15 ножевых - Алексей Викторович Вязовский

— Я с вами поеду! — заявила Сима. — Тоже бандита ловить буду!

— Дело женщины — сидеть дома и ждать своего мужчину! — с пафосом произнес Давид. — Не хватало еще, чтобы какая-то юбка лезла в это!

Странное дело, но вроде как эмансипированная Сима только кивнула и с малоскрываемой улыбкой ушла на кухню. Довольный Давид начал собираться. Эх, парень, наверное, ты не слышал про принципы дзюдо. Хитрая девица будет соглашаться с твоими павлиньими возгласами, но в итоге получится, что делаешь ты, как задумала она. Рассказать, что ли, анекдот про голову и шею? Не буду, пожалуй. В чужую семью лезть — только себе навредить.

Очередной неприметный хлопчик после того, как пропустил притихшего Ашхацаву на заднее сиденье, плюхнулся рядом со мной — и у меня появился живой навигатор. Не как штурман стенограмму читал в раллийных гонках, но близко к этому.

Квартира была совсем другая, в районе синагоги на Большой Бронной. Сейчас там, конечно, что-то связанное с художественной самодеятельностью, не вчитывался я в вывеску, когда мимо проезжали. А дальше — во дворы. Похоже было, что начальник абхазских мафиози здесь если не живет, то часто бывает. По крайней мере, принимал он меня в комнате, к которой подошло бы название «кабинет». Вот только книжных полок не было. Ашхацаву даже в квартиру не пустили, он остался сидеть в машине.

— Ну что, доктор, опять в карты играл? — улыбаясь одним ртом, спросил Юрий Лакоба.

— Нет, у меня другая просьба, — ответил я и достал из кармана фотографию Ампулы.

— И кто это? — мельком взглянув, абхаз отодвинул ее в сторону. Но не ко мне, а так, чтобы под руками не мешалась.

— Он стрелял в доктора со «скорой». Молодую женщину, — добавил я. — Сказали, он где-то на вокзалах промышлял, углы вертел.

— Углы… уже никто не говорит так, — походя опустив на уровень плинтуса мои познания в фене, ответил Лакоба. — Нехорошо поступил, врача обижать нельзя. Особенно женщину.

— Западло?

— Доктор, ты говори нормальным языком, не переживай, я пойму, — равнодушно ответил абхаз. — А то вот так слово не так скажешь, не подумав, обидишь кого-нибудь. Ты не блатной, нет? Вот и говори как простые люди.

— Извините, — сказал я.

И правда, неловко вышло. Можно подумать, что знание фени чем-то поможет в разговоре.

— Ничего, бывает, — заметил Юрий. — Так что ты хочешь? — он снова взял фотографию и, перевернув ее, прочитал надпись.

— Найти этого человека, — просто ответил я.

— А дальше?

— Как получится. Но обещаю: помнить он эту встречу будет долго.

— Ты сказал, ты сделаешь, — припечатал Лакоба. — Иди теперь, я спрошу, может, кто и видел этого Васю. Тебе позвонят. Ампула, — хмыкнул он. — Надо же.

* * *

Ну и всё. Отвез домой Давида, наградив его подарками, которые поначалу забыл отдать. Посидели с ним еще в машине перед подъездом, пришлось рассказать во всех подробностях про концерт «Genesis». Вот кто фанат: он даже потребовал от меня вспомнить, какие песни звучали.

— Ты что, Давид? Как я могу помнить, что за песни? Их десятка два было, больше половины нового альбома, остальное — старые.

— А футболку? Почему мне не взял? Я бы деньги отдал! Эх, ты… — огорчился абхаз.

— Да не подумал просто… Ну давай я тебе эту подарю, — предложил я. — Будешь у меня, заберешь.

— Спасибо, Пан, — пробормотал восхищенный Ашхацава. — Ты настоящий друг!

Никак не могу привыкнуть к этим вывертам дефицита. Видать, гипотетическая возможность заказать на Алиэкспрессе футболку любой группы с любым принтом напрочь отбила у меня этот фетишизм. Так что отдам свою безо всяких сожалений.

* * *

— Андрей, нам срочно надо расстаться, — встретила меня Аня.

— Ладно, я буду горевать минут десять. Но ведь на прощание ты меня накормишь?

— Куда я денусь? Когда еще появится возможность отравить тебя? Мой руки и приходи, я пока разогрею.

— Так что же послужило причиной нашего расставания? — спросил я, поправляя вилку, чтобы она лежала перпендикулярно с краю стола, словно поглощение вчерашних макарошек будет происходить в условиях шикарного ресторана.

— Я не выдержала и посмотрела этот фильм без тебя, — вздохнув, призналась подруга. — Нет мне прощения.

— Фигня, — легкомысленно махнул я рукой. — Оставайся. Три часа стоя на коленях на горохе — и ты прощена. Как кинцо?

— Я три раза чуть не описалась, — призналась Аня. — Было очень страшно.

— Особенно когда Николсон рубил топором дверь? Или сцена с трупом в ванной?

— А ты где видел? — удивилась девушка.

— В магазине крутили, — отбрехался я.

— Ладно, я теперь еще с тобой пересмотрю, может, получится уберечься от смены трусиков. Ну рассказывай, где был? Что удалось сделать?

— Почти договорился о переводе Лены из Склифа в Бурденко. Завтра решится окончательно. Ну, и так, по мелочи. То с одним встретился, то с другим. А ты как?

— Сходила на занятия, посмотрела фильм и лежала на диване.

— Очень увлекательно. Жажду повторить.

* * *

Юрий Геннадьевич ждал в довольно поношенном с виду «жигуле» второй модели. Удачная машина. Она, даже будучи совершенно новой, казалась пришедшей из глубокой древности.

— Рассказывайте, — велел он, когда я уселся рядом с ним. — Сначала Швейцария, потом остальное.

— В Цюрихе успех превзошел все ожидания, — коротко резюмировал я. — Больше сказать нечего.

— Лаконично, — хмыкнул он.

— А что, надо было начать про транспортировку оксида водорода в сосудах с перфорированным дном в свете решений съезда?

— Не надо так шутить, — окоротил он. — Нигде. Вы не понимаете даже, сколько сейчас пойдет всяких сигналов во все стороны. Забудьте про политические анекдоты и шуточки про съезд. Достаточно уже того, что вы живете с еврейкой. В какой-то момент это может сильно осложнить выезд.

Пару секунд я даже не знал, что и ответить. Не жена еще, просто девушка — и такие последствия.

— Не вижу связи, — наконец, ответил я. — Отец моей девушки в ФИАН работает, там первый отдел тоже…

— Андрей Николаевич, лично мне — всё равно, — остановил меня Юрий Геннадьевич. — Я к этому спокойно отношусь. А вот Михаил Андреевич, если узнает, может… расстроиться.

Блин, мне с оглядкой на Суслова и в постель ложиться? Мы сходки диссидентов на кухне не устраиваем, «Хронику текущих событий» ночью под одеялом не читаем, Солженицына в чемодане я через таможню не тащил. Оказывается, этого недостаточно, надо еще чтобы твоя девушка прошла краниометрию с правильными показателями.

— Да, вот был курьезный случай, — решил я потроллить куратора. — Ну, все эти подходы с охами «Ой, как бы ваш талант расцвел у нас» я достойными внимания не считаю. Так, обычная болтовня, они же там до сих пор думают,