повернулся к молодому воину.

— Скажи гонцу, что я жду его. И скажи китайским военачальникам, что их армия может оставаться там, где она есть. Любая попытка переправиться на остров без моего разрешения будет рассматриваться как объявление войны.

* * *

Имперский гонец прибыл на следующий день — высокопоставленный сановник в роскошных шёлковых одеждах, с надменным выражением лица, привыкший к беспрекословному подчинению. Его провели через лабиринт коридоров ставки Крида, намеренно запутывая, чтобы он не смог запомнить дорогу или оценить размеры и структуру крепости.

Наконец, он предстал перед Виктором и старейшинами, всё ещё сидевшими за церемонией чаепития, словно не прерывали её с предыдущего дня. Круглый зал с туманными стенами и потолком, открывающим вид на звёздное небо даже среди бела дня, произвёл на гонца сильное впечатление, хотя он и пытался скрыть своё удивление.

— Великий император Китая, Сын Неба и Повелитель всех земель под солнцем, — начал сановник, развернув золотой свиток, — обращается к предводителю маньчжурских мятежников Виктору Криду.

Он читал ультиматум высоким, надтреснутым голосом, тщательно выговаривая каждое слово. Текст был полон высокопарных фраз и намеренных оскорблений, перемежающихся угрозами и обещаниями жестокой расправы. Суть сводилась к простому требованию: Крид должен сдаться на милость императорского правосудия как военный преступник, и тогда его народу будет позволено жить под властью Поднебесной. В противном случае и он, и все маньчжуры будут уничтожены.

Когда гонец закончил чтение, в зале воцарилась тишина. Старейшины сидели неподвижно, их лица не выражали ни страха, ни гнева — только спокойное достоинство людей, готовых принять любой вызов судьбы.

Виктор медленно поднялся с места. Его глаза, в которых пульсировал голубой огонь пяти колец, ставших частью его сущности, встретились с взглядом имперского гонца. Сановник невольно отступил на шаг, впервые в жизни ощутив настоящий, первобытный страх перед существом, превосходящим его понимание.

— Передай своему императору, — произнёс Крид голосом, в котором звучала не только его собственная воля, но и воля тысячелетий, — что я отвергаю его ультиматум. Маньчжуры — свободный народ, и останутся таковыми. Мы не ищем войны с Китаем, но и не склонимся перед угрозами.

Он сделал шаг вперёд, и гонец отступил ещё дальше, едва удерживаясь от желания развернуться и бежать.

— Скажи ему также, — продолжил Виктор, — что если он желает мира, я готов к переговорам на равных. Но если он выбирает войну…

Крид замолчал, и в этой паузе было больше угрозы, чем в самых жестоких словах.

— Я… я передам ваш ответ, — пробормотал гонец, кланяясь с гораздо большим почтением, чем при встрече.

Его проводили обратно тем же запутанным путём, и вскоре он уже мчался к китайскому лагерю на материке, где нетерпеливо ждали его возвращения военачальники императорской армии.

* * *

Ответ Крида вызвал в китайском лагере настоящую бурю. Военачальники, уже предвкушавшие лёгкую победу и богатую добычу, были разъярены дерзостью варвара, посмевшего отвергнуть милость Сына Неба.

— Мы должны нанести удар немедленно! — кричали они, стуча кулаками по столу в командирском шатре. — Уничтожить этого самозванца и всех, кто за ним последовал!

Главнокомандующий, пожилой генерал с длинной седой бородой и шрамами от множества сражений, молча выслушал своих офицеров. Затем поднял руку, требуя тишины.

— Мы выполним волю императора, — произнёс он. — Все пятьдесят тысяч воинов переправятся на остров. Мы окружим логово этого Крида и уничтожим его.

Подготовка к переправе началась немедленно. Сотни лодок и плотов были спущены на воду, и вскоре первые отряды китайских солдат ступили на берег Сахалина. Они ожидали сопротивления, но к их удивлению, побережье было пустынным. Ни единого маньчжурского воина не встретилось им на пути.

Это озадачило генерала, но не остановило его. Следуя указаниям проводников-перебежчиков, китайское войско двинулось вглубь острова, к месту, где должна была находиться ставка Крида.

Путь их лежал через густой лес, чьи деревья, казалось, наблюдали за пришельцами с молчаливой враждебностью. Туман, клубившийся между стволами, то сгущался, то рассеивался, создавая иллюзию движущихся фигур на периферии зрения. Многие солдаты крепче сжимали оружие, ощущая неясную тревогу.

Наконец, лес расступился, и перед ними открылась широкая долина. В центре её, на пологом холме, стояла крепость Крида — странное сооружение, чьи стены, казалось, были сотканы из самого воздуха и морского тумана. Она словно появлялась и исчезала в утренней дымке, не подчиняясь обычным законам физики.

Китайская армия развернулась в боевой порядок, готовясь к осаде. Но прежде чем был отдан приказ о наступлении, ворота крепости открылись, и оттуда вышел одинокий человек.

Даже с расстояния главнокомандующий мог видеть, что это был высокий светловолосый мужчина в простой одежде, без доспехов и видимого оружия. Он спускался по склону холма уверенным шагом, словно не замечая тысяч вражеских солдат, готовых обрушиться на него по первому сигналу.

— Это он, — прошептал один из офицеров. — Крид.

Генерал поднял руку, сигнализируя войскам оставаться на месте. Что-то в фигуре этого чужеземца заставляло его сохранять осторожность, несмотря на подавляющее численное превосходство.

Виктор остановился на расстоянии выстрела из лука от передних рядов китайского войска. Его голос, усиленный какой-то неведомой силой, разнёсся над долиной, достигая ушей каждого солдата, словно он говорил с ним наедине.

— Я дал вашему гонцу ясный ответ, — произнёс Крид. — И предложил мир. Но вы выбрали войну.

Он развёл руки в стороны, и голубоватое сияние, окружавшее его фигуру, стало ярче, заметнее даже под лучами утреннего солнца.

— Последний раз предлагаю вам: уходите