Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— пожал плечами я и пошёл ко входу в цитадель. Время в этом месте шло иначе, чем в реальном мире, но Великая Река не стояла на месте. — Настаивать не стану. Просто думал, что тебе было бы неплохо сменить пейзаж или посмотреть какие-то другие места, помимо крепости Обманщика.

— Элрог! — когда я уже почти дошёл до двери, разнёсся по внутреннему двору оглушительный рёв магического дракона. — Будь ты проклят, Владыка Севера! Ненавижу всех Вершителей до последнего и буду радоваться, когда последний из вас покинет наконец этот мир! Что ты предлагаешь? Какая сделка⁈

— Ты не будешь мне мешать и станешь охранять все места силы, которые будут в твоей зоне досягаемости, — остановившись на крыльце, ответил я. Оборачиваться не пришлось, потому что Брига уже переместился ко мне и перекрыл своим телом вход в здание.

— Ничего не выйдет, Элрог, — ответил Брига и буквально стёк на ступеньки каменного крыльца. — Я привязан своей сущностью к этому месту и не могу навредить имуществу хозяина. Обманщик хорошо всё придумал. Я даже сам себя убить не могу! Здесь я почти всесилен, но уйти за пределы цитадели права не имею. Даже детей своих мне пришлось держать в отдалении, чтобы их не уничтожила пассивная защита. Над ней у меня нет власти.

— Я не спрашивал тебя, что ты можешь и на что способен, — глядя в постоянно меняющиеся глаза дракона, размеренно ответил я. — Сейчас имеет значение только твоё согласие на озвученные мной условия.

— А что я получу взамен? — тут же насторожился Брига. Вложенная Локхаром сущность всё же проявила себя, и дракон перешёл к торгам. — Двор, конечно, не так велик и я охраняю его давно, но мне нужно понимать все условия сделки.

— Ты сможешь свободно передвигаться по охраняемой территории, — с улыбкой ответил я и морда Бриги скривилась от разочарования.

— Не интересует, — скользнув мимо меня, фыркнул страж цитадели Локхара. — У меня этого добра и так полно.

— А ещё у меня есть способы сократить время роста твоих детей до пары лет, — добавил я и дракон замер прямо в воздухе, будто над ним потеряли власть все законы мироздания. — Но вопрос их клятв и будущей службы надо обсуждать отдельно.

— Ты лжёшь! — тихо и очень серьёзно произнёс Брига. — Сейчас очень неподходящий момент для подобных шуток, Владыка Севера. Договор между нами имеет громадную силу, но мне нечего терять, и ты это знаешь. Скажи мне, что это шутка и сможешь уйти без проблем. Я заклинаю тебя — не ври!

Вместо ответа я создал над своей ладонью небольшую иллюзию, в которой показал стражу Твердыни весь цикл роста мурманских крабов. Это заняло не больше минуты и всё это время Брига больше напоминал каменную статую. Красивую и смертельно опасную.

— Эти монстры полностью имунны к магии и глушат её во всех проявлениях, — развеивая иллюзию, произнёс я. — Если говорить о предрасположенных к использованию магии существах, то эффект может быть в разы быстрее.

— Договор… — выдохнул Брига и поднял на меня полный надежды взгляд. — Я согласен на все твои условия, Владыка Севера и буду свято чтить свою часть сделки. Но если ты обманешь меня, как сделал это Локхар, то я уничтожу всё, что тебе дорого и до чего я сумею дотянуться.

— Договор, — скрепляя наше соглашение, кивнул я. Язык Вершителей очень сильно отличался от обычной речи. Каждое слово несло в себе столько смыслов и силы, что его можно было сравнить с заклятием уровня архимага. Мир слышал и принимал каждую фразу, поэтому врать было крайне сложно и опасно. Поэтому Локхар считался невероятно могущественным Вершителем. — А теперь не мешай мне, страж.

Дракон открыл зубастую пасть, но так ничего и не произнёс. Потому что в этот момент я посмотрел на укрытый мехом стул, оставшийся в центре двора и тот медленно растаял, возвращаясь в обеденный зал цитадели Великого обманщика. Всё действительно оказалось не так просто, как думал господин Лебедев. Скорее всего, всё было в десятки раз сложнее, чем думал тот же Теракл.

В чужих владениях практически невозможно использовать собственную силу. Каждый Вершитель превращал свой дом в полноценную крепость, где сама ткань мироздания сопротивлялась попыткам использовать магию со стороны других разумных. Мы ставили помехи, мы замыкали все потоки свободной маны на себя и строили сотни разнообразных ловушек, чтобы осложнить жизнь незваным гостям. И только те, кому мы даровали право творить магию у себя дома, могли пользоваться этой силой без ограничений.

Наверное, я стал первым из Вершителей, кому Локхар дал подобное право у себя дома. К текущему моменту у меня уже было слишком много поводов думать, что Обманщик принял активное участие в подготовке моего возвращения. Ни о какой случайности или спонтанном переносе сознания сквозь тысячелетия речи не шло. Тут имела место сложная, кропотливая и долга работа, которая завершилась обычным ударом молнии.

Мне было действительно жаль того мальчика, который умер одновременно с моим появлением в этом мире. Ярослав Разумовский мог стать достойным главой своего рода, но вряд ли бы этот юноша прожил достаточно долго. Слишком враждебным оказался мир к его семье. Даже мне пришлось сильно постараться в первые недели, чтобы остаться на плаву, но теперь становилось понятно, что от Владыки Севера и не ожидали ничего другого.

Я без малейших опасений коснулся лазурной дверной ручки и разом ощутил все заложенные в неё заклинания. Прочность, возможность восстанавливаться и проводить чудовищные объёмы энергии… Вместе с возможностью творить магию, Обманщик оставил мне ключи от внутренней защиты своей цитадели. Интересно, что никто другой бы не сумел ими воспользоваться.

Если бы Теракл добился своего и сумел пройти во двор замка, то ему пришлось бы столкнуться с Бригой. Судя по состоянию психики и энергосистемы главы рода Лебедевых, Тёмный регулярно его посещал в качестве сосуда, чтобы продвигать свои интересы в Российской Империи. То же самое должно было случиться в цитадели Обманщика. Просто один использованный сосуд сменяется другим. Дезориентированный император Австрии достаётся на ужин магическому дракону, а ложный наследник Локхара навсегда исчезает, давая Тераклу достаточно времени, чтобы забрать из Твердыни то, ради чего он всё это устроил. А побороться здесь действительно было за что.

Я заглянул по пути в обеденный зал и, без особого удивления, отметил, что обстановка там изменилась. Размеры помещения изменились