Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

Зайдя к себе, натянул штаны и футболку, прихватил из рюкзака какой-то листок и вернулся к Беде.

— Слушай рассказ сумевшего выжить в этой дряни, — он откашлялся и начал читать.

– Когда я впервые подошел к этому месту, меня охватило странное ощущение. Вокруг царила тишина, но она была какой-то подавляющей, почти давящей. Я почувствовал, как сердце забилось быстрее. Сначала я не понимал, что происходит — страх был не просто предчувствием, он будто пронизывал воздух. Тогда я заметил, как тень на краю зрения заколебалась, как если бы кто-то или что-то наблюдало за мной. Я начал слышать шепот, который доносился из глубины сознания. Он говорил мне, что я в опасности, что кругом враги, что мир снаружи полон страха и ужасов. В каждой фразе ощущалось давление, которое заставляло меня погружаться все глубже в панику. Но затем, когда я немного приблизился, что-то изменилось. Внутри стало тихо, каждый шаг уносил меня дальше от этого внешнего кошмара. В тот момент, когда я пересек невидимую границу, ужас снаружи как будто растворился, и я столкнулся с ощущением — здесь мне было безопасно. Сначала это чувство было просто приятным — беспечность, уют. Я вдруг понял, что лишь здесь я могу забыть о том страхе, который до этого сжимал мое сердце. Чем дольше я оставался внутри, тем сильнее становилось это чувство. Я уже не слышал шепот извне, не замечал теней, меня больше не интересовало, что происходит с миром. Я был в полнейшей безопасности. Но потом я заметил, что эта безопасность обманывала меня. Спустя время я начал терять связь с реальностью. Я уже не мог точно сказать, сколько времени здесь провел. Мир за пределами аномалии стал казаться далеким, как будто он никогда и не существовал. Но и найти выход не мог.»

Сургут закончил чтение и посмотрел на девушку.

— Тебя я близко не подпущу… — он заметил, что она открыла рот. — Это не обсуждается. Кто-то должен остаться в безопасности, чтобы если что вытащить меня оттуда. А если я пойду один, то могу вот также застрять.

Беда всхлипнула, вытирая слезы.

— Дурак, нужно было сразу рассказать. Прости за истерику.

— Да это мне, старому дураку, нужно извиняться. Молчу тут, а что ты должна думать, вот и придумала себе невесть что. Так что поделом мне. Мир? — сталкер протянул ей руку.

Нюта прижала руку к животу, который бурлил, словно в недрах внутренней кухни завелись невидимые повара, трудолюбиво помешивающие в кастрюлях. Ощущение напоминало маленькие пузырьки газа, стремящиеся вырваться на свободу, при этом ревущие словно киты.

— Мир, и пошли уже поедим, у меня в желудке революция того гляди начнется, — она усмехнулась и поспешила на кухню. — А что, блинов не будет? — разочарованно протянула девушка, увидев, что на кухне темно и никого нет.

Сургут щелкнул выключателем.

— Каких еще блинов? — сталкер поставил на огонь вчерашний суп в кастрюльке и налил в чайник воды. — Суп вон есть. Поедим, чай попьем и пойдем, как раз Саныч должен будет с охоты вернуться.

— Мне просто блины снились, — беда села на стул, задумчиво водя пальцем по узору на клеенчатой скатерти.

— А мне вот ничего не снилось, поэтому ешь суп, — сталкер поставил на стол две тарелки. — Пей чай, там вон вроде бы печенье видел, да и собирайся.

Девушка подвинула миску и кивнула, беря ложку.

— А ты куда? — Мужчина быстро проглотил нехитрый завтрак и встал, дожевывая кусок серого хлеба.

— Я проверить оружие и встретить Александровича, не тащить же ему псину одному, — он вышел за дверь.

Беда задумалась. Что-то в рассказе Сургута казалось ей странным, но что, понять она не могла. Решив не забивать себе голову, налила чай и порыскала на полке в поисках печенья. Поев, она быстро собралась и вышла на террасу к мужчинам, стоявшим над трупом слепого пса. Крупная особь с бледной, лишенной мехового покрова, кожей, покрытой струпьями, гноящимися язвами и ожогами, вызвала жалость. Сморщенная кожа на месте глаз выглядела пугающе. Беду передернуло, и она отвернулась.

— Да, зрелище не из приятных, — хмыкнул дедок, пряча добычу в большой мешок.

— Мне просто их жалко, они же не виноваты, из-за людей теперь страдают вот… — не оборачиваясь, произнесла девушка.

— Хватит лирики, — хлопнул руками по коленям сталкер и поднялся. — Пора в путь.

Цена любви

Наконец, собравшись, они вышли. Туман понемногу светлел, уступая права промозглому, серому дневному свету. Под ногами колыхалась влажная, покрытая мхом почва, ухали, всплывая, пузыри газа, где-то подвывали слепые псы. Саныч вел свою группу, ориентируясь по лишь одному ему известным меткам. Он шел уверенно, словно по новенькому асфальту. Следуя за ним, слева от тропинки Беда заметила небольшой вихрь из листочков. Молодая, недавно зародившаяся Карусель играла тем, до чего могла дотянуться; даже вон немного зеленого тумана Киселя прихватила и теперь укуталась им словно в вуаль.

Было по-осеннему прохладно, но зато их не донимали толпы комарья, которые вылезали, стоило выглянуть хотя бы одному солнечному лучу. А комары после радиации стали совсем бешеными. Нюта немного изучала флору и фауну Зоны и знала, что после воздействия радиации и мутаций комары в Зоне превратились в истинное воплощение зла. Их размеры увеличились в несколько раз — некоторые особи достигали даже размеров ладони. Образовавшись под влиянием аномалий, комары стали выглядеть чудовищно: их тела обросли жесткими щетинками, которые покрывали токсичные вещества, а их крылья приобрели прозрачность с зеленоватым отливом, словно покрытые ядовитой плесенью.

Укусы таких комаров стали не просто раздражающими, как у обычных комаров, а опасными для жизни. При укусе они вводили в кровь , кроме слюны, содержащей антикоагулянты, еще и ядовитое вещество, вызывающее тяжелые аллергические реакции и нарушения работы иммунной системы. У укушенного ими человека возникали жуткие симптомы: от немедленного зуда и жжения до формирования гнойных язв, ухудшающих общее состояние. К тому же укус мог вызвать радиационное отравление, так как мутировавшие комары впитывали ненормальные уровни радиации и мутировавшие вещества из окружающей среды. У людей, укушенных такими комарами, могли развиваться симптомы, схожие с острой лучевой болезнью: тошнота, головокружение, лихорадка и слабость. Более того, укусы могли привести к необратимым изменениям в крови, таким как снижение количества лейкоцитов, что делало человека уязвимым к инфекциям. В дополнение к этому, с каждым укусом у человека