Технарь - Константин Николаевич Муравьев

Дальше был кропотливый анализ полученной информации. Станция контролировала весь сектор. Он буквально был нашпигован навигационными буями и орудийными установками. Но что меня смутило, корабль, пока был в секторе, уловил слабый сигнал маячка с моего корабля, "Дикого Крафта". Я специально задал проверку и поиск определенного модулирующего сигнала, по которому всегда смогу в пределах сектора разыскать свой корабль. Это было сделано мной еще в те времена, когда я обследовал секторы, а потом возвращался обратно, на сигнал было легко настроить автопилот.

И вот теперь этот маленький маячок сослужил мне такую полезную службу. Только вот сигнал этот шел не со станции, как я предполагал первоначально. Его источник, а следовательно и сам корабль или его обломки, находился на одной из планет в этой системе. Если говорить точнее, то это была третья планета сектора, и это несколько упрощало мне задачу. Не знаю почему, но мне показалось, что своих людей нужно искать где-то вблизи нашего корабля. Почему я так решил, не могу сказать, но вариант проникновения на станцию я с этого мгновения перестал рассматривать полностью. Не знаю, сыграла ли бо́льшую роль в принятии этого решения моя интуиция, или понимание того, что к станции подобраться со стороны космического пространства таким макаром просто-напросто не удастся и все равно придется придумывать некий другой способ, а там он был только с какой-либо из планет. И на той как минимум был более подготовленный к бою корабль. Так что я стал рассматривать вариант скрытого проникновения именно на ту планету, где сейчас находился маячок "Дикого Крафта". Проанализировав полученные данные сканирования, я выявил любопытную аномалию, образованную гравитационным полем планеты. Сканирующие системы не просматривали ее совершенно. А если подобные данные получил и мой разведчик, то и со стороны станции она должна была выглядеть не лучшим образом. Именно этот гравитационный луч, идущий со стороны станции, я и решил использовать для приземления.

Осталось дело за малым. Нужен был оптимальный расчет подлета к нему и то, как я вообще смогу попасть на планету. И вот тут-то я и вспомнил о так и пылящемся у нас в трюме малом истребителе. Дальше уже было дело техники. Рассчитать маршрут. Внести необходимые поправки в траекторию движения корабля.

Увидев получившуюся разгонную траекторию, я понял, что она несомненно вызовет подозрения своей странной извилистостью. С этим было необходимо что-то делать. Проверив данные сканирования, мне на ум пришла бредовая идея. А что если замаскировать разгонную траекторию под траекторию, идущую по гравитационным полям крупных космических объектов? Пусть подумают, что мы используем эти поля для разгона, сделать это было несложно. Но вот любой здравомыслящий человек, да и не человек тоже, задаст себе такой простой вопрос. А зачем все это сделано?..

И поэтому нужно заранее дать ответ на него. И как это сделать? Хоть и не просто, но возможно. Нужно замаскировать выхлопы двигательной установки так, чтобы они явно указали на то, будто наш прыжковый двигатель поврежден. У тех, кто контролирует сектор, в этом случае будет достаточно времени, чтобы заметить нас, проанализировать наше поведение и маневра и прийти к правильному выводу. Главное, чтобы они не начали стрелять по нам сразу же по прибытии. Но тут как повезет, как я уже говорил, у меня было недостаточно данных для точной оценки контролирующих этот сектор сил.

Ну а дальше все было просто. Я подготовил истребитель к сверхбыстрым маневрам и его пролету сквозь атмосферу планеты. Правда, для этого истребитель в значительно мере потребовалось переоборудовать и переделать. Теперь он больше напоминал спасательную капсулу. Но в таком виде он больше подходил для той цели, для которой он теперь и предназначался. Его задача заключалась лишь в моей доставке на планету. Большего от него пока и не требовалось. Правда, сделать он это должен был максимально быстро, и при этом еще должен был каким-то образом выжить.

Поэтому мне пришлось пожертвовать огневой мощью этого маленького кораблика, но при этом нарастить защитную броню истребителя, превратив его в некий аналог бронированного яйца. На следующем шаге я проинструктировал команду. В прыжок они должны уйти немедленно. И уйдут они на несколько секторов отсюда, в одну нечасто посещаемую систему. Там они дожидаются нас месяц. Если мы к тому времени не объявимся, летят в сектор "нейтралов".

Как оказалось, пилотскую лицензию имел еще Тракс. Так что он вполне должен был справиться с управлением транспортником. И вот сейчас я один нахожусь в этом секторе. Никто меня отговаривать не стал, хотя, судя по взглядам, они понимали что в большинстве случаев мой план — это билет в один конец. Но вот именно что в большинстве, было еще и то мизерное меньшинство, на которое я и надеялся. Именно поэтому меня несколько секунд назад и сбросили с транспортника во время пролета через обнаруженную космическую аномалию, образованную полем планеты. И вот сейчас я упорно стараюсь не дать выкинуть меня из этого непонятного гравитационного колодца, ведущего прямо в сторону одного из уже виденных мною континентов внизу. Как показала практика, эта чертова гравитационная аномалия, в которой я оказался, очень сильно затрудняла пилотирование, приборы практически не слушались. Пришлось все перевести на ручной режим управления. Однако тут со мной начала играть свой шутки огромнейшая перегрузка, причиной которой, как я понимаю, и был этот гравитационный колодец, через который я сейчас летел. Хорошо хоть подтвердились мой выводы, что эта аномалия давала возможность оставаться незамеченными и скрытно приземлиться на нужной мне планете. Поэтому у меня просто не было никакого другого выхода, кроме как воспользоваться ею. Иного пути попасть на планету я не видел.

Вот я приближаюсь к самой планете. Вот она уже на расстоянии вытянутой руки. Ощущение такое, будто только протяни ее — и дотронешься до этого голубого шарика, который стремительно несется тебе навстречу. Преодоление атмосферы планеты истребитель, после того как я немного поработал над ним, теперь должен был выдержать, по крайней мере, в голой теории.

"Вот это мы сейчас и проверим", — включая дополнительное ускорение, подумал я.

Хоть торможение корабля давно включено, однако этот гравитационный колодец с огромнейшей скоростью продолжает гнать меня вниз. Я приготовился к сильнейшему удару. Никакие компенсаторы не смогут поглотить ту инерционную бомбу в виде моего столкновения с плотным, по сравнению с вакуумом космоса, воздухом, что отделяет меня от планеты. Да еще и на такой огромнейшей скорости. Инстинкт заставляет сжаться и покрепче ухватиться за штурвал, но вот знания и рефлексы, вбитые в меня базами знаний,