Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Тем временем, один из бойцов первой группы, которая заняла круговую оборону и принялась охранять место выхода из разлома, резко поднял вверх свою руку и подал странный сигнал, проведя двумя пальцами себе по шлему и направив их в небо. И едва это произошло, почти мгновенно из встроенных гнёзд на спинах пришельцев поднялось более десятка дронов. Практически бесшумный рой шарообразных объектов взмыл вверх и разлетелся по окрестностям, мгновенно сливаясь с тенями.

Спустя буквально несколько минут, этот же ящер внезапно отделился от остальных бойцов и, развернувшись к светящемуся порталу, спешно шагнул в его направлении.

На другой стороне аномалии его встретила совершенно иная обстановка. Широкий, открытый пустырь под серым небом, сухая, бесплодная земля и абсолютная тишина.

В паре десятков метров от портальной арки стояли два военных корабля — антигравитационные десантные платформы с мощными навесными пушками по бокам. Антигравы выглядели довольно внушительно, хотя и не были при этом крупными — каждый мог переносить не более двух десятков солдат.

Отойдя в сторону от сияющей аномалии, ящер остановился и на несколько мгновений завис. После чего, немного побуравив взглядом окружающее пространство, он уставился в одну точку и громко, на одном дыхании произнёс:

— Ато Азмач! Местность на этот раз более чем пригодна для наших целей. Отсутствие следов жизнедеятельности аборигенов, большая территория вдали от лишних глаз — всё, как нам нужно. Передаю вам координаты пробоя и жду дальнейших распоряжений.

На этих словах ящер закончил сообщение и, развернувшись в сторону антигравитационных кораблей, направился в их сторону.

Глава 9

— Полагаю, вы нашли общий язык, — улыбнувшись бросил я, поднимаясь с кресла и потянувшись.

— Можно сказать и так, — кивнув, ответила сестра, на мгновение обернувшись в мою сторону.

Лицо её сейчас имело крайне задумчивый вид. Последнее легко позволило мне догадаться о том, что Вика в этот момент явно вела беседу и со своей демоницей.

Когда зашла речь о ритуале принесения клятвы верности, Наама долго и крайне злобно буравила взглядом всех присутствующих. Её глаза были тёмными, почти бездонными, в них читалась нескрываемая ярость и раздражение. Признаться, пока происходили все эти «гляделки», я пару раз чуть было не уснул — наблюдать со стороны за их безмолвными переговорами в какой-то момент стало откровенно скучно.

Но в конце концов терпению сестры пришёл конец, и она придавила бесовку телекинезом, следом же поставив вопрос ребром. Виктория также ей сообщила, что если та готова отказаться от службы, то мучить и убивать её за это никто не будет — как и было обещано, демоницу просто вернут туда, откуда вытащили.

Тут как раз всё могло случиться совершенно непредсказуемо — каждый демон пребывает в Аду в разных условиях. Существуют, конечно, и те, кого этим местом особо и не напугать. Но таких мало. Климат Преисподней, постоянные кровавые сражения, пытки, смерть, враги, подставы и бесконечные, бесцельные скитания по сожжённым и исковерканным землям по душе ни одной твари не приходились. Даже самой тёмной. Даже Самаэлю. А потому альтернатива, пусть и в виде служения человеку, всё же рассматривалась. Особенно если хозяин не из слабых, что однозначно даёт перспективу. Здесь ведь и «вырасти» можно… В общем, плюсы были, и немалые. Так что положительный ответ, пусть и не сразу, всё же в конечном итоге был получен.

Тем временем, новоприбывшая бесовка находилась явно не в лучшей форме. Судя по внешнему виду и злобному взгляду, она едва сохраняла не только равновесие, но и самообладание. Что ж, это отличный момент, чтобы преподать ей первый урок. Терпеть этот ненавидящий взгляд из-под бровей я намерен не был.

— Слушай, Вик… выглядит она отвратно. Может, всё-таки добьём и призовём новую? — будничным тоном произнёс я, встретившись взглядом с сестрой. — Тем более что ты теперь всему обучена, и на этот раз всё произойдёт быстрее.

Пока Виктория на миг замешкалась, пытаясь прочитать мои мысли, вместо неё ответила сама демоница:

— Не делай из меня тупую, человек, — сквозь зубы процедила она, уставившись мне в глаза. — Мне была обещана жизнь, если я дам клятву. Обязательства есть и у вас.

Ухмыльнувшись, я вскинул бровь. Повелась. Причём на, по сути, детскую провокацию. Даже напрягаться не пришлось — значит мозгов пока ещё в её котелке не особо много. Она совсем не понимает с кем говорит и имеет дело, и это нужно было как можно скорее исправлять. Это в общих интересах.

Едва тёмная успела договорить, её тело сорвалось с места и резко метнулось в мою сторону, словно оттянутый край резинового жгута. В следующее мгновение она врезалась в землю у моих ног, а спустя секунду стояла на коленях, тяжело дыша без возможности шелохнуться.

Однако задержаться в этом положении ей было не суждено. Оказавшаяся за её спиной Кали резким движением руки оттянула голову демоницы назад за волосы, обнажая её шею, другой же рукой она со звериной точностью и силой вогнала ладонь в рот бесовки почти по самое запястье. Хруст, рывок — и земля у моих ног окрасилась в тягучую чёрную жижу.

Наама, фактически оставшаяся без нижней челюсти, рухнула на землю как мешок с костями. Она пыталась хрипеть и судорожно глотать воздух, булькая собственной кровью, а в глазах твари отразилось отчаяние — былую дерзость сняло как рукой.

— Выбирай тон, сука, когда говоришь с моим господином! — прошипела Кали, наклоняясь к уху сражённой демоницы, и без всякой жалости вновь подняла её за волосы в вертикальное положение.

Картина была довольно кровавой и наверняка вызывала у моей сестры эмоции жалости, но это явно не то, что ценится демонами. Особенно теми, кто совсем недавно вырвался из Преисподней. Жалость у них не в чести. Слабо проявленный контроль становится приглашением к хаосу, к постоянной борьбе за доминирование. Будь Наама человеком, в таком жестоком обращении не было бы абсолютно никакого смысла — в большинстве случаев есть куча других рычагов и методов воспитания, но с учётом того, кто она есть, всё было с точностью до наоборот.

— Алексей! Лёша! — тут же подоспела к нам Виктория и, с беспокойством оглядев подопечную, взволнованно произнесла: — У нас с ней прозрачный договор. Она согласна служить и принадлежит мне. Я сама ей объясню все правила и нормы поведения. Думаю, такого больше не повторится.

Я перевёл взгляд с хрипящей, трясущейся передо мной демоницы на Викторию.