"Фантастика 2026-83". Компиляция. Книги 1-29 - Алекса Франс

Лоренс и Энзо спустились через пару минут, заспанные, но готовые к свершениям. Руперт сладко спал, погруженный в свой мирок. Я отправила парней за водой, а сама начала раскладывать по мискам начинку, что заранее подготовила вчера. Спустя полчаса на кухне было не протолкнуться.

Тут царил упорядоченный хаос. Лоренс разливал лимончелло по стеклянным бутылкам, закатывая пробки. Бутылки мы добыли у Кристофера, что в свое время организовал целый схорон тары, отмалчиваясь о том, где он ее достал. Я подозревала, что до карьеры мясника Руперт и Кристофер неплохо так чудили в Штормфорде, ведя разгульную жизнь, но на мои предположения Кристофер лишь загадочно улыбался и твердил, что порядочным дамам о таких подробностях знать не стоит.

На столе стояли миски с пирогами: капустными, яблочными и даже один с рыбой, что принесли мне Сара и Томас. Я решила сделать их наподобие караваев, чтобы не терять времени с маленькими пирожками. Энзо, как всегда, был в эпицентре: раскатывал тесто, ругался и при этом умудрялся шутить.

— Только посмотри на них! — возмутился он, указывая на золотистые пироги. — Если мы не разбогатеем на них, я больше в жизни не притронусь к готовке!

— Что, теперь жизнь женщины не кажется такой привлекательной? — заметила я, проходя мимо. — Готовь, убирай, обслуживай…

Он усмехнулся и сунул мне кусочек теста.

— Спасибо провидению, что я родился мужчиной!..

Я засмеялась, но послушно откусила. Теплое, мягкое, чуть сладковатое. Да, успех имел вкус хлеба и соли.

Перед трактиром с рассвета кипела работа. Пустырь перед входом в «Контрабандист» расчистили и теперь возводили шатры и стойки. Я заставила Лоренса вынести пару столов на улицу, чтобы сделать свой прилавок с закусками и товарами. Лоренс недовольно ворчал, но выполнял мои поручения. Я планировала сделать некое подобие стенда и предоставить разгоряченному народу прохладительные напитки и закуски за умеренную плату. Я долго думала о том, как сильно мне не хватает пластиковых или бумажных стаканчиков, но тут такого еще не изобрели. Так что близнецам будет поручено следить за тем, чтобы наши бокалы и кружки вернулись обратно. Для этого я хотела поставить депозит на утварь, но Лоренс цинично заметил, что такого в Штормфорде точно не поймут.

Стоило мне выйти в зал, как я увидела Руперта, что с важным видом спустился вниз и выглядел… хорошо. Он стоял у лестницы и с важным видом оглядывал помещение, словно выискивая недостатки.

— Передай поварам, Елена, что они добавили слишком много приправ в начинку, запах перебивает настоящий вкус, — Руперт поджал губы. — Дорогая, а прилавки на улице уже расставлены?..

— Да… Руперт, все готово, — подыграла я, стараясь не напугать его. — Рабочий уже заканчивает дела, можем проверить вместе.

Руперт медленно кивнул и направился на улицу. Я шла за ним, думая, стоит ли переодеть его в рубашку, вместо того подобия халата, что сейчас развевалось в разные стороны при каждом шаге. Но до начала ярмарки еще оставалась пара часов, так что благоразумный Лоренс еще успеет заставить старика сменить одеяния.

Лоренс с присущей ему педантичностью расставлял столы вдоль улицы. По его задумке, сидящие на лавках смогли бы спокойно наслаждаться происходящим на ярмарке, попивая эль. Я мысленно поставила отметку о том, что на следующее лето нужно будет организовать летнюю веранду. Если только я не вернусь к тому времени в свой мир, конечно.

— Что за дурость? — Руперт недовольно указал на Лоренса. — Люди не должны сидеть под открытым небом! Елена, где ты нашла этого парнишку? На ферме?!

— Может, оставить его дома? — спросил «парнишка», вытирая пот со лба. — Ветер, люди, шум — не выдержит…

— А может, и наоборот, — возразил Энзо, выглядывая к нам. — Посидит у двери, глотнет жизни. Пусть все видят, что старик жив, что он хозяин, а не призрак.

— Мы посадим его у входа, — решила я. — Пусть будет рядом. Он заслужил увидеть, как трактир снова работает.

Фиона материализовалась, как обычно, без предупреждения — скользнула из луча света, потянулась и осмотрела меня с головы до ног.

— Ты собираешься продавать пироги или завоевывать сердца, девочка?

— А что, нельзя и то, и другое?

— Можно, но не в этом платье. Ты выглядишь, как человек, что всю ночь месил тесто и потом решил умереть на муке, предварительно иззвалявшись в грязи.

Я вздохнула и пошла к сундуку.

Платья у меня были — мягко говоря — странной подборки: то слишком нарядные для кухни, то слишком простые для праздника. После недолгих мучений я выбрала то самое — с корсетом и свободными рукавами, которое Фиона однажды назвала «приличным». Оно было цвета топленого молока, с вышивкой у ворота, чуть потертое, но чистое. Когда я затянула шнуровку, дышать стало труднее, но осанка начала казаться безупречной. Я даже могла бы похвастаться пышной грудью при правильном освещении…

— Вот, — протянула Фиона, кружа вокруг. — Теперь ты похожа на леди, что решила…

— Немецкая доярка из влажных мечт подростков, — пробормотала я. — Я словно с обложки журнала для взрослых!

— Что это такое? — заинтересовалась приличная дама из прошлого века.

— Дорогая Фиона, тебя это шокирует, — отмахнулась я.

— Главное, не забывай улыбаться. Мужчины покупают пироги не за вкус, а за взгляд трактирщицы.

— А женщины — чтобы попробовать и сказать, что пекут лучше, — парировала я.

Фиона откинулась в воздухе, довольно кивнув:

— Вот это настрой!

Я заплела волосы в две косы, протянула через плечи — просто, но опрятно. Нашла уголек и аккуратно подвела глаза, чтобы не выглядеть бледной. Когда посмотрела на свое отражение в потускневшем зеркале, то даже не узнала себя. Глаза — живые, кожа — румяная, в губах — улыбка, и даже не показная, а самая настоящая.

Снизу уже гремели голоса. Энзо кричал, что лимончелло слишком кислое, Лоренс ругался на него за лень, а Руперт тихо напевал какую-то старую песню про море и корабли. Я глубоко вдохнула. Все шло слишком хорошо…

— Ну что, — сказала я вслух, — открываем сезон.

— Осторожнее, девочка, — Фиона тепло мне улыбнулась. — Любая ярмарка — это не праздник. Это арена.

— А я готова, — ответила я и шагнула вниз, где уже ждал мой маленький,